Домик на озере

Размер шрифта: - +

Обычный день Англада

Большая железная дверь открылась и возмущённо скрипнула, тем самым объявив о прибытии новых посетителей. Ими оказались огромный мужчина примерно в два метра ростом в коричневой шинели и высоких, словно дикие ели, сапогах, и девочка лет тринадцати. На ней было надето бледно-голубого цвета пальто, розовый чепец и маленькие белоснежные туфельки. Не останавливаясь и ни на что не оглядываясь, мужчина быстро пробирался между рядами столов к барной стойке. Его шаги отдавались по всему залу неприятным чавкающим звуком, причиной которого служила прилипшая к сапогам грязь.
Очутившись возле стойки, мужчина плюхнулся на один из свободных стульев. Девочка вскарабкалась на соседний.
—Добрый вечер,— поздоровался бармен, спокойно намывавший стойку.
—Добрый,— ответил приятный голос из-под ковбойской шляпы.
—Чего желаете?
—Желаю... Желаю выпить.
—Без проблем. К нам сюда за этим и приходят. А чего именно?
—Виски.
—Хорошо. Чего-нибудь ещё?
—Нет. Только двойная порция виски... налитая старым другом,— мужчина снял шляпу и положил на стул слева от себя.
Бледный свет, пробивавшийся сквозь крохотные оконца, пал на светлые, аккуратно прилизанные волосы. Линзы прямоугольных очков заиграли радужными бликами. На горбатом носу стали отчётливо выпирать чёрные угри.
Теперь перед барменом сидел не высокий страшный тип, а самый обыкновенный парень лет шестнадцати с мягким выражением серых глаз и грустной улыбкой на лице. Очевидно, наряд этого человека создавал неверное впечатление.
—Виктор, побери, Англад,— бармен заткнул за пояс мокрую тряпку и принялся обслуживать клиента.
—Привет, Линдсей,— Виктор улыбнулся ещё шире.
—Давно не виделись.
—Да. Давно.
—Без десяти часов неделю,— Линдсей поставил стакан перед Виктором.
—Тебе не надоело считать дни,— это было утверждение.
—Нет, как видишь.—Линдсей стал наполнять стакан виски и остановился на середине.—Надо же чем-то себя занять, пока стоишь здесь, как истукан. Скучно ждать, когда хоть кто-нибудь попросит плеснуть чего-нибудь эдакого. Так что я рад, что ты заглянул.
Виктор поднял стакан и осушил его одним глотком.
—Но, полагаю, что ты не просто так здесь оказался,— Лидсей заговорил серьёзнее. Его взгляд упал на розовый чепец.— Ведь эта барышня, насколько я помню, тут впервые.
Стакан с грохотом опустился на стойку.
—Ты везёшь её на казнь, не так ли?— спросил Линдсей, хотя уже понимал, что ответит Виктор.
—Да, всё верно. И ещё я надеялся найти здесь Мэтью. Хочу поскорее покончить с этим делом.
—Может за одно и приделать новую листовку?— Линдсей указал на груду розыскных листовок, пришитых к правому плечу Виктора.
—Ага. Кстати, не знаешь, где он?
—Заходил утром на чашечку кофе. Потом я его не видел.
—А он вообще здесь? Может уехал куда-то?
—Вроде бы здесь. Надо спросить. Эй! Кэрол!— Линдсей окликнул служанку, оттиравшую чью-то рвоту в дальнем углу.— Ты, случайно не знаешь, где сейчас Мэтью?
—Что?— Кэрол плохо слышала, а потому часто переспрашивала.
—Я говорю, ты случайно не знаешь где Мэтью?
—Знаю.
—И где же?
—Здесь я.
Друзья посмотрели на вход. Молодой парень в чёрной байкерской куртке, слегка потрёпанных джинсах и новеньких кедах умеренным шагом приближался к ним. При виде этого человека Виктор испытал лёгкий трепет. В свои восемнадцать Мэтью уже успел добраться до должности шерифа, о чём свидетельствовала золотая звезда, блестевшая на его груди. Правда, иногда её закрывала длинная каштановая шевелюра, струившаяся из-под медово-коричневой треуголки.
—Здорово,— Мэтью поприветствовал всех разом и присел рядом с девочкой.
—Уже здоровались,— ответил Линдсей.
—Линд, будь добр, налей мне того же, что и Виктору.
—Двойная порция виски,— Лиднсей сказал это на всякий случай. Наверное, он боялся, что шериф может запротестовать.
—Да-да. Давай побыстрее.
Линдсей отвернулся к стеллажу с бутылками, а Мэтью обратил внимание на Виктора.
—Ты здесь просто по бухать или по делу?
—Тебя искал,— Виктор поднял правую руку, чтобы шериф смог разглядеть железные наручники.
—О! Вот оно как? И кто твой попутчик на этот раз? Неужто вот эта юная леди?
—Именно.
—Хе-хе. Я смотрю, тебе осточертели достойные противники.
—Времена, Мэтью. Приходится ловить таких, как она.
—А что она сделала?
Виктор не ответил. Вместо этого он запустил правую руку во внутренний карман своей шинели и вытащил из него сложенный вчетверо розыскной лист. Развернув бумагу, он протянул её шерифу. Мэтью аккуратно принял потрёпанный пергамент и начал изучать всё, что было в нём написано. Линдсей тем временем поставил перед ним такой же стакан виски, какой наливал Виктору. Не отрываясь от чтения, шериф поблагодарил за услугу, взял напиток и по мере чтения стал с ним расправляться. 
Когда шериф закончил, он посмотрел на девочку. Та невозмутимо отвечала взаимностью.
—Так вот ты какая, Мэйси Мередит,— с лёгкой усмешкой сказал Мэтью и, запрокинув голову, допил оставшийся виски.
Внезапно дверь скрипнула уже в третий по счёту раз, и в заведение вошёл невысокий тощий человек в кроваво-красном пальто и высоком цилиндре. Все четверо посмотрели на ещё одного гостя. Мэтью не проявил особого интереса. Мэйси тоже оставалась безразличной. А вот Виктор и Линдсей, наоборот, заметно напряглись. Бармен горделиво выпрямился и скрестил руки у себя на груди, а Англад отодвинул полы шинели и потянулся к рукоятке своего револьвера. Было видно, что крысиная рожа с оттопыренными ушами не вселяла в них никакой радости.
Новоявленный господин подошёл к стойке и аккуратно залез на высокий стул рядом с Мэтью. При этом Виктор поймал на себе оценивающий взгляд маленьких водянистых глазок, блеснувших под полами цилиндра. Человек осмотрел присутствующих. Его глаза остановились на Линдсее.
—Здравствуй, бармен.— господин говорил очень медленно. 
—Квентин,— в голосе Линдсея слышалось лёгкое недовольство. В конце-концов, к нему не часто обращались со словом "бармен".
—Милый бармен,— продолжил человек, которого Линдсей назвал Квентином.— Будьте так любезны, налейте мне пожалуйста две двухсотграммовые рюмочки вашего самого лучшего джина.
—Нет, не налью,— коротко отрезал Линдсей.
—От чего же нет?— Квентин нервно потирал ладони от плохо скрываемого волнения. Белые перчатки противно шуршали.
—Джин кончился. Да и такие рюмки у нас вряд ли найдутся.
"Хорошо отмазался,"— молча отметил Виктор.
—Вот оно как. Очень жаль,— казалось, будто бы Квентин от природы не мог говорить быстро.— Тогда будьте так добры, налейте мне...
—Я тебе ничего не налью Квентин. Ты здесь больше не выпиваешь.
—Вот оно как. Но ведь... разве сюда не приходят, чтобы выпить?
—Другие может и да. Но ты сюда можешь явиться разве что углы обгрызать. И то, если Кэрол не врежет тебе по твоей нахальной морде пропёрженной тряпкой! Думаю, после такого прыщей у тебя прибавится знатно!— Линдсей стал переходить на повышенные тона.
Квентин тяжело вздохнул.
—Что ж. Тогда может быть, кто-то из этих молодых джентельменов окажет мне услугу?
Он посмотрел на Виктора и Мэтью.
—Господи, Квен! Бросай эту чепуху!— Мэтью подпрыгнул на своём стуле — так сильно он махнул рукой.— Никто не хочет нарываться на неприятности. К тому же из-за тебя.
—Эй!
Все, в особенности Линдсей, посмотрели на Виктора.
—Налей, пожалуйста, мне того, что попросил Квен. Но только одну рюмку.
Линдсей стоял в недоумении. В его глазах Виктор отчётливо мог разглядеть крупицу недовольства, однако внимания он не это обратил, так как прекрасно понимал - Линдсей понятия не имеет о его планах на счёт Квентина.
Оправившись от шока, бармен принялся выполнять заказ. Квентин тем временем спрыгнул со своего места и подошёл к Виктору, всё ещё потирая руки.
—Честно сказать, я не знаю, как вас отблагодарить,— его речь стала заметно быстрее.
—Бросьте! Вам не за что меня благодарить.
—Милый мой, вы глубоко заблуждаетесь! Вы и не представляете, какую огромную услугу мне только что оказали! Если бы не вы, я бы так и продолжал сидеть на том убогом стуле!
Пока Квентин распинался в своей благодарности Виктору, тот не переставал улыбаться и искоса поглядывать на Линдсея, насаживавшего на рюмку тонкую дольку спелого лайма. Закончив со украшением, бармен протянул напиток Виктору.
—Спасибо,— коротко поблагодарил Виктор.
—Да. Большое спасибо, Линдсей,— Квентин злорадно посмотрел на помрачневшего бармена, после чего принял стакан.— Большое спасибо!
—Да. Кстати, вы так и не представились.
—О! Прошу прощения!— Квентин стянул перчатку с правой руки.— Я - Квентин Лаудермилк! Охотник за головами.
—Виктор Англад. Коллега.
—Ух ты! Надо же! Какое совпадение!— оба пожали друг другу руки.— А значит эта госпожа - ваша...
—...пленница.
—Да, точно, пленница. И, позвольте спросить, сколько же вы получите за её поимку?
—Полторы тысячи.
—Ох, так мало?— Квентин удивлённо вскинул брови.
—Да,— Виктор печально опустил голову.
—Мой друг, для такого доброго человека, как вы, это непростительно крохотная сумма!
—Изначально я думал заработать почти восемь.
—Почти восемь тысяч долларов!
—Да.
—Господи, Виктор, что же вам помешало заполучить такие хорошие деньги?
Неожиданно Виктор начал тихонько посмеиваться. Будто он вспомнил какую-то шутку, но боялся, что громкий смех будет неприличным.
—Что такое?— Квентин тоже начал смеяться, хоть и не понимал, от чего.
—Да просто... Забавно получилось,— Виктор немного успокоился.— Вы спросили, что помешало заработать мне восемь тысяч долларов, а ведь не знали, что это вы.
Повисла тишина. На лице Квентина застыла нервная улыбка, в то время как Виктор стал предельно серьёзен.
—П-простите... Я не понимаю, о ч-чём вы,— от удивления Квентин начал заикаться.
—Не помните?
—Н-нет.
—Вы знаете, кто такой Генри Мэлвин?
Теперь Виктор не сомневался: Квентин понял, о чём идёт речь. Как минимум об этом говорил стакан джина, который собеседник медленно отставил в сторону.
—Конечно знаете. Ведь это вы как ни как его убили,— Виктор    тыкнул пальцем прямо в лицо Квентину.— А знаете, кто его должен был убить вместо вас?
—Догадываюсь...— Квентин снова заговорил медленно, только теперь в его голосе появились нотки хрипоты.
—Я,— Виктор тяжело дышал от смешавшихся внутри радости и гнева.— За этим подонком должен был охотится я. Я должен был его  убить. И я бы убил. Если бы ордер на его арест таинственным образом не пропал из кабинета шерифа в ночь перед открытием сезона. Верно, Мэтью?— не дожидаясь ответа, Виктор продолжил.— И знаете, чего мне стоила ваша выходка? Конечно, знаете, но я всё равно скажу.
Виктор надел свою ковбойскую шляпу и наклонился к Квентину.
—Полтора месяца... Полтора месяца голодной безнадёги. Скажи-ка, Линдсей, сколько это дней?
—Сорок пять!— Линдсей наслаждался развернувшейся сценой.
—Сорок пять дней без еды, воды и крыши над головой. И всё потому, что какой-то жалкой крысе захотелось прославиться. Ведь вы же дилетант в этом деле, верно? Новичок Квентин, который смог поймать великого Мелвина! Звучит неплохо.
Виктор встал на ноги, взял стопку с джином, обошёл Квентина и остановился возле Мэйси. Та лениво болтала ногами, подперев светлую головку правой рукой. 
—Знаете, когда я был маленький, мой папа всегда давал мне плакать. Так он позволял мне выпустить пар.— Виктор поправил свои очки.— Также он иногда разрешал порвать пару листов или разбить одну-две тарелки. Это если случай совсем из ряда вон. Рыдать перед вами я не собираюсь. А врезать вам или, прошу прощения, убить вас я не могу. Ведь тогда Мэтью с лёгкостью прикажет повесить меня на площади.— парень поставил рюмку перед развалившейся на стойке Мэйси.— Но только кто сказал, что я убью вас?
Едва эти слова сорвались с его губ, Виктор схватил маленькую Мэйси за её розовый чепец и со всей силы ударил лицом о стопку с прозрачным джином. Раздался треск бьющегося стекла. За ним последовали несколько удивлённых вздохов со стороны Квентина, Линдсея и Мэтью. А спустя мгновение тишину разорвал пронзительный щенячий визг бедной девочки, чья кровь уже постепенно расползалась тонкими ручейками по деревянной столешнице и собиралась в небольшую лужу. 
Жуткий вопль Мэйси охватил всех. Хоть Виктор и прижимал голову бедняжки к стойке, все чувствовали, как осколки стекла всё глубже проникают в её бледное личико, и как отравляющий жгучий спирт заливает свежие раны.
—Господи Иисусе,— прошептал Линдсей, приложив руку ко рту.
Одним ударом Виктор не ограничился. Парень отстегнул от себя цепь, до этого сковывавшую его вместе с пленницей, затем как можно медленней намотал волосы Мэйси на свой кулак и резко дёрнул за них из всех сил. Девочка слетела со своего стула, Виктор разжал кулак, и жертва безумного потока ненависти ударилась всем телом о кафельный пол. Послышался неприятный хруст — белая кость, разрывая нежное мясо, вырвалась наружу из правого плеча. Неудачно выставленная рука давала о себе знать.
Девочка вопила и билась в конвульсиях. Несчастной не хватало воздуха, из-за чего крики иногда прерывались глубокими вдохами. В такие моменты вопль отдалённо напоминал истеричный смех. Наверное, её страдания бы так и продолжались, если бы Виктор не сжалился и не вынул из-за пазухи револьвер с невероятно длинным дулом. Щёлкнул взведённый курок, и шесть оглушительных выстрелов встряхнули стены заведения. Последний ещё долго отзывался эхом.
Засунув пистолет обратно в кобуру, Виктор осмотрел последствия своей выходки. Первое, что он заметил, были шокированные произошедшим Линдсей и Мэтью с застывшими гримасами ужаса и страха. За ними последовала лужа крови вперемешку со стеклом, оставшаяся на стойке после первого удара. Среди осколков лежала слегка приплюснутая долька лайма. Завершал всю эту картину окровавленный труп с торчащей костью, грациозно развалившийся на полу.
—Прости, Линдсей.
Линдсей коротко кивнул. Виктор посмотрел на мёртвую Мэйси и на Кэрол, крестившуюся у противоположной стены.
—Прости, Кэрол.— парень представил, как служанка будет убирать весь этот бардак.
Кэрол промолчала. Наконец Виктор повернулся к Мэтью.
—Идём. Выпишешь мне премию.
—За что?— удивлённо спросил Мэтью.
—За поимку этой... Мэйси,— Виктор указал на труп.
Мэтью быстро подскочил к девочке, осторожно взял за целую руку и потащил тело в сторону выхода. За ним тянулся кровавый след. Виктор направился за ним, но у самой двери остановился и крикнул:
—Приятно познакомиться, Квентин!
Ответа не последовало. В прочем, Виктора это ничуть не смутило.
Большая железная дверь открылась и возмущённо скрипнула, тем самым объявив об уходе гостей.



Дилан Райт

Отредактировано: 31.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться