Дом живых манекенов

Глава 4. С приходом дождя

Твой мир крутится вокруг персонажа, но мир персонажа не крутится вокруг него.

Из свода правил АХИНЕЯ

Небо затянуло, не виднелось просвета даже на далёком горизонте. Лабори причитала и при слушателях, и наверняка в одиночестве, что дождь зарядил неслабый и прекратится в лучшем случае до темноты. В худшем – затянется на несколько дней.

Клара просидела с Рино до обеда. Он спал крепко, потому его не смог разбудить ни шум тяжёлых штор, которые она распахнула, чтобы оживить комнату, ни скупой дневной свет, ни скрип старых половиц, ни её попытка приоткрыть ветхое окно, чтобы впустить свежести в комнату – Кларе казалось, что вонь изысканного угощения, предложенного вчера миссис Вульф до сих пор их преследовала. Единственный раз он зашевелился и нахмурил брови, когда Лабори громко позвала садовника. Клара затаила дыханье, точно его пробуждение сулило жесточайшим наказанием. Стоило на секунду замереть, как спальню заполнила грузная тишина, разогнать которую не получалось даже у разыгравшегося шторма.

Она тихонько листала книги, отвоёванные у паутины старых полок – Лабори, верно, полагала, что никто на них не сунется, и оставила на потом, да так и забыла, убегавшись с другими делами. Странные сказки о похищенных девах, лесных чудовищах и злых колдунах. «И взвыла она, поняв, что дитя её обречено. И сколько бы она не рыдала, быть ей проклятой матерью». Клара захлопнула сборник и поспешила вернуть на место – после таких страшилок собственной тени бояться начнёшь. Взяла другую книгу, с зелёной обложкой и затёртыми золотистыми буквами, полистала – почище прежней.

Ей в детстве читали сказки, немного иные по содержанию и концовки у них были повеселее. Принцам не откусывали пальцы, чтобы они не могли держать меч, а принцессам не выкалывали глаза, чтобы злодей обманом взял их в жёны. Страницы пахли, словно на них вылили дюжину флаконов с протухшей водицей, а от чёрно-белых рисунков с чудовищами волосы дыбом вставали.

Расположившись поудобней в старом кресле и оставив чтение жутких историй, Клара уставилась в окно. Отсюда хорошо просматривалась крыша почерневшего дома – немного смазанная, будто нарисованная акварелью, пробивалась сквозь ливень, парила над городом.

– Мисс? – Перед глазами возникло лицо Лабори. Клара и не заметила, как прикорнула под однотонный стук капель по стеклу. – Мисс? А я вас повсюду ищу! Что вы тут делаете? – Служанка приподняла поднос, с которого едва не слетела хлопковая салфетка. Стакан с водой дрогнул, и несколько капель упало на пол. Лабори искоса глянула на Клару, а затем запричитала с новой силой: – Боже мой! До чего безрукая стала! Ох, мисс! Зову вас, зову, а вы вона как! Бегом отсюдова! Не миновать беды, если миссис Вульф прознает! Немедленно спускайтесь к обеду!

Клара покорно поднялась и отправилась к двери с чувствами, что её выгоняют самым наглым образом и что быть здесь, в этой комнате, всё равно что закон нарушать. Оба эти ощущения, немного противоречивые и неприятные, вынуждали сделать хоть что-то, чтобы не превратить её в подобие послушной куклы, с которой можно играться как вздумается.

Служанка приблизилась к кровати Рино, бережно поставила тарелку с бульоном и стакан на тумбочку, а затем потрепала больного за плечо.

– Доброго дня, – зашептала она, поглаживая его по слипшимся от пота волосам. – Просыпайся, золотце! Бедненький мой…

Клара поджала нижнюю губу, неуверенная в том, что хочет куда-то уходить. Был здесь какой-то подвох, что-то, чего она не могла уловить разумом, но чувствовала.  

– Лабори?

– Идите, мисс, – служанка просеменила к окну и задвинула шторы. Она осмотрела комнату, проверяя, всё ли там, где ему положено. – Миссис Вульф и так уж зла не на шутку из-за ваших самовольных действиев!

Клара скользнула за дверь, растерянная неприкрытой угрозой. Ну что за люди!

В столовой было накрыто на две персоны. Пахло наивкуснейше. Уюту мешал разве что ливень. Казалось, под его напором стекла в любой момент разобьются и поток воды вперемешку с осколками хлынет на безоружных дам.

Миссис Вульф, как ей и полагалось, сидела во главе стола и с аккуратностью, свойственной аристократам, захватывала серебряной ложкой куриный бульон.

Клара присела, но не сразу решилась на хмаревское пиршество. Она робко, с невесть откуда взявшейся виной на сердце, наблюдала за Пэком. Садовник мастерил новую опору для покосившего из-за дождей столба. Из-за шума обезумевшей воды работы никто не слышал, зато его жёлтый плащ прекрасно демонстрировал, как в столь ненастную погоду тяжко было двигаться не то что чинить.

Миссис Вульф продолжала молчать, не почтив даже скромным приветствием. Она не замечала Клары, обратив свой взгляд на остатки бульона, словно он единственный понимал все её душевные смятения.

Стоило Лабори появиться на пороге, миссис Вульф гаркнула:

– Почему я до сих пор не получила газеты? Разве сегодня не приходило почты?

– А как же, миссис! Но с утра вы были совсем уж не в духе, и я не стала вам докучать. Принести?

– Разумеется!

– Миссис, я такое узнала! В газетах сегодняшних такого и нету! Сын-то священника, – она понизила голос, – помер. Аккурат перед дождём горланил соседский мальчонка, сынишка тамошней кухарки. Хвастался, что руки мертвеца коснулся. Шкодник мелкий! До чего ребятёнок развитной!



Иан Таннуш

Отредактировано: 03.04.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться