Дочь короля и война троллей (книга третья)

Размер шрифта: - +

Ночь перед сражением

Меж тем армия Рихарда неумолимо двигалась вперед. Много славных побед было одержано. Но бой есть бой. Иногда горькие утраты приходилось нести славным освободителям. В одном из сражений погиб Герберт Гончар. От тяжких ранений умер весельчак Ханс. С глубоким почтением и скорбью хоронили воины своих товарищей. И еще ожесточеннее становились их атаки на неприятеля.

Морозная ночь не раз заставала их в пути. Не всегда храбрые воины могли досыта поесть или хотя бы согреться. Тяжелораненых оставляли в ближайшей деревне. Крестьяне заботливо ухаживали за ними. Готовы были сами улечься на полу, лишь бы уложить беднягу помягче да потеплее. Ведь воины Рихарда несли им долгожданную свободу и избавляли от жестоких солдат самозванца. А скольких несчастных они спасли от смерти и выпустили из подвалов, куда королевская стража швыряла всех неугодных.

В одной из деревень армия Рихарда расположилась на ночлег. До королевского замка оставалось лишь полтора дня пути. Должно быть, самозванец хорошенько укрепил крепостные стены города. Надо бы дать товарищам отдых перед решающей битвой. Да обдумать как следует план наступления. Рихард не хотел подвергать своих людей напрасному риску.

Битый час сидел он один в маленькой комнате на чердаке дома мельника. Свеча почти догорела, но Рихард продолжал сидеть за столом. Тяжело было у него на сердце. Он тосковал по своей молодой жене. При мысли, что враги вновь могли атаковать замок старого герцога и Шарлотте грозит опасность, кровь приливала к его лицу и стучала в висках. Конечно, храбрый отец будет сражаться до последнего, но боязнь за жизнь родных и тоска по ним пронзала острой болью сердце Рихарда.

В ночной тишине послышался стук лошадиных копыт и чьи-то голоса. «Что еще за ночные гости?» — нахмурился парень.

Спустившись во двор, он увидел двух всадников, что приближались к мельнице.

— Кто-то явно припозднился в дороге.

— Верно, это охотники задать жару солдатам самозванца.

— Точно, один из всадников здоров словно медведь. Чудо, как лошадь несет седока.

— Зато второй маловат и невысок ростом.

— Сдается мне, Рихард, что твоя родня нагрянула на ночь глядя, — хмыкнул Вальтер.

А Рихард и сам все понял. Сердце его забилось, и он поспешил навстречу.

Конечно, Сказочник оказался прав. Вскоре все узнали в ночных гостях Тилля Оружейника и принцессу Шарлотту.

Девушка едва спрыгнула на землю, как оказалась в крепких объятиях Рихарда.

— Ох, как я соскучилась по тебе, сын Оружейника!

— Должно быть, все же меньше, чем я, дочь короля.

Снежинки крошечными звездами опускались на капюшон грубой суконной накидки принцессы. Выбившиеся пряди волос казались совсем белыми от снега. Но зеленые глаза Шарлотты сверкали от радости.

Верно, они простояли бы, обнявшись, до самого рассвета, если бы не прозвучал низкий голос Тилля:

— Может, и со мой поздороваешься, сынок?

— Ох, отец! — смущенно пробормотал Рихард и обнял Оружейника.

— Эй, полуночники, — сварливо воскликнул Вальтер. — Отчего бы вам не начать обниматься в доме? Если вы решились замерзать да отлежаться в уютной кровати вместо славного боя, то я нипочем не стану приносить вам грелки и травяные отвары.

До утра никто не смог сомкнуть глаз. В узкие оконца уже начал пробиваться скудных зимний рассвет, а за столом все обсуждали план сражения.

Уж слишком опасная предстояла битва. Вальтер и старший сын Герберта Гончара, одевшись бродячими музыкантами, пытались подойти к городским стенам как можно ближе. Но ничего не вышло. Видно, что страх заставил короля самозванца сделать из города неприступную крепость. Эдак весь отряд погибнет в попытке взять город приступом, а за крепостные стены и идти-то станет некому. Мост давно поднят. Говорят, его не опускают уже несколько дней. Вода во рву замерзла, но кто поручится, что лед выдержит всадников, одетых в доспехи? Пожалуй, бедняги потонут раньше, чем начнут сражаться.

— Кажется, я знаю, как пройти ров без потерь, — вдруг сказал молчаливый Эрих Дровосек.

Все склонили головы ближе друг к другу и начали говорить так тихо, что стало слышно, как скребутся под полом мыши.

И вот настала последняя ночь перед решающей битвой. Никто не смог заснуть. Кто шепотом молился, прося послать победу. Кто вздыхал, кто старался проверить оружие и доспехи.

Рихард и Шарлотта стояли у чердачного окна, обнявшись.

— Тяжело у меня на сердце, Лотта. Оттого что не могу отговорить тебя остаться в деревне.

— Нет, Рихард. Ты сам знаешь, что я не смогу этого сделать. Я обещаю, что не стану ни тебе, ни остальным помехой. Но кровь моего отца словно закипает, когда я вспоминаю о его подлом убийстве.

— Я знаю, дорогая. Молю только об одном: будь очень осторожна. Если с тобой что-нибудь случится, сердце мое разорвется от боли.

Шарлотта подняла голову и, глядя прямо в глаза мужу, тихо ответила:

— Может быть, завтрашний день станет для нас последним. Я не стану тратить драгоценное время на споры. Хочу, чтобы ты знал и помнил, я очень люблю тебя, сын Оружейника, и надеюсь, силы добра не отнимут нас друг у друга.



Ларец сказок

Отредактировано: 25.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться