Дракон для прилежной ученицы

Глава 2

Двумя неделями ранее

До конца лекции оставалось минут пятнадцать. Нет, я, конечно, всеми силами пыталась изобразить на лице крайнюю заинтересованность историей живописи, но выходило плохо. Рука, которой я подпирала подбородок, чтобы не уснуть, в очередной раз соскользнула и треснулась о столешницу. Тихо зашипев и пообещав парте много приятных вещей, я поняла: природа взяла свое. Уже не пытаясь противостоять бубнящей колыбельной, легла разгоряченной щекой на приятно холодящую поверхность. Лекция была последней, большинство студентов сбежали домой, в аудитории оставалось от силы человек пять. Но мы же девочки любознательные!

После лекции меня ждала долгая дорога домой — почти час на электричке… Угораздило же снять квартиру в пригороде! Зато свое, родное, и на порядок дешевле, чем в городе. За полтора года самостоятельной жизни хочешь — не хочешь, а научишься правильно распределять небольшую студенческую стипендию и зарплату от подработок.

Прозвенел долгожданный звонок, вырвав меня из сонного блаженства. Эх, а я только-только пригрелась. Скрипучим голосом профессор радостно вещал что-то насчет дальнейших встреч и каких-то там параграфов, но мне уже было не до этого…

Засунув видавший виды учебник поглубже в сумку, я с наслаждением потянулась на стуле. Суббота. По приезду домой можно расслабиться и продолжить писать пейзаж, который не удается закончить уже месяц — покрытая льдом высоченная черная башня, окруженная снежными горами и соснами, на фоне дымчато-голубых зимних облаков…

Кто знает, может, удастся сплавить эту работу под видом экзаменационной? Тем более, что выходило пока идеально, даже придирчивый профессорский глаз вряд ли оценит ниже пятерки.

Я встала, тряхнула головой, отгоняя мысли о предстоящем вечере — надо сперва добраться до дома, а там уже… Да еще не забыть зайти в библиотеку — дополнительные знания, как известно, любят ботанов. Или наоборот? В общем, надо разобраться с этой любовью и посмотреть, не перепадет ли чего полезного одной нисколько не ленивой девчонке. Совершеннейшая правда!

За окном бушевала стихия — снег вперемежку с дождем, слякоть… типичный ноябрь. До станции минут двадцать, только этого не хватало. Надеюсь, электрички еще ходят… Закинув сумку на плечо, я решительно двинулась к выходу.

Что-что, а библиотека в универе была отменная — большой зал, разделенный на три секции, заполненные стеллажи до потолка, резные деревянные панели на стенах, антикварные колонны, внушающие почтение к ушедшим  в историю поколениям. Проучившись тут без малого три года, в некоторые уголки я пока так и не сунула нос, хотя всегда очень любила книги.

— Здравствуйте, Лидия Захаровна, — поприветствовала я пожилую библиотекаршу; та ответила кивком, и я прошла вглубь, к стеллажам, в поисках полок с нужными книгами.

Пробираясь все дальше, краем глаза вдруг увидела свечение. Оглянулась на вход — зал словно вымер. Ладно, пойдем дальше… Приглядевшись, опознала в странном свечении шарик, сплетенный из нескольких серебристых движущихся лент.

Приближались новогодние праздники, все здание было украшено игрушками и мишурой, однако спутать это с украшением было невозможно — шарик нагло парил в воздухе.  Не в силах оторвать взгляд от странной игрушки, я пошла к ней. Ноги еле слушались, по спине то и дело пробегал холодок. Паркет скрипел под ногами. Чем ближе подходила — тем сильнее ощущалась какая-то… неправильность. Еще через пару шагов поняла: голоса и другие звуки словно исчезали, таяли. Зато прямо в голове появился странный раздражающий звон, который с каждым шагом становился все сильней. Осталось всего несколько стеллажей! Вот оно — всего метрах в пяти, теперь я могу разглядеть даже золотистую сердцевинку, вокруг которой кружат эти, кажущиеся призрачными, ленты!

Внезапно все исчезло. Прямо у меня на глазах удивительная сфера растворилась в воздухе, оставив только облачко мерцающей пыли. Словно выплыв из гипнотического транса, я замерла. Привидится же такое! Подойдя к стеллажу, возле которого творилось это необъяснимое безобразие, встала на то место, где минуту назад висела странная галлюцинация. Галлюцинация ли? На полу под ногами искрились… блестки?

Напоследок окинув взглядом стоящий рядом стеллаж, я заметила толстый до неприличия слой пыли. «Отлично же тут следят за книгами!» — прокралась исполненная возмущения мысль. Однако внимание привлек лежащий поверх других том, точно на уровне моих глаз. Сиренево-голубой корешок был глянцевым, новым, без единой пылинки, будто его положили туда пять минут назад. Рука сама потянулась за книгой. Окинув взглядом обложку, я успела заметить сосны и очертания темного замка в глубине бело-зеленого вихря крон. И золотые буквы: «Альсторн. Выживание в заснеженных землях». Вид показался смутно знакомым. Сама не зная, зачем, я сунула книгу в сумку и поспешила к выходу.