Дочь капитана Блада

Размер шрифта: - +

  Глава 8. Арабелле Брэдфорд – человеку и кораблю.

Плотник Сандерс недовольно ворчал, обстругивая доски.

  - Послушай, Сильвер! Лучше бы на охоту отправился, дичи настрелял. Пусть другие работают. Те, кому привычней.

    - Да ладно тебе, Джек! – взмахнув топором,  Вольверстон с лёгкостью расколол мангровое полено. - Пусть помогает. Да и полезно капитану знать, как суда ремонтировать.

    - Уговорил! – буркнул Сандерс. - Да вот толку от него… Даром что капитан. Сразу видно, сроду в руки топор не брал. А ты, Питер, прости, я всё так, по-стариковски. Морское дело ты знаешь, в бою не подведёшь, стреляешь метко, но вот это не для тебя.

    - Всё в порядке, Джек, - отозвался капитан. Собрав все свои силы, он приподнял один конец бревна и тут же уронил его наземь.

    - Да ты камзол-то свой сними, да рукава закатай. Сподручней будет, - рассмеялся силач Крисперс.

    - Хватит шутить, Крис, пусть делает что хочет, - возразил шкиперу  Вольверстон. - Занимайся-ка лучше делом. А ты, Питер, ко мне иди, будем доски обстругивать. Взгляни как надо…

    Смутившийся капитан с интересом уставился на  Вольверстона, одинаково ловко владевшим и саблей, и плотницким инструментом.

    - Давай я…

    - Держи вот, попробуй…

    После нескольких неудачных попыток капитану наконец-то удалось обстругать доску.

    - Ничего, научишься, - отечески уговаривал его Нэд, - да и вообще… Ты своё дело знаешь, и неплохо. А наши молодцы хотя и сильные, но зелёные ещё. Спасибо Монтенону, что судно нашёл – можно в море выходить.

    Так прошёл месяц. Корабли стояли на ремонте. Работами руководил плотник Сандерс, со всей строгостью следивший за тем, чтобы никто не отлынивал от работы. Даже не привычный к подобным занятиям капитан самолично обстругивал доски и забивал гвозди. Поначалу все лишь посмеивались, глядя, как изысканный аристократ, не расстающийся с камзолом и кружевной рубахой, тщетно пытается справиться с работой, что под силу даже самому зелёному юнцу. Но вскоре руки его окрепли, и он уже мог оказывать посильную помощь. Тем более что, в отличие от многих, Сильвер прекрасно разбирался в чертежах. Свободное от работы время проводили в море, на небольшом фрегате, любезно предоставленным губернатором. Ссылаясь на поручение капитана, Нэд нещадно муштровал бывших торговцев, трактирщиков и рыбаков, которые вскоре должны были стать единой командой. Да и сам Питер никогда не упускал возможности выйти в море. Всё это ещё больше укрепило авторитет Сильвера, примирив с некоторыми странностями в его поведении.

  Прошёл месяц. Несмотря на возраст и отсутствие опыта, капитану удалось сделать почти невозможное. Перестроенные корабли оказались намного более быстроходными, да и на оснащение их Сильвер изрядно поиздержался, потратив не только свою собственную долю, но и добрую половину доли  Вольверстона. С готовностью ссужал капитана и Питт Уоллес, по-прежнему горевший желанием отомстить за возлюбленную.

  Отремонтированным судам надо было дать новые имена. «Кадис», капитаном которого был избран  Вольверстон, переименовали в «Старую Англию». Питер долго колебался, какое имя дать «Инфанте», но затем, памятуя о разговоре с губернатором, предложил назвать судно «Арабеллой» в честь мисс Брэдфорд. Большинство поддержало его - отчаянную губернаторскую дочку в Нассау любили все, даже те, кто посмеивался над её мальчишескими повадками. Правда, знающие люди предполагали, что у Сильвера были и другие мотивы. Сплетники говаривали, что на выбор имени повлияли слухи о Бладе и его «Арабелле», и что амбициозный капитан втайне надеялся не просто сравняться с известным мореплавателем, но даже превзойти его. Так это было или иначе, не знал никто – Сильвер не поверял своих мыслей никому, даже Питту и  Вольверстону. Но, тем не менее, он с головой погрузился в работу, делая всё возможное, чтобы его корабли и его команда стали самыми лучшими на Тортуге.

  Сомнений относительно первого рейда не было ни у кого. Каждый считал своим долгом выбить испанцев с родного острова. Блад находился в Англии. Дела у него, по слухам, шли неважно, поэтому на помощь ямайской эскадры надежды не было. Для рискованной операции необходимо было подкрепление. Однако пока Сильвер неохотно брал в свою команду добровольцев и делал ставку на бывших пленников. Отобрав сорок человек, показавшихся ему наиболее надёжными, капитан собирался действовать силами своей маленькой эскадры и тщательно прорабатывал детали операции.

    Последующие события, однако, изменили первоначальные планы. Рано утром, за несколько часов до выхода кораблей из гавани, в капитанской каюте появился вахтенный.

  - Карета губернатора на пирсе!

  - Что ему надо? – задумчиво пробормотал  Вольверстон. - Обычно посыльного отправляет, а здесь...

  - Да, - заметил Хэндс. – Не видел ничего подобного. Чтобы сам губернатор...

Сильвер решительно поднялся из-за стола.

  - Что-то здесь не так. Передайте, чтобы в мою каюту подали кофе, ром и печенье. Пойду встречать гостя…

  - Будь с ним осторожен, Питер, - с тревогой заметил  Вольверстон. - Он тёртый калач. Себе на уме… А вдруг понравились кому твои корабли... Помню, у Блада была похожая история…

  - Ничего, справлюсь…

    Сильвер и  Вольверстон вышли на палубу. По пирсу прогуливался щёгольски одетый де Монтенон. Заметив капитана, он приветливо махнул ему рукой. Спустившись на пристань, капитан любезно поклонился французу. Когда оба поднялись на палубу, губернатор окинул её взглядом знатока.



Нелли Искандерова

Отредактировано: 24.08.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться