Драгоценность черного дракона

Эпилог.

Рассыпаются жемчужины времени, тает, отсчитывая последние минуты, старая Эпоха, заканчивается срок рабства, разбиваются оковы. Альконы возвращаются домой, в возрождающуюся страну со всего мира. Они стремятся успеть на коронацию Шэнне и его избранницы.

Засверкал-засиял, рассыпаясь искрами, портал, оставляя на пороге комнаты высокую беловолосую молодую женщину, в чьих волосах ярко блестели две темно-лиловые пряди и её черноволосую смешливую спутницу.

- Вы долго, - сидящая у стола алькона порывисто поднялась им навстречу, блеснув золотом глаз.

- Тайла, не начинай! – отмахнулась, фыркая, гончая. – Я её только успокоила, не порти мою работу! Не каждый день у нас повелительницами становятся!

- Прекратите обе, - беззлобно пробормотала Риаррэ, стараясь сдержать смех.

Не так уж сильно она переживала, право слово. Разве что… совсем чуть-чуть. И вовсе не так, как они предполагали. Она не боялась ответственности – но подспудно понимала, что учиться придется ещё очень многому и очень долго. Правительница имеет куда больше обязанностей, чем простая алькона, особенно, учитывая то, что сейчас происходит в мире. Жаль, что Дьергрэ ушел, как и Сайнар, но она их понимала – а потому не стала останавливать. Мятущиеся души, в которых нет покоя, лишь ещё больше измучатся здесь, а вот там, в заоблачных далях… у них, возможно, будет свой шанс на счастье. Они ещё обязательно вернутся, и скорее, чем думают сами – это Йаррэ знала точно.

Тихо застучали в окно ветки серебристых деревьев – на улице бушевал ветер – дыхание Астальти, уже и листья распускаться начали. На душе было, несмотря на весь предстоящий титанический труд и многочисленные трудности, ожидающие в будущем, тихо. Там, свернувшись клубочком, царствовало счастье, и счастье это теперь было столь велико и всеобъемлюще, что стоило бы сообщить о нем и Кину…

- Есть ли ещё жизнь в этой светлой голове, Ярааа? – крикнули прямо в ухо, тут же получив хвостом.

- Мара, сейчас отправлю тебя вход сторожить!

Гончая лишь звонко рассмеялась, вертя на руке изящный серебристый браслет – и не будь она Благословенной – Йаррэ точно знала, кто его ей подарил. Похоже, у бывшего Владыки действительно исключительно серьезные намерения.

Тайла же была, как и всегда, строга и серьезна. Темные глаза смотрели задумчиво и внимательно – но какие вопросы мучали скрытную алькону, Йаррэ давно уже перестала пытаться выяснить. Захочет – сама расскажет. Нет – это её личное дело. У всех есть тайны, которые они хотели бы оставить при себе. У них всех есть прошлое, которому лучше бы не быть, и ворошить его лишний раз… не стоит.

- Я бы хотела, чтобы вы обе сегодня стояли за моим троном, - сказала негромко, внимательно смотря на тех двоих, кто поддерживал её в трудные минуты и помогал даже тогда, когда она не просила. Именно это и называется настоящей дружбой.

Она полностью осознавала последствия своей просьбы, но… пришла пора формировать свой собственный близкий круг доверенных лиц. Это сейчас альконы растеряны, раздавлены прошлым, но, благодаря помощи Матери, да и свойствам собственной натуры, они оправятся быстро, очень быстро… вот тогда и начнут разворачиваться настоящие интриги. Главное – успеть, до этого время ещё есть.

- Ты действительно этого хочешь?

Две пары глаз уставились с неусыпным вниманием, а потом Тайла вдруг поднялась одним слитным движением и опустилась на одно колено.

- Я буду счастлива служить вам, моя госпожа! – усмехнулась уголком рта, склонив голову, и неожиданно продолжила. – Ты стала для меня дорогим, драгоценным альконом, Риаррэ. Я горжусь тем, что ты оказываешь мне такое доверие, и никогда тебя не подведу.

Глаза предательски защипало, даже нос зачесался – все от переизбытка чувств. Она ведь не сделала ничего особенного. Да, конечно подобное отношение почетно. Ввести девушек в круг правящей элиты наравне с Высшими альконами, но это работа… много нудной, тяжелой и порой даже весьма опасной работы – и над собой, и над другими.

- Ты не понимаешь пока, какой это дар для нас, - тихо сказала Ттмара, просто крепко её обнимая. Тайлу они поднимали уже вместе, сбиваясь в одну стайку растроганных девиц, которая, впрочем, быстро распалась на три части.

- Тогда я вдвойне рада, что угадала с даром для вас, - улыбнулась.

Пальцы коснулись свадебного браслета, поглаживая проявившуюся брачную роспись. Думала ли она сама, что из запуганной, озлобленной до истеричности девчонки, вырастит в дракона и правительницу? Что обретет свое счастье – жестокое, своенравное, коварное, заботливое – и бесконечно, беззаветно любимое?

Огромный тронный зал встречал их блеском огней, сияющими блестящими витражами, знакомой теплотой родного Города, который тоже неустанно радовался происходящему, и, конечно, целой беловолосой ордой альконов. Два больших трона с черно-серебристой обивкой и с инкрустированными в изголовье двумя драгоценными темно-фиолетовыми камнями, в которых пульсировала магия, притягивали взгляд так же, как и три трона чуть поменьше, стоящие немного поодаль. Возле них уже стояли Кариньяр, Гирьен и донельзя смущенная Истра, прячущая взгляд и явно до сих пор чувствующая себя неуютно среди высокородных, как она уважительно называла всех альконов. Оставалось надеяться, что с этим недостатком возлюбленной Гирьен либо смириться (что вряд ли, зная его натуру), либо попытается её перевоспитать (чем, судя по всему, он и занимается).