Дочь Вороньего Короля

Глава 8.

Они гостили у ясновидящей еще день, после чего в сопровождении все того же эскорта пустились в дорогу. Все, кроме троих – Мелис наотрез отказался приближаться к Лесу Гарпий, сославшись на то, что даже его мощи и доблести не хватит, чтобы пережить встречу с Вороньим Королем. Возражать ему никто не стал, а потому принц условился с оборотнем о месте встречи, и оборотень поскакал на юго-восток в сопровождении двух гвардейцев, которых Лариэс, не доверявший Древнему до конца, выделил тому в качестве соглядатаев. Одного звали Ларсом, и этот светловолосый здоровяк, не блиставший умом, однако, был одним из самых преданных и надежных людей Щита, в котором тот не сомневался ни на одну секунду. Второго сопровождающего назначил Марк. Его звали Галитом, и это был невысокий худощавый воин в легкой броне, вооруженный арбалетом. Виконт помнил, как Галит управлялся этим старомодным оружием на последнем королевском турнире, а потому был спокоен за Ларса – с таким напарником тот точно не пропадет.

 Три дня пути до Леса Гарпий пролетели, точно один миг, но Лариэс не мог не заметить, как менялось настроение спутников по мере приближения к землям Вороньего Короля.

Кающийся и Целительница заметно приободрились: Орелия даже пару раз пошутила, да и бледные губы Ридгара несколько раз приподнимались в жалком подобии улыбки, а вот у остальных настроение явно не улучшалось. Мислия стала еще более нервной и подозрительной, принц все больше молчал, обдумывая что-то в гордом одиночестве, Эрик с видимой тревогой то и дело поглядывал в небеса, да и остальные нет-нет, да и задирали голову вверх.

Вилнар, с которым у Лариэса в последнее время не получилось обмолвиться и парой слов, также выглядел напряженным, вероятно, беспокоясь за свою госпожу – Блаклинт в последнее время выглядела откровенно напуганной.

Да еще и этот уход Мелиса, больше напоминавший позорное бегство… Безусловно, за Непобедимым велась охота, но все-таки, надо быть честным, велась она уже не первый год. Лариэс ни на секунду не сомневался, что, если бы Охотник с Вороньим Королем действительно желали смерти Мелиса, тот давным-давно был бы мертв, несмотря на всю свою доблесть.

«А может, мне спросить у тех, кто точно знает ответ на этот вопрос»? – подумал Лариэс. – «Тем более, что мы путешествуем вместе»!

Сказано – сделано, и уже на ближайшем привале он обратился к Ридгару с вопросом.

- Господин, расскажите, почему его величество Корвус жаждет смерти Непобедимого?

Кающийся задумчиво почесал переносицу.

- Сперва я хотел бы услышать твою версию, - ответил он.

- Она будет короткой, - пожал плечами Лариэс, усаживаясь рядом. – Мелис - один из оборотней, чудом переживших бойню в Темном Лесу. Скрывается от гнева Вороньего Короля. Почему? Черт знает.

- Что ж, тогда стоит для начала немного рассказать о нашем непобедимом друге. Мелис – один из детей-оборотней, которых Корвус пощадил в дни Третьей Войны Гнева. Их отправили в Волукрим и попытались вырастить, не такими, как отцы и деды. Скажем так, из этой затеи ничего не вышло, как и предсказывал в свое время Изегрим. Звереныши сбежали и даже одно время пытались пакостить, но Охотник, пускай и крайне жестоким, но весьма действенным способом отучил их от этого. В результате на сегодня по миру бродит не больше десятка оборотней. Самых сильных, умелых, талантливых и везучих.

- Мы с Ридгаром, да и Катержина, - подключилась к разговору Орелия, - были против крайних мер, но переубедить Изегрима, когда тот принял решение, практически невозможно. А потому смертный приговор для каждого из оборотней все еще в силе, хотя, замечу, что в последние десятилетия ловчие сбавили прыть и занялись более важными делами.

- Да, - кивнул Ридгар, - это так, но нужно понимать, что ручные волчата Охотника ни секунды не будут колебаться, если встретят оборотня, а потому он до сих пор вынужден прятаться.

- Что делает не слишком хорошо, - усмехнулся Таривас, также прислушивавшийся к беседе, - ага.

- А прочие выжившие оборотни, что с ними?

Ридгар пожал плечами.

- Кто знает? Скрываются они, правда, лучше, чем Мелис. Мир огромен, не так просто найти того, кто не хочет, чтобы его отыскали.

- И все же, вы были против его смерти, - заключил юноша, - несмотря на решение Вороньего Короля и Охотника?

- Я, Орелия, Катержина, да, мы были против, - согласился Древний. – А что, ты думал, что каждый из нас – марионетка, беспрекословно подчиняющаяся воле повелителя Волукрима?

- Нет, конечно же, - горячо запротестовал Лариэс, считавший именно так.

Его слова, определенно, не убедили Древнего, потому что тот продолжил:

- Для меня с Орелией Корвус – это мальчишка, не разменявший даже четырех сотен лет. Впрочем, я – точно такой же ребенок с точки зрения Ори, если так подумать. Ведь она не так давно разменяла свою первую тысячу лет жизни.

- Ридг, чтобы ты знал, неприлично сообщать возраст дам, - заметила Орелия и Кающийся рассмеялся.

- В душе ты все еще юная дева, и это – самое главное.

- А ты все такой же льстец, как и в молодости.