Драгоценность черного дракона

Глава 13. Изгнанники.

Даже если тебя гонят отовсюду, мятежная душа всегда найдет пристанище в сердце того, кто тобой дорожит.

Из записок госпожи Риаррэ Истиль

Йаррэ зевнула, потянувшись, и лениво почесала бок привалившейся к ней гончей. Ттмара предпочитала большую часть времени проводить в обличье  гончей, но Рин смутно подозревала, что в этом виновато вовсе не желание побегать на четырех лапах, или хорошенько замаскироваться под неразумную зверушку – слишком хорошо знали суть гончих айтири. О нет, скорее всего, дело было в чьих-то мшисто-зеленых глазах с золотыми искорками. Слишком старательно избегала айтири Леассана Ттмара.

Леассан, Шаелран, Томилан, Диэльан. И – Иаррин. Пятеро изгнанников.  За те полторы недели, что они приходили в себя и отдыхали в закрытой долине, где  обосновались эти неординарные личности, жизнь снова не единожды перевернулась с ног на голову.

 - Вот вы где… от Лесса прячетесь?  - Иаррин по-доброму усмехнулся, отчего темные, сейчас поблекшие узоры на лице колыхнулись.

 - Уж точно не я, - проворчала Йаррэ.

На сердце  было тревожно. Да, в этом месте  было уютно, невероятно красиво и спокойно. Никаких интриг, никакого насилия и боли, подчинения и недосказанности. Но здесь не было и того, ради кого она на все это пошла.

 - Не сидится тебе, да? – проклятый понимающе склонил голову, кося глазом из-под челки. – Гардэ всегда  тянет к Клинку, не говоря уж об атали… - он оборвал сам себя. – Ещё немного и можно продолжить путь.

 - А вы?  - невольно вырвалось.

Ттмара заворочалась под боком, свесив язык из пасти. Любопытная бестия.

 - А я  останусь здесь. До следующей смерти и возрождения. Я не имею права  уйти, да и просто не смогу…

 - Не верю! – заметила упрямо, комкая в пальцах одеяло.

Она и правда не хотела верить. Проклятый айтири. То, что он рассказал ей, заставив дать клятву неразглашения, звучало дико, но… вписывалось в то, что она уже  знала.

«Позволь, я расскажу тебе  одну сказку, девочка. О глупом молодом мальчишке, о могущественных сущностях, и о том, что бывает, когда попадаешь меж ними в жернова. Любовь опасна, но любовь тех, кто сильнее тебя - могущественных властителей мира сего,  может стать смертельной.  Но этот глупый мальчик  мало что понимал в жизни. Он был юн и обласкан судьбой, любим сородичами и одарен талантами. Красивый молодой аристократ – предмет обожания всех дев айтири, он оставался холоден  к ним. Провести ночь – легко, но ни одна не заняла места в его сердце. Многие уже  думали, что он так  и не остепенится, либо, как  и большинство его сородичей, заключит брак по расчету, но… Однажды юноша решил, что ему надоела размеренная жизнь в родных долинах и лесах – и уехал с посольством в дальние страны, да только назад уже  не вернулся. Одни говорили, что он сгинул на чужой земле, другие – что нашел свою любовь, третьи – что он предал свою страну и народ. В некотором роде, правы были все.

Юноша тот больше не принадлежал себе, потому что в своих странствиях он все-таки полюбил.  – В этот момент лицо мужчины дрогнуло и стало на миг настолько мечтательно беззащитным, что сердце полоснул острый нож зависти. Где-то там была та, кого он до сих пор так сильно и беззаветно любил. – Однажды, на пути к людскому королевству посольство опасно приблизилось к границам темных земель, за которыми лежала Империя Смерти, где пока ещё не  было никаких альконов, а проживали  только люди да прочие измененные существа. Юноша был страстным и любопытным охотником, и, когда во время прогулки недалеко от стоянки, впереди появился силуэт неведомого зверя, не думая бросился в погоню. Все могло бы закончиться печально – ведь твари темной Госпожи не ведают жалости, но здесь вмешался рок. Смертельно раненный напавшими из засады тварями, юноша действительно умирал, когда явилась ОНА… Дева с  ликом бледным, как ночные Сестры Асайи и волосами серебряными, как их пряжа. В руках у девы было странное  оружие, походящее  на косу… Юноша думал, что это бред, предсмертные видения, и в какой-то момент лишился сознания, а, когда пришел в себя, оказался чужим пленником.

Несколько лет он провел во дворце самой Смерти, которая тогда, не таясь, ходила среди живых и смертных, а, когда срок плена вышел, он не захотел уходить, потому что полюбил. Он и не думал, что ему ответят взаимностью, что его возлюбленная  будет готова  отдать свою страну в его руки, провозгласив Нареченным и Императором. У них родился сын, страна процветала, жители любили своего правителя… Он и думать забыл и о прочем мире, и о сородичах! Но… - сильные пальцы сжали подлокотник кресла, в котором сидел рассказчик, почти кроша древесину, - они о нем не забыли. Все хорошее имеет свойство заканчиваться, - прошипел ядовито, - оказывается, он и не знал, что сама Жизнь выбрала его себе в Жрецы и Избранники, и, упустив, пришла в ярость. Она не любила его – но желала обладать словно куклой, словно игрушкой  бессловесной. А, коли это невозможно – просто сломать. Юноша все ещё не  утратил с годами своей доверчивости и открытости, и его легко выманили из страны, несмотря на все просьбы любимой остаться. А дальше…  -

Глухая тишина сказал больше, чем тысячи слов. Им обоим было, о чем помолчать. –

Он не отрекся от своей Супруги вопреки всем пыткам и посулам, и тогда Жизнь прокляла строптивца. Она сказала «Коли ты  желаешь смерти больше жизни со своей богиней, предатель, ты умрешь. Ты  будешь умирать каждые пятьдесят лет раз за разом и возрождаться вновь в то же мгновение, помня все прошедшие  годы. Ты никогда не встретишься со своим темным отродьем, никогда не уйдешь за грань, оставаясь вечным изгнанником на земле». Так и было. Он жил в муках, о чем  заботились его сородичи, а, умирая, возрождался вновь. Наверное, он начал сходить с ума, но больше не осталось в том изменившемся монстре  ни жалости, ни наивности. Лишь спустя долгие века его друзья смогли вытащить его из владений айтири, и ушли с ним, основав не нейтральных землях полностью закрытую для магии долину. Но изменить проклятия не смогли. Он так  и не мог ступить на земли Смерти, не мог увидеть ни любимую, ни сына, ни своих потомков, довольствуясь лишь запоздалыми вестями…».