Допустимое отклонение

Размер шрифта: - +

Допустимое отклонение

Симка внимательно изучала показатели спектрометра. За что она обожала свою работу, так это за постоянные сюрпризы. Астероидно-пылевое облако вокруг Сибеллы сюрпризов предоставляло в избытке.

Прямо сейчас аппаратура настойчиво утверждала, что пылевая взвесь конкретно в этом месте состоит сплошь из иридия. А еще вчера тут была платина. А позавчера ‒ банальная двуокись кремния. Симка старательно фиксировала изменения. Ну облачко, ну затейник!

Исследовательская станция находилась довольно далеко от планеты и двигалась по внешнюю сторону от облака. Кто-то весьма разумно решил не помещать ее между планетой и тем, что в один далеко не прекрасный момент могло на эту планету упасть.

Симка загнала катер в ангар, забрала контейнеры с собранными образцами и отправилась в лабораторию. Спектрометр – это хорошо, но проверенные реактивы лучше.

‒ Серафима, ангел мой небесный, что там у тебя сегодня? ‒ Из бокового коридора вынырнул долговязый парень, быстро одной рукой обнимая девушку за талию, другой забирая чемоданчик с образцами.

‒ Привет, День, как день?

‒ Был хорошо, стал еще лучше!

Симка, привстав на цыпочках, легонько коснулась губами его щеки:

‒ Пожалуйста, занеси это в лабораторию, Я пока схожу переоденусь.

‒ Я мигом!

Они разбежались по разным коридорам. Правда, уже через пару минут парень вернулся на свое рабочее место, и, запыхавшись, бросил напарнику:

‒ Спасибо!

‒ Да не за что! ‒ хмыкнул его напарник и по совместительству друг. ‒ Мы тут все равно больше для декорации сидим.

‒ Тополев! Баринов! Вы чем заняты? Баринов! Ты опять бегал не пойми где?!

‒ Крыс, иди и доложи об этом, только орать тут не надо! ‒ поморщился День. ‒ Я если и буду отвечать за нарушение дисциплины, то никак не перед тобой. Исчезни! Тебе тут, кстати, находиться не положено.

‒ Доложу, будь спокоен! А за крысу ты ответишь!

‒ Какая еще крыса?! ‒ притворно удивился День. ‒ Я сказал «Крис». По имени к тебе обратился. Тополев вон тоже слышал. Мэт, подтверди!

‒ Конечно!

Крыс-Крис выскочил из контрольной кабины, как ошпаренный. Вслед ему летел громкий хохот двоих товарищей.

 

Симка разбирала образцы в лаборатории, когда к ней заглянул ТеДжун. Он некоторое время молча наблюдал, как она возится с реактивами герметичной камере, а затем заинтересованно спросил:

‒ Ну и что там было сегодня?

‒ Иридий. Чистейший. Да ты сам посмотри.

‒ Надо было больше насобирать. Пригодился бы.

‒ Если бы была гарантия, что вещество не изменится…

‒ Пока изъятые образцы статичны.

‒ Пока – это только полгода. Тем более в условиях лаборатории, без контакта с внешней средой…

‒ Тоже верно, ‒ покивал головой ТеДжун. Он заведовал этой лабораторией уже пятый год, но до Серафимы еще никто из его «полевых агентов» не преподносил ему таких загадок. Илайя вот добросовестно изучает структуру малых астероидов в западном секторе, и там всё без сюрпризов. Манечка, до Серафимы кропотливо собиравшая пыль в соседнем секторе, тоже ни с чем странным не сталкивалась. Да и остальные никаких отклонений не фиксировали.

 

Начальник исследовательской станции, выслушав очередную жалобу от Орсена, только тяжело вздохнул:

‒ Лейтенант, в конце концов, их там двое именно для того, чтобы один мог беспрепятственно покинуть пост без угрозы нарушения функциональности узла. Я это уже Вам говорил.

‒ Но!..

‒ Не Ваша обязанность следить за дисциплиной. Запомните это, наконец. Вы свободны.

Кристиан Орсен, поборник справедливости и порядка, вышел, кипя, как чайник. Начальник, глядя ему вслед, только головой покачал. Вся станция до последнего робота знала о причине агрессивного настроя Орсена по отношению к Баринову, а заодно и к Тополеву. Причина была приписана к химлаборатории и звалась Серафима Ильина.

История разворачивалась на глазах у всей станции. Чуть больше года назад в лабораторию прислали на замену новенькую - симпатичную спокойную девчонку. И перезнакомившись со всеми, как-то естественно, легко, она выбрала в друзья круженного Дениса. Словно где-то в невидимом реестре кто-то поставил напротив имени Симы фамилию Баринова, А потом им оставалось только встретиться. Так они и были вместе ‒ ангел Серафима и веселый День. Единственным темным пятном в этом спокойном счастье был Кристофер Орсен. Он тоже имел виды на Серафиму, но был ей безразличен. Нет, она здоровалась, легко улыбалась, но любила своего Деня и другими не интересовалась. Крис, и так не отличаясь миролюбием, откровенно психовал и доставал Дениса как мог. За этим спектаклем наблюдал весь персонал станции, и периодически те, кто прилетал на нее по служебным делам. Развлекались все.

Орсен никак не мог понять, почему его, красавца-лейтенанта, отодвинули в сторону ради лопоухого нескладного техника. Он рвал и метал всякий раз, когда замечал парочку вместе. Иногда у Криса мелькала мысль избавиться от удачливого соперника радикальным способом, но … помимо того, что на это надо было решиться, он оказался бы первым подозреваемым.

Первое место в мыслях Серафимы занимал День. Потом шли загадки облака Сибеллы. Кристиан же значился где-то в общем списке знакомых. Это было обидно. В какой-то момент Орсену пришла в голову гениальная мысль: надо выяснить, что там такого происходит в облаке. Тогда Сима оценит. Обратит внимание. Поймет, что он лучше этого баламута Баринова. Правда, с какой стороны к этому подступиться, лейтенант представлял слабо. Ученым и исследователем он не был, зато привык действовать. У Патруля на станции было два катера, почему бы не совершить внеплановый облет пары секторов?

Вылеты Патруля никто не регламентировал. Орсен, выбрав момент, когда сотрудники лаборатории копошились со своими пробирками, забрал катер и отправился навстречу неизвестному.



Сергей Ильичёв

#8105 в Фантастика

В тексте есть: пылевое облако

Отредактировано: 08.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться