Драконий интенсив

"Леса горькая купель..."

Лунный свет заполнял собой всю детскую. Предметы в ней, знакомые до мелочей, сейчас представлялись совершенно иными, будто открывали свою иную, сумеречную, сущность. Спать совсем не хотелось.

-Пап, спой песенку, чтобы я быстрее уснула.

Отец открыл глаза. Измученный дневной работой, он уже успел задремать и посмотреть сон, тяжелый и неприятный.

- Какую песенку тебе спеть?

-Про медведей, «ножкой снег мешая».

Мужчина улыбнулся, вспомнив, как дочь яростно боролась с правильным вариантом песни «ложкой снег мешая».

- У ночи ведь нет ложки, как же она может ею мешать снег?

- Но ведь и ног у нее нет, а поют, что она идет.

- Есть! Есть ножки, я видела!

- Что ты видела?

- Ночь! Помнишь, ты вечером взял меня с собой в магазин, еще падали такие большие снежинки? А она шла нам навстречу.

Сначала он подумал, что дочка, как всегда, что-то выдумывает, но потом вспомнил, что действительно, было такое. Попалась им навстречу девушка, одетая совсем не по погоде. В чем-то легком и черном, она проплыла мимо, на миг задержав на Олеге мягкий задумчивый взгляд. Олег вспомнил, глубокие и черные глаза, как заставили они предательски екнуть сердце. Он потом обернулся, чтобы проводить взглядом и получше рассмотреть стройные ножки в черных чулках. Не думал, что на его маленькую дочь она тоже произвела впечатление. Надо же, «Девушка-Ночь»! Олег усмехнулся и подтвердил:

- Да, действительно, есть!

- Вот видишь, а ложки у нее не было. Пап, спой еще песенку.

- Хорошо, только последнюю. - Он опасался, что воспоминания о прекрасной незнакомке напрочь выбьют сон из головы, а утром - на работу!

- Спой про черных птиц.

Олег часто пел эту песню, укачивая дочь. Неудивительно, что она попросила спеть ее снова.

Черные птицы слетели с Луны

Черные птицы – кошмарные сны.

Кружатся, кружатся всю ночь.

Ищут повсюду мою дочь.1

- Пап, а они меня не найдут?

- Нет, конечно, нет! Тебя они не найдут никогда.

Дочка посильнее прижалась к отцу и вскоре засопела. А когда уснул и он, кошмары вернулись. Снилось ему, как с холодной зимней луны спустилось пять крылатых теней. Их огромные силуэты отчетливо проступали на фоне небесного светила. В их зловещем круженье читалась неизбежность.

Утром дочери в кровати не оказалась, не было ее нигде. Только на подоконнике остались глубокие борозды, уставленные чьими-то когтями...

Он проснулся от мерного постукивания и озноба. Дочка лежала рядом, замерзла, и калачиком свернулась под одеялом. В раскрытую форточку врывался сквозняк, стучал створками и забрасывал в комнату хороводы снежинок. Олег посмотрел на часы. Стрелки показывали без двадцати шесть – время собираться на работу. Комната успела остыть, было неуютно и зябко. Он проверил, как лежит одеяло на дочери, не задувает ли. Потом тихо поднялся и закрыл форточку. Рано дочь будить не хотелось. Осторожно поцеловав ее маленький носик, отправился на кухню варить кофе. Сон оставил неприятный осадок на душе.

На следующий день Ульяна заболела. Ему позвонили с детского сада и сообщили, что у нее высокая температура и девочку надо срочно забрать. Олегу пришлось отпрашиваться с работы, а затем и брать больничный. Всю неделю он отпаивал дочь всякими таблетками и горячим молоком с медом.

Когда Ульяне исполнилось одиннадцать, она уже давно спала в комнате одна. Олегу пришлось перебраться в зал на старенький скрипучий диванчик. Ему никогда не удавалось на нем выспаться – слишком много воспоминаний хранил этот ворчливый диван. Казалось, он хранит даже запах ее духов, хотя это, конечно, невозможно - немало лет прошло с тех пор, как она ушла.

Олег тоже помнил. Проклятый диван настойчиво напоминал даже то, что он так старался забыть. Олег ненавидел эту вещь, но избавиться от нее все равно не мог.

Ночью к нему являлся Ледяной Господин. Олег, как часто бывало, лежал, уставившись на снежную круговерть за окном, как щеколды балконной двери медленно поползли вверх и дверь распахнулась. Олег хотел встать, чтобы закрыть ее, но не смог двинуть и пальцем. Ему оставалось только лежать и наблюдать, как в квартиру входит высокий худой человек в каком-то сумбурном белом балахоне. Его рукава спускались до самого пола. Когда Олег посмотрел ему глаза, то заметил, что те не имели цвета, так же в голову пришло осознание, что его следует называть не иначе как Ледяной Господин. Неспешно приближаясь, он участливо смотрел в лицо Олега, и пока приближался, рукава его хламиды укорачивались. Он положил длинные ледяные пальцы Олегу на горло. Холод проник внутрь, остудил горло так, что и вздохнуть было невозможно. Еще немного, и Олег наверняка бы задохнулся, как пытка внезапно кончилась. Ледяной Господин еще раз удовлетворенно заглянул в полные ужаса глаза Олега и ушел. Опять же через балконный проем. Щеколды вернулись на место. Олег мог бы поклясться, что это не было сном, так все реально происходило.

Наутро он не мог выговорить ни слова. Горло, по-прежнему было ледяным, но лоб стал горячим как сковорода. Олег нашел в себе силы подняться, чтобы разбудить Ульяну в школу и застыл в шоке от увиденного. Все лицо, подушка и руки дочери были в крови.



Егор Медведев

Отредактировано: 22.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться