Долгая дорога к...

Глава 12.

Они встретились на природе за четыре дня до того, как их вызвали в управление Аэронавтики. Огромный лесопарк, в центре Мегаполиса, был его легкими, и горожане рьяно оберегали это островок живой зелени. Оккупировав одну из беседок, ребята устроили пикник с шашлыками, гамбургерами и грилем. Долго щенячьими глазами весь экипаж смотрел на своего командира, пока тот не рявкнул зычным голосом: "Отставить алкоголь! Пьем коктейли!". И каждый понял - просить и уговаривать бесполезно! Дышали жаром в мангале угли. Жарился, шкварча и исходя соком, шашлык, щекоча ноздри, собравшейся вокруг компании. Франсуа тихо играл на гитаре, и под эту неторопливую тихую музыку шел серьезный разговор. Парни делились пережитыми страстями трансформации, рассказывая о том, как все прошло, и кто поддержал в трудную минуту. Под музыку, неторопливые разговоры, вкусную еду и ароматные напитки парни коротали время, и не заметили, как наступили сумерки. Расходились уже далеко за полночь.

Эрик ушел первым, углубившись в тенистую аллею парка, он огляделся и, не заметив никого в поле свое зрения, вызвал крылья. Они распахнулись, сияя чистой белизной в окружающем сумраке. Легким усилием воли, Эрик окрасил их в пепельно-серый цвет и лишь после этого взмыл в небеса - выше ядовитого смога, начавшего вновь сгущаться над Мегаполисом.

Вторым бесшумно скользнул в парковые кусты черный леопард - Шандор. На другой стороне огромного парка, располагался недавно отстроенный спальный район, в котором он жил. И ему было проще добраться туда, через лесопарк.

Следом, словно с трамплина, спрыгнул с беседки и взмыл над верхушками деревьев, распластав кожистые перепонки своих крыльев, огромный нетопырь - Франсуа.

Недалеко отстав от него спрыгнув все с той же крыши, несчастной заскрипевшей беседки, в ночное небо поднялась горгулья - Энрике, скаля дюймовые клыки навстречу выплывающей из-за туч луне.

- Ну, вот теперь и наша очередь, - спокойно проговорил Торвальд, обнимая оставшихся друзей за плечи. - Пора расходиться, пока нас не призвали к ответу, за искореженный Шандором мангал бравые стражи порядка.

- Можно подумать, эти "бравые стражи" увидят, как ты незаметно растворишься в ближайшей роще, - рыкнул Андрей.

- Я не уверен, что эти "стражи" останутся стоять подле тебя, едва увидев, "ангельскую улыбку" оборотня, - хохотнул всегда спокойный Торвальд. - Хотя не один Шандор поработал над мангалом. Твои когти сделали из него славный гриль, прорезав недостающие отверстия. - Но заметив, как сверкнули янтарные глаза и блеснули огромные клыки командирского Альтер-эго, темный эльф плавно отошел в сторону.

- Похоже, ты слегка перегрелся на солнышке, Торвальд. Много хохмишь, на тебя совсем не похоже, - с легкой хрипотцой проговорил командир. И уже обращаясь к оставшимся двум членам своего экипажа, с едва заметной ухмылкой добавил. - А вам земноводные двоякодышащие не пора смочить шкурку, которую вы сушили на солнышке целый день? Пошли по домам, парни, под душ и баиньки.

Так и разошлись они, каждый к себе домой, а через четыре дня они дружно маршировали по длинному коридору старинного здания управления Аэронавтики.

Их было восемь.

Восемь человек из экипажа "Оптимист-4", а когда-то эта дружная команда состояла из двенадцати молодых парней. Вот только прививка мутагена внесла свои коррективы. Мутировать без потерь и остаться в своем уме смогли не все.

Вот и шагала рослая восьмерка по ковровым дорожкам управления, не глядя по сторонам. А вот на них смотрели, кто с завистью, кто с гордостью, но никто кроме них не знал, что они мутанты и через что им пришлось пройти, чтобы сойтись сегодня здесь и печатать свой шаг по коридорам управления.

Впереди, как и подобает, шагал, гордо вскинув, голову командир экипажа - Андрей Колосов. Он был широк в плечах и немного тяжеловат. Его улыбка пугала встречных своими хищно сверкающими клыками, которые он, словно дразня, показывал направо и налево. По его стати и мутация ему досталась соответствующая, по воле случая или по жребию, он стал оборотнем. Волком антропогенного типа, огромным и сильным, как медведь. Словно в насмешку перед своим первым полетом в должности Командира корабля он наколол себе на плечо и лопатку ощеренного и когтистого волка, тянущего свою лапу к шее носителя картинки. Человеком Андрей был уравновешенным, справедливым и твердым, как кремень. Любил повторять: "Мужик сказал, мужик сделал". И слова его не расходились с делом. У Андрея тоже была жена и он так же, как и Эрик оставлял ее дома, на земле. Ведь если бы не Ирина, может и не шагал бы он рядом со своими друзьями. Это она маленькая и нежная поддерживала его в те тяжелые часы, дни, когда ломался и перестраивался организм, когда сходя с ума от боли, он готов был кинуться на любого, кто оказывался рядом. Это она смотрела на него, в его душу своими огромными фиалковыми глазами и помогала выстоять и остаться самим собой. Остаться самим собой даже после того, как он принимал облик своего Альтер-эго. И может тоже переживал и грустил, но эти эмоции могли видеть только члены его экипажа, а остальные шарахались в сторону, увидев хищную улыбку.

Второй. У правого плеча командира шагал Эрик - старший штурман экипажа, и его, спрятанные в "тень", крылья тоже видели только друзья, его экипаж.

Потом уже они будут смеяться над тем, как поставили на уши клерков из управления, шагая по коридору, словно на параде чеканя шаг. Те, у кого мутация позволяла, щерили зубастые улыбки, отращивая клыки.

Рядом с Эриком, плечо в плечо шагал его лучший друг по экипажу, веселый француз Франсуа де Сержери. Он возглавлял планетарных разведчиков. Рискуя жизнью во время каждой высадки, Франсуа не разучился шутить и смеяться, а еще он великолепно пел под гитару, которую всегда возил с собой. Эрик и Франсуа подружились сразу, еще в первом полете на "Оптимисте". Тогда разведчик замучил Эрика рассказами о своей девушке. Его сумрачное Альтер-эго - огромный нетопырь, тело, которого покрыто густой темно-бурой шерстью и огромные кожистые крылья, вооруженные острыми когтями. Этот нетопырь, обладал завидным слухом, и его огромные уши улавливали, как скребется муравей на травинке. Темно-оливковые миндалевидные глаза прекрасно видели с высоты птичьего полета малейшее колыхание травы. Его трансформация прошла успешно, правда Франсуаза едва не начала заикаться и после этого они неделю не встречались с Франсуа. Несчастный француз был внесен ею в черный список, и стал изгнанником на бесконечные семь дней! Но, как и должно быть - истинная любовь, найдет выход из любой ситуации. Франсуаза первая простила своего любимого. В этот полет француз тоже пойдет женатым человеком, ведь Франсуаза побоялась отправлять в далекий полет своего "Бэтмена". Вот у кого не было ни капельки грусти, словно он шел в магазин через квартал, а не за сотни световых лет летел на разведку.



Брагина Веста

Отредактировано: 19.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться