Дракон для прилежной ученицы

Глава 5

— Давай начистоту. — Я крепче сжала томик. — Почему я оказалась здесь? Ты это устроил? И почему ты находишься в книге?!

Рагон закатил глаза.

— Эх, вот всегда так… А ведь я каждый раз надеюсь, что обойдется без этих вопросов… Нет бы кто сразу пузо о сосну почесал — хоть какая-то радость для одинокого путеводителя…

Он смахнул невидимую глазу слезинку и продолжил уже будничным тоном:

— Значит, так. Ты оказалась здесь, потому что так надо. Рассказывать об этом я не уполномочен. Организовал это дело не я. В книге, которую ты держишь сейчас — как бы понятнее объяснить такой невеже… — живет моя душа. Раньше я был, как ты — ходил, бродил, спотыкался о новых знакомых. А потом оказался здесь.

Душещипательно… Внезапное пробуждение посреди ледяного леса оставило после себя кое-какие плюсы — к примеру, переселением человеческой души в книгу меня было уже не удивить. Действительно, ну что тут такого? Мало ли… А вот я, вообще-то, только что дома была, и через секунду оказалась черт знает где — вот это я понимаю, катастрофа!

Снег тем временем пошел сильнее, заметно холодало. Нет времени вести светские беседы, надо позаботиться о том, как бы поскорее оказаться в этом «Замке».

— «Так надо», значит. Ну допустим. Ладно. И кто же мне сможет все объяснить?

— Ректор, — просто ответил Рагон. 

От него так и веяло доброжелательностью, радушием и готовностью помочь. Я напряглась.

— А с чего это вдруг ты стал таким милым?

— Видишь ли, сударыня… — вздохнул он. — Своими глупыми вопросами ты все испортила. У нас, путеводителей, есть правила, которым нужно подчиняться. В том числе, отвечать на прямые вопросы владельца только правду. Сейчас мой владелец — ты, такое распоряжение.

Вот радость-то! Распоряжение у него… Я переступила с ноги на ногу. Стоять в тапках на снегу — то еще удовольствие. Стоп! Ведь он только что сказал…

—  Что там насчет единственного шанса выбраться живой?

— Ну… Путеводитель я или кто? Я этот лес знаю, как свои пять… Правда, ума не приложу, почему мы оказались здесь, а не во внутреннем дворике академии, но… Пойдем уж. Смотри, — Рагон активно тыкал изящным пальцем куда-то за пределы своего «жилища», — во-о-он та гора должна быть по правой стороне. Пока держи курс туда, потом — на юго-запад, я покажу.

— Вот так бы сразу, — победоносно вздернув нос, сказала я. — А то развел тут цирк… Я — девушка серьезная, вообще-то.

— Ага, сейчас, — Рагон хмыкнул. — Знаешь, как скучно годами торчать на полке? Пусть хоть кто-нибудь упрекнет меня в стремлении немного повеселиться…

***

Он летел над горами, в кои-то веки с наслаждением вдыхая воздух родного мира… Между кожистыми белыми крыльями свистел ветер, внизу — лишь снег и зелень сосен. Аравель прикрыл глаза. Последний раз он давал волю драконьей ипостаси, по ощущениям, несколько веков назад. Как же долго он спал!

Всего пару часов назад он очнулся в пещере, куда его привела одна милая девушка по имени Аллия. «Скорее, подгоняла его она, — только так мы сможем избежать войны с ральмонцами! Только так мы сможем всех спасти…».

Это было особое место — место Силы, где возможно практически любое колдовство. Один из узлов, сплетших в себе тонкие нити мира, созданного тысячелетия назад кучкой любознательных джиннов-исследователей. Этакий заповедник… Или пристанище для уставших от вечной жизни творцов?

Какой чудной казалась девчонка! Одна, пошедшая против всех, она покорила его своей силой и волей к жизни. Аравель никогда не встречал живого существа, настолько рьяно, почти маниакально шедшего к своей цели. А как она ластилась к нему, прижималась всем мягким телом и тихонько мурлыкала свои песенки на незнакомом ему языке, в те редкие ночи, когда они были наедине! Он помнил до сих пор запах ее медовых волос, сладкий привкус губ, тепло ее тела…

Воспоминания больно хлестнули Аравеля по щеке. Совсем как Аллия — своим переливающимся посохом, сотканным из самой радуги, прямо перед тем, как он потерял сознание...

Старый шрам саднил до сих пор.

Белый дракон кувыркнулся в воздухе и с ревом изрыгнул пламя прямо в безрадостное серое небо. Вокруг так все изменилось… Аравель помнил родной мир зеленым и цветущим, а не безжизненной ледяной пустыней. Интересно, что стало с Академией? С Аллией, этой предательницей? Чем окончилась война?

Зоркий янтарный глаз приметил вдалеке одиноко бредущую в снегу фигурку, судя по телосложению — женскую… Странно. До Академии несколько часов пешего пути, вокруг — ни души, что она делает здесь одна?..