Дороги ветров

Размер шрифта: - +

Глава четвертая

Глава четвертая.

   Костер мы все же развели. Правда, перед этим меня долго буравили упреком темные глаза Ковыля. Чтобы успокоить его, пришлось долго объяснять коню, что со мной все хорошо и можно уже не волноваться. В конце концов, мне все же удалось его убедить в правдивости моих слов и Вылька, доверительно толкнув головой в плечо, пошел обдирать траву в метре от нас. Вот же егоза! И как он все понимает?

   Огонь костра приятно грел кожу, подсушивая вновь немного отсыревшую одежду и волосы, создавая уют даже глубоко в чаще леса. Горячий цветочный отвар обжигал горло, разливая тепло по венам. И мне совсем не хотелось, чтобы этот миг заканчивался.

   Ураган уже стих, унесся вместе со всей своей громогласной мощью вперед, забрав с собой и ветер, и темные тучи и даже дождь. Шум капель теперь исходил лишь от веток и листьев, уставших держать на себе этот груз. Вышедшее из-за облаков солнце будто доказывало миру, что оно все еще существует, быстро выжигая с поверхностей влажные следы недавней непогоды.

   - Вия, я могу попросить тебя кое о чём? - Рион, дожевавший свой кусок хлеба, во все глаза уставился на меня. Это был слишком сосредоточенный взгляд, настораживающий и вводящий в некое оцепенение всё мое естество. Будто этим взглядом он хотел заглянуть глубоко в мою душу, раз за разом натыкаясь на преграду в виде железных створок сердца.

   - Да, за мое недоверие ты можешь просить всё, что хочешь.

   Парень картинно закатил глаза и, улыбнувшись, сказал:

   - Опять ты об этом? Вот же упертая девчонка! Но... Я все же хочу кое-что узнать: почему ты здесь? Почему не с семьей, а одна? Ни за что не поверю, что тебя отпустили просто так. Таких чудес не случается.

   Грустно улыбнувшись, я кивнула, пытаясь хоть немного смерить нахлынувшие жгучим прибоем соленые воспоминания. Но как бы в действительности мне не хотелось избавиться от них, забыть, стереть в порошок, просто вычеркнуть из жизни, это было не возможно, как и не возможно просто взять и зачеркнуть почти всю свою жизнь.

   Прикрыв глаза, я начала рассказ, боясь даже возможности поймать взгляд человека, которому хоть сколько-то была интересная моя жизнь. Воспоминания приходили в голову сами собой, складываясь в невообразимо тонкую и извилистую красную ленту Судьбы.

   Не знаю, как для других детей нашего Дома, но для меня родиться в семье мечников было самым кошмарным сном, который, впрочем, никого не спрашивая, решил воплотиться наяву. Я, ненавидевшая с самого детства потери и оружие, была вынуждена смериться с тем, что меч за спиной - это самая необходимая вещь в жизни, что войны за чьи-то призрачные мечты - реальность, что о других путях в жизни и речи не может быть.

   В нашей семье военное воспитание детей начиналось в самом начале жизненного пути, а первый меч вкладывался в руки уже в шесть лет. Потому и думать о том, что впереди тебя ждет что-то более светлое, чем пелена кровавых битв, не приходилось. Даже для меня, девушки, исход не поменялся бы. Если только смерть или свадьба вмешались когда-нибудь в эту игру. Другого не дано.

   С самого начала я старалась привыкнуть к тому, что Судьба всё давно решила за меня. Занималась так часто и долго, как вообще возможно, слушала наставления учителей, что последний раз сами брались за оружие чуть ли не полжизни назад, жила так, будто мне такой путь в радость. Только вот сердце не обманешь лживыми убеждениями и словами о том, что оружие и слава интересуют тебя больше, чем тот мир за высокой каменной стеной из вековых предрассудков и глупых обычаев. Душа на то и душа, что мудрее головы и желает тебе настоящего, пусть и не всегда правильного, счастья.

   Когда мне исполнилось двенадцать я начала выбираться из поместья через тайный ход в маленький городок, находившийся неподалеку. Видела степи и леса, далекие горы и бурные потоки рек с барахтающейся в них серебристой рыбой. Разглядывала людей, совсем не думавших о том, что девчонка в простом, запачканном пылью, темном платье может быть кем-то, кто всё так же изо дня в день берет в руки меч, сражаясь в боях с гвардейцами и младшими рыцарями, которые и не думают хоть немного щадить, уступать. Что залечивает и сводит шрамы, от которых почти невозможно избавиться. Что тайком таскает в комнату книги о путешествиях и давно мечтает о свободе.

   В конце концов, я сбежала из дома в седьмой месяц после моего семнадцатилетия. Точнее... Мне помогли сбежать. Мои братья, которых у меня четверо: два старших и два младших. Тарею и Тарису уже по двадцать шесть, а младшим(они дети от второго брака моего отца) всего семь и десять лет. И если бы не они я так и осталась бы за запертыми воротами на всю жизнь. Без мечт и без самой жизни.

   - Да уж... - присвистнул Рион, когда я закончила - Ты точно необычная девушка! Погнаться за мечтой не так просто, и, честно говоря, я думал, что один такой сумасшедший! И, все таки, какая она?

   - Кто? - удивленно спросила я, совсем не поняв вопроса.

   - Мечта же, мечта! Та, за которой ты ушла.

   - Если это, конечно, можно назвать этим громким словом, то... Я хотела бы путешествовать. Долго. Несколько лет. Объехать всю нашу империю и соседние страны. А потом вернуться и остаться в столице, открыв небольшую цветочную лавку. Что может быть лучше?

   По лицу Риона было видно, как он смутился. Кажется, мой ни к кому не относящийся вопрос поставил его в тупик. Или мне только почудилось, что он как-то странно повел плечами?

   - Что такое? Сам же просил мечту. В ней что-то странное?

   Парень покачал головой:

   - Нет. Во всяком случае, она не менее странная, чем моя. Просто и я вспомнил свою мечту. Знаешь ли, мы в чем-то здесь похожи. Только... Я всегда мечтал стать рыцарем на службе у короля.



Анна Морева

Отредактировано: 09.09.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться