Другая

Глава 7

Самое сильное чувство - разочарование. Не обида, не ревность и даже не ненависть...

После них остаётся хоть что-то в душе, после разочарования - пустота.

Эрих Мария Ремарк 

 

Проспав около двух часов, проснулась от того, что меня потащили в ванную. Возможно признаки бодрствования я подавала и ранее (ну не без спроса же меня из постели вытащили), но глаза продрала только когда коснулась воды. О-о, какое СПА мне устроили: намывали, массажировали, вычёсывали. После всех процедур моя посеревшая за время поездки кожа вновь засияла.

А когда платье показали… Я не сразу заподозрила неладное, только когда меня одели, но, когда посмотрела в зеркало, буквально онемела.

Ладно, платье невероятное. Просто восхитительное и сногсшибательное. И вроде даже всё в местных традициях, но... даже не знаю. Что-то в нём такое, что притягивает взгляд. Впрочем, высока вероятность того, что это «что-то» — я сама.

Возможно это прозвучит самовлюблённо… даже не так — это точно прозвучит самовлюблённо, но в зеркале отражалась невероятная, шикарная, восхитительная девушка. И снова я вспомнила своё прошлое тело, тогда бы я, мелкая, даже не посмотрела в сторону платья в пол.

Всё же красивая эта Ая. Уверена, всегда была красивой (до болезни, которая заставила её кожу обвиснуть, покрыться прыщами и язвами). При должном подходе и лишний вес бы не испортил картину, а вот неухоженность, которую я наблюдала в первые дни своего существования в этом теле — это да, это портило.

На секунду почувствовала печаль — девушка умерла слишком молодой. Слишком многое в жизни прошло мимо неё.

Снова сосредоточилась на своём отражении, разглядывая невероятное творение портных.

Неглубокий вырез платья цвета морской волны подчеркивал высокую пышную грудь, тонкую шею и изящные ключицы. Длинные расширяющиеся рукава с разрезами не закрывали обручальный браслет, зато прекрасно скрывали немного дряблую кожу рук (ну ничего, совсем чуть-чуть до моего идеала). Зауженная корсетом талия, обтянутая в плотный шёлк, выглядела как-то вызывающе на контрасте с пышной грудью и ещё широкими бёдрами. От талии шёлк тяжелыми крупными складками ниспадал до пола, темнея и уходя в недлинный шлейф. Туфли на каблуке и высокая причёска с выпущенными локонами делали меня визуально ещё выше. Образ завершали диадема с камнями, теми же, что и в браслете (по крайней мере на вид), а также ожерелье и серьги, такой комплект назывался парюрой, и был обязательным для особы моего положения, хотя был тяжеловат.

Служанки также были в восхищения, они смотрели с каким-то благоговением, и я была готова поддержать их в этом. Вошедшие Градис с Леном тоже онемели от такой красоты, а я почувствовала себя в разы увереннее.

— Чего стоим? — спросила у мужчин почти кокетливо.

— Восхищаемся своей герцогиней, — честно ответил Градис.

—Ой, мог бы не отвечать, я это и так знаю, — рассмеялась я. Однако же приятно разводить людей на комплименты!

За дверью нас ждала остальная часть моей свиты, каждый не преминул выразить своё восхищение моим внешним видом, я прямо-таки плыла от довольства. Да и сами парни приоделись как надо: камзолы сверкали вышивкой, перстни на руках поражали размерами камней, у кого-то даже небольшие гвоздики в мочках ушей или на хрящиках наблюдались. Вот они - сливки доннийского общества.

Мы разнаряженной толпой пошли к дверям в бальный зал, где и должно было происходить действо. Оттуда доносилась болтовня и тихая музыка, парни обступили меня ровным прямоугольником и сообщили, что можно открывать нам двери.

Распахнулись тяжёлые створки, стукнул о мраморный пол посох, почти выбивая искру, я глубоко вздохнула.

— Принцесса Нэлаэдара… — а дальше пошло перечисление моих титулов. Не знала, что я еще и баронесса, а также виконтесса и много кто другой. — И её свита… — теперь имена и чины ребят.

Когда глашатай закончил, я чуть не захлопала в ладоши от радости. И зачем быть такими родовитыми, а? Я ещё не побывала на самом балу, а уже подустала.

За широкими спинами мужчин я практически не видела окружающих, тем более, что по этикету мне полагалось смотреть только вперёд. Доведя меня до тронов, доннийцы расступились и приветственно поклонились правителям.

— Приветствую тебя и твоих спутников, принцесса Нэлаэдара, мы рады, что ты посетила этот скромный праздник в честь твоего прибытия, — на самом деле мне кажется странным то, что главы государств всем «тыкают», даже друг другу. Хотя, это создаёт образ, что все короли этакие друзья-товарищи. Конечно, обманчивый образ.

— Мне очень лестно ваше приглашение, — я присела в реверансе перед царствующей четой.

— Позволь представить тебе моего сына, вы знакомы, но… — из-за трона, вышагивая ровно, но как-то насмешливо, вышел... Дар.

Сейчас, в дорогом сюртуке, чисто выбритым, с зачёсанными волосами, я узнала его. Принц Даран Седьмой, младший наследник прозийского престола и полководец. Доблестный рыцарь из моих мечтаний, кавалер, протянувший руку помощи прекрасной даме, что так неловко сломала каблук в тёмной аллее дворцового парка, где она пряталась от взглядов других дебютанток.

Чувство, затопившее меня, заставило покраснеть кончики ушей, отголоски горячей влюблённости Нели разбились о здравый рассудок. Сейчас, имея опыт женщины с Земли, я понимала, что та парочка откровенно флиртовала, не зная, что за ними наблюдает пятнадцатилетняя дурочка с ветром вместо мозгов, но с очень добрым и доверчивым сердцем.

Стало как-то неловко, но я постаралась не выдать своего состояния.

— Мне стыдно, дорогой принц, что я не узнала вас ранее, — сделала ещё один реверанс, — уверенна, тому виной пережитая мною болезнь, иначе никак не объяснить, что я не разглядела ваше высочество, — и голову не поднимать, я в высшей мере раскаиваюсь!

— Мы слышали о твоей хвори, дорогая, — король махнул слегка рукой, как бы прося меня подняться. — Мы молили богов, чтобы прекрасная Нэлая выдержала эти испытания.



Лика Вериор

Отредактировано: 08.08.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться