Драгоценность черного дракона

Интерлюдия 4. Преданный враг

У тебя не будет друга ближе, чем враг, который стоит во главе атакующей армии.

Из потерянных записей Кинъярэ Амондо

- Мы действительно их оставим? – голос Ше’Тариналя прозвучал, как всегда, близко.

Друг задумчиво смотрел блестящими прозрачными глазами, кутаясь в обрывки крыльев. 

 - Она же отдала тебе свой портал, второй? Для меня? Кто она тебе?

 - Когда-то она должна  была стать моей нареченной, - Кейнар ответил без охоты – желания возвращаться к старой истории, в которой слишком большую роль сыграла глупая девчонка, не было.  – И да, я, безусловно, заметил, что она отдала свой портал. Гордость её всегда подводила.

Прозрачные  глаза налились золотым свечением – словно айтири пытался  прощупать его эмоции, но, конечно же, сделать он этого не мог. С теми крохами силы, что ему оставляли, даже дышать было уже  подвигом.

 - Так мы просто воспользуемся порталом и уйдем? Ты говорил мне, что твой  друг предал тебя. Но ты никогда не говорил о том, что твой друг – Повелитель альконов.

 - Они не был тогда повелителем, - возразил устало. Впрочем, ты ведь тоже  не был со мной откровенен, Ше’Тариналь из рода Золотого Лотоса, не так  ли?

 - Знаком с моими… родственничками?

 - Только косвенно, по моей работе. Сам понимаешь, мы с ними делали одну  работу – только по разные стороны. Мы оба квиты, так  что не о чем здесь говорить. Оба умолчали о многом, но на то были причины…

 - Да, ведь при встрече мы хотели друг друга убить.

 - Да, нас остановило лишь то, что это весьма порадовали бы  тюремщиков, - слабо усмехнулся алькон, - а что касается моего друга… Тари, он мог бы меня защитить. Мог оставить при себе, пусть в рабском ошейнике, пусть на поводке, но не гнить в тюрьме, откуда нет выхода. Но он не стал рисковать своим шатким положением.

 Где-то вдалеке раздался тихий шепот, складывающийся в непонятные слова. Замигали магсветильники. Зачадили факелы.

 - Тьма идет…

 - Тьма  и смерть загубленных душ, - прошептал Кейнар, впиваясь пальцами в пылающие виски.

Как невыносимо ощущать боль скованных душ и не сметь им помочь уйти! Не выполнять свое предназначение.

 - Ты сам все сказал. Сам ответил на свой же вопрос, - негромко заметил самый верный враг, - непроизвольно ежась.

Да, айтири здесь гораздо тяжелее. Тем более айтири, лишенному своей силы, своего клана, поддержки своего народа и богини. Не то, чтобы Тариналю она была нужна… не  теперь. Никогда больше. Кейнар привычно выпустил свою тьму, укутывая вздрогнувшего айтири теплым покрывалом ночи.

 - Саван, – негромкое.

 - Скорее  плащ, что поможет согреться. Если бы ты не упрямился так  сильно, принимая мою силу, то тебе  было бы уже  легче. Они уже  предали тебя, к чему  хранить эту ненужную верность? Этого никто не оценит, Тари!

Этот разговор проходил уже далеко не первый раз и каждый из них знал собственные  аргументы – или их отсутствие – наизусть.

- Обо мне мы можем поговорить и позднее, а вот ты сошел  с темы. Ты сам считаешь предательством то, что твой друг выменял тебя на лояльность своего хозяина? Тогда, как я  понимаю – от него зависел весь ваш народ? Все, кто остался?

По камере разнеслось злое, отчаянное  шипение. Углями вспыхнули  пылающие багрянцем  глаза.

 - Не с-смей! У нас нет хозяев! Нет, и не было!

 - Фактов это не отменяет, - усталое.

 - Нет, - он успокоился также быстро, как и вспылил, - на оба вопроса. Я не считаю Реиннарэ предателем, но… возможно, где-то в глубине  души… я не могу принять его решения. Шкурный интерес, знаешь ли, - блеснули острые  зубы, - я не могу, как он, выжимать себя  до капли ради народа, которому  на меня плевать.

 - У правителей это в крови. У хороших правителей. Забывать себя, отдавая все своей стране. Это называется долгом, знаешь?

Тихий размеренный шепот раздался  снова – уже совсем  близко. Зачадив, погасли факелы. Стон, поскребывание. Шорох. Бледные тени, скользящие по коридору. Ужас подземелий. Те, кто выпивает жизнь, если встать у них на пути. С утра наверняка кого-то не досчитаются… и из стражников, и из заключенных. От ненависти павших душ не спасают никакие преграды, если ты не  алькон. Правителям ничего не стоило бы приказать теперь кому-то из них, но они этого не сделали. Страх – обоюдоострое  оружие, а с местным пугалом расставаться власть имущие не  желали.

 - Долг… - Кейнар усмехнулся, но улыбка не  дошла до глаз, - я отдал своей стране все долги, какие  только мог, но она – жадная стерва – требовала все больше и больше, высасывая меня досуха.  Я остался один. Ни семьи, ни дома, куда хочется возвращаться, ни друзей. Я зол на Реиннарэ, но я не могу им не восхищаться. Отец сумел его выдрессировать, сумел отравить его своей фанатичной любовью к нашему  народу. Я так не смог, сдался. Но не считай меня совсем уж ублюдком… разве я могу бросить двух женщин, одна из которых едва вылупилась?

 - Я считаю тебя  одним из самых честных и верных существ, которые мне встречались, не  наговаривай, - айтири слабо улыбнулся, продолжая дрожать под покровом тьмы.