Дорога к мечте, или Третье правило кошек

Глава 13. Появление щенка

Жизнь на станции после первых суматошных дней, когда папа с мамой то пытались просушить сырые дрова, то случайно обливались ледяной водой, доставая ведро из колодца, то бежали к приборам, едва не пропустив время снятия показаний, а Ритка и кошки старательно путались под ногами, постепенно вошла в колею.

Вставалось здесь рано – отчасти, потому что печка за ночь прогорала, и в домике становилось прохладно, отчасти из-за солнца, которое поднималось из-за отрогов гор и непременно заглядывало в окошко прямо у Ритиной кровати. Папа к этому времени уже заново растапливал печку, а затем уходил снимать показания с приборов на метеорологической площадке. Ритка помогала маме готовить завтрак. Дома ей всегда было некогда это сделать – ведь она едва могла проснуться, чтобы пойти в школу, и порой не успевала завтрак даже съесть, не то что приготовить.

Первая половина дня была «папина». Это значило, что раз в три часа папа уходит на площадку, записывает данные приборов, а затем отправляет их по рации в Гидрометцентр. Там из этих данных делают прогноз погоды и затем рассказывают по телевидению. Рита в это время занималась учебой. В роли учительницы выступала мама, но, если нужно было объяснить что-то непонятное, подключался папа. Папа знал столько, что хватило бы не на одно школьное образование, а на целых несколько. Только он раньше ничего этого Ритке не рассказывал, потому что был занят работой.

Во второй половине дня обработкой и передачей данных занималась мама, а папа гулял с Риткой, играл с ней в шашки или учил ходить на лыжах. Иногда Рита ходила с папой или мамой на площадку и тоже училась разбираться во всяких интересных штуках со сложными названиями.

По вечерам между измерениями все собирались на ужин у теплой печки, а затем пели песни, играли в «Крокодила», рисуя мелом прямо на бревенчатой стене, или слушали, как мама читает книжку. Книг взяли с собой много – на электронной читалке, поэтому скучать не приходилось. А ночные смены мама и папа делили между собой, дежуря по очереди.

Иногда на станцию заходили охотники. Поначалу они очень удивлялись, встретив там незнакомых людей, да еще с ребенком, но скоро все со всеми перезнакомились и подружились.

 

Кошки предпочитали греться где-нибудь возле печки. Выходить на улицу они могли, но делали это редко.

– Дождемся весны, – говорила, сладко потягиваясь, Рыжая, – вот тогда и поохотимся.

 

Весны они действительно дождались, хотя пришла она позже, чем в городе. В один из солнечных (а надо сказать, большая часть дней на защищенной горами станции были солнечными – ветра и снегопады случались очень редко) дней в дверь постучал один из их новых друзей-охотников. На этот раз он был с большим рюкзаком, в котором что-то шевелилось. Охотник загадочно улыбнулся, поглаживая усы, и подозвал Ритку.

– Ты скажи мне, хозяйка погоды, почему у вас на станции такой непорядок?

– Какой непорядок? – удивилась Ритка. Она точно знала, что вместе с мамой тщательно протирала все приборы, которые ей разрешалось трогать, и даже мыла полы.

– Дык сторожа нет.

– Нас кошки сторожат! – заступилась за своих питомцев Ритка. – Они знаете, какие чуткие!

– Так-то оно так, – усмехнулся охотник и поставил к ногам поскуливающий шевелящийся рюкзак.

Ритка начала о чем-то догадываться. И мама с папой тоже.

– Щенок! – ахнула Рита еще до того, как из рюкзака показался черный и блестящий любопытный нос.

Щенок был пушистым и толстолапым, серой волчьей окраски. Он шумно дышал, повизгивал и радовался всем вокруг, а больше всего тому, что его выпустили из рюкзака.

Подошли кошки. Их тоже разбирало любопытство по поводу нового члена семьи, но они старались не подавать виду.

– Привет! – радостно пролаял щенок.

– Здравствуй, Серый, – неторопливо сказала Белая.

– А почему я Серый? Я не знаю, кто я. Мне еще имя не дали!

– Имя тебе дадут люди, и будет оно для людей. А для нас ты Серый, и точка.

– Ну ладно, пусть Серый, – кивнул щенок, – а вы кто?

Кошки представились. Щенок подошел к Нишке и дружелюбно облизал ее с головы до ног. Та чуть поморщилась, но не отстранилась, а после села вылизываться. Алиска такой фамильярности не допустила и тут же шлепнула Серого лапой по мохнатым ляжкам.

– Лапы и язык не распускать. Старшего по званию уважать.

– Хорошо, – охотно согласился щенок. – А кто старший?

– Я.



Юлия Боровкова

Отредактировано: 19.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться