Дом Немилосердия

Размер шрифта: - +

Глава тридцать четвертая

Меня тут же обдало горячим дымом, и я закашлялась, но не отвернулась. Полыхал камин, догорала обшивка дивана – того самого дивана! – и тлели занавески. Дым валил отовсюду, и я прищурилась, чтобы хоть что-то разглядеть. В груди снова заколотилось – нервно, рвано, бешено; как будто это я, я умирала в этом дыму и кто-то внезапно пропустил сквозь мою грудь сильнейший разряд. Но для того, чтобы все увидеть, не нужно было долго вглядываться в дым.

Шарп лежал на спине посередине комнаты, а пол вокруг был усеян мелкими и крупными осколками. Журнальный столик, чертов журнальный столик, сообразила я внезапно и решительно бросилась в дым. Сзади раздался окрик Логана, и он больно резанул по ушам, но я даже не различила слов. Я рванула вперед, схватила коммандера за плечи и кое-как оттащила подальше от огня; просто чудо, что на нем не успела загореться одежда. Битым стеклом было усыпано все вокруг, и несколько старых порезов снова открылись, но я как будто не почувствовала боли.

- Огнетушитель! – крикнула я Логану. – Ты знаешь, ты здесь был! Ищи проклятый огнетушитель, не стой как столб!

Логан, закрыв лицо воротником рубашки, помчался куда-то в сторону кухни. Все горело и полыхало, а я начинала задыхаться от дыма. Нельзя, приказала я себе мысленно, Тара Темпл, не вздумай! Думай о Шарпе, твердила я себе – думай о нем, ему сейчас хуже и больнее, чем тебе...

Он лежал, закрыв глаза, и на левом плече, чуть ниже ключицы, рубашка была красная и влажная от крови. По лбу стекали красные струйки. Положив ладони ему на грудь, я прислушалась и коротко выдохнула: его сердце билось. Пульс на шее был слабый и неровный, но он был – был, как та ниточка, за которую так отчаянно цеплялись мы оба. Ворвался Логан с огнетушителем, и шипение аппарата заглушило все остальные звуки. Я же сидела, вглядываясь в бледное лицо коммандера, и понятия не имела, что делать дальше. Мысли, как лавина, мчались с невероятной скоростью; в какой-то момент я попросто оцепенела, но тут Логан рухнул на колени рядом со мной.

- Что с ним? – спросил он хрипло. – Он жив?

- Логан, он дышит, - прошептала я. – Сердце бьется, пульс просчитывается, но он наверняка надышался дыма... - Логан протянул мне смоченный водой обрывок ткани, и я закрыла им лицо. – Эй, что ты делаешь?!

Парень молча, без лишних слов, протянул руку и, схватив неизвестно откуда взявшийся графин (подозреваю, что с той же кухни – видимо, он хорошо знал эту квартиру), плеснул Шарпу в лицо ледяной водой. С волос коммандера стекали капли, и следующие несколько мгновений показались вечностью. «Пожалуйста, очнись, - умоляла я мысленно. – Ты сможешь, ты прорвешься, ты же сильный... ты всегда был сильным... и будь таким сейчас... хотя бы ради меня!»

Его губы дрогнули, и он медленно, с трудом открыл глаза.

- Грейс?..

Я вскрикнула и склонилась над ним.

- Николас, это я, - и тут в далеком космосе, должно быть, взорвалась целая галактика оттого, что мы внезапно перешли на «ты». – Я, Тара Темпл... я вернулась, видишь? Ты был прав! Я вернулась!

Слезы текли по щекам, застилали глаза водянистой пеленой. Дым больше не поступал, но его все равно было слишком много. Шарп пару секунд потерянно переводил взгляд с меня на Логана, а потом наконец сфокусировался на мне. Сфокусировался, попробовал протянуть руку – и застонал от боли.

- Осколок, - прохрипел он. – Плечо...

Я умоляюще посмотрела на Логана. Чертыхнувшись, он быстро расстегнул пуговицы и снял рубашку – парадную рубашку, которую наверняка припас специально для родительского дня. Я же была готова не то что рубашку – кожу с себя снять, если бы это помогло его спасти... Скрутив ткань, парень кое-как зажал рану коммандера, и тот придержал получившийся жгут здоровой рукой; Шарп оставался Шарпом даже с осколком в плече, то есть соображал он, как всегда, быстро. Я бросила на Логана благодарный взгляд – и невольно отшатнулась, с трудом подавив крик.

 

Татуировка на плече.

Два красных крыла.

Конвойный...

 

- Надо выбираться отсюда, - голос парня словно дал мне пощечину: к черту Трибунал, к черту крылья, к черту все, главное – спасти Шарпа. – Дело плохо.

- Я... не выберусь, - так же хрипло отозвался Шарп, тяжело дыша: было видно, что каждый вдох дается ему с трудом. – Тара... Тара, послушай меня, не плачь... - Я уткнулась лицом в ладони и тихо завыла. – Беги, беги отсюда... Ты умная девочка, ты справишься... сама...

- Нет! – закричала я звонко. – «Спаси врага своего», помнишь, Николас? Я тебя не брошу! Не отдам!

- Я не...

- Ты выберешься! – заорала я еще громче. – Ты вспомнил Грейс, ту, ради которой полюбил меня, и ты... ты... - Он снова дернулся и запрокинул голову. – Николас! Николас!..

Я тряхнула его за плечи, и, очевидно, боль привела его в чувство. Он снова застонал и вцепился в мои руки.

- Тара, я... - Голос куда-то пропадал с каждым вдохом, и было видно, как он цеплялся за каждое слово. – Я тебя... люблю...

- Я тоже люблю тебя! – взвыла я. – Пожалуйста, Николас, нам нужно идти... только держись, прошу тебя, не теряй сознание, держись...

- Я... не могу, - признался он глухо. – Я... ногу... не чувствую.

О нет!

Логан осторожно прикоснулся к больной лодыжке Шарпа. Она была неестественно искривлена, как если бы он вывихнул ее еще раз. Или... или как если бы кто-то ударил его. По ноге. С размаху.

Так, как...

...я.

- Вставай, - приказала я. – Держись за меня, вставай... будет больно, но так надо. Я помогу тебе.

Логан кое-как стянул концы повязки на плече коммандера, а я осторожно поставила его на ноги. Вернее, на одну ногу: на вторую опираться он не мог. Его била дрожь, а лицо, казалось, сливалось цветом со стеной. Я с ужасом подумала, что он может потерять сознание в любую секунду.



Анастейша Ив

Отредактировано: 15.02.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться