Долина Перро

Глава 4

                                                                               ******

             —Как это, мать твою, понимать, Вито?
            — Франц, ты же сам говорил мне слушать сердце, — недоумевал Вито.
            — Ты хочешь сказать, твое сердце подсказало тебе ударить женщину?!
            — Я ее спас!
            За всем этим спором наблюдал капитан Карлос, попивая чай, сидя в углу комнаты за круглым столом на тонких ножках. Каюта была просторной, вся обита темным деревом, на полу постелен мягкий ковер. В середине, спиной упираясь к стене стояла просторная кровать, а по обе стороны от нее громоздкие тумбочки, украшенные разноцветным стеклом. Карлос в пол силы слушал эту горячую дискуссию между Францем и Вито, он понимал, и негодование Франциска,  и горячий порыв Вито.
            — Все пропало!
            — Послушай меня хоть раз!
            — Ты всех нас погубил!
            Они могли бы пререкаться до восхода солнца, но их прервал визит Бару.
            — Как она? — сходу спросил он, кивнув головой в сторону кровати.
            Ари лежала спиной к ним, укрытая пуховым одеялом, но все равно свернувшись калачиком, словно от холода. Она сопела.
            — В порядке, — оправдался Вито, тупя взгляд.
            — Проверь ее! — указал Бару, смотря юнцу прямо в глаза.
            — Ари! Ари! — громко повторял Вито, подходя к кровати. Он коснулся  ее плеча, наклонился. — Ари!
            — Воды, мне необходимо … воды, —пробормотала она в ответ на прикосновение.
            — Воды больше нет, и не будет. Я спас тебя. — С гордостью констатировал Вито.
            — Мне нужна вода! — Ари прокричала это не своим голосом,  она повернулась к ним лицом, с размаху оцарапала Вито когтями, которые скрылись под кожу так же быстро, как и появились.
               — Ну, хоть на лице нет следа от удара, — почти заикаясь, оправдался Вито.
            Но на лице были другие изменения. Зрачки ее сузились и больше были похожи на звериные, клыки так же за миг выросли и исчезли, видимо она могла это контролировать. Медные волосы приобрели оттенок гранатового камня. На коже отчетливо проявлялась чешуйчатая структура, ее цвет тоже поменялся, на более бледный, даже водянистый.
            — Русалка, — подключился Бару.
            Карлос, который до этого момента сидел отстраненно, вышел из каюты, но быстро вернулся с полным ведром воды. Пока все остальные, раскрыв рты, тупым взглядом таращились на Ари, которая хрипя, хватала воздух, капитан Карлос облил ее водой из этого самого ведра, которое принес с собой.
               — Мое пуховое одеяло! — горько завыл Франц, кажется, не до конца понимая, всю ситуацию.
            Ари стало лучше после такой водной процедуры, кожа выровнялась,  дыхание восстановилось.
            — Та ты и вправду не можешь без воды? — разочаровался Вито.
            Ари заговорила стихами:
 "Под парусом черным ходил паренек
 Отважный, но скромный, такой его рок.
И запах соленый в душе не умолк,
И в глазах цвета моря горел огонек.

Влюбилась в красавца русалка одна,
Не спит и не ест, только сходит с ума.
На чертовых скалах сирены поет,
Он с суши несет ей красивый цветок.

Встречаются тайно, как только луна,
Отраженье находит океанского дна.
Но любовь — злая штука, узнает Пойседон,
Что кто-то его нарушает закон.
 

Он брови нахмурил, он в ярости был,
Корабль пиратский ко дну он пустил.
На палубе были мольбы и проклятья,
Крушились мачты и случилось несчастье.

Погибли пираты, их тьма поглотила.
Теперь им известна морская путина.
Один только выжил, один только смог,
Спасла его та, кто с хвостом вместо ног.
 

Схватил ее невод и держит в плену,
Она бьется в отчаянии, ее тянут ко дну
Старик седовласый с трезубцем стоит,
Грозит смерть русалке, она же молчит.

Она не сказала ни где он, ни кто
И то, что спасла она только его.
Потому что в груди рвется сердце на части
Не могла допустить она такое несчастье.

Так закончилась эта история горем
Ждал пират день за днем, смотрел в открытое море
Причалил фрегат, они его на борт взяли,
Уплыл наш пират, а русалку распяли.