Другие. Она чужая

Глава 21.3

Кэш посмотрела на пса рядом с Берти, животное так и продолжило сидеть у ее ног неподвижно, и лишь опадающие бока и иногда дергающиеся уши говорили о том, что собака жива и это вовсе не чучело.

– Марк не сказал тебе о собаках?

– Он упоминал о них. – Кэш не смогла сдержать улыбки.

На пляже Бали информация воспринималась Как-то иначе. Что говорить, еще вчера она не думала, что тут ее ждет огромный мешок счастья.

– Не буду тянуть. Скажу прямо: дом я сдаю только вместе с ними – берешь его, берешь и собак, ухаживаешь за ними и ни в коем случае не продаешь.

Кэш только нахмурилась в ответ. Она не слышала, чтобы сдавали в аренду собак. Тем более не была уверена в том, что можно продать то, что взял в аренду.

– Это их дом, они все родились тут и другого места знать не будут. Им нужен уход и кормежка, необходимо заниматься с ними, выбивать дурь. Они привыкли к этому и по-другому жить не умеют, заскучают.

Она помолчала немного, посмотрев куда-то в сторону. Кэш ощутила, как нелегко ей дается это решение. Она поняла, что от нее потребуется, и если согласится, то назад пути уже не будет. Черт бы побрал Марка! Как он решит проблему с животными?! Кэш подумала об этом и тут же мысленно плюнула на это, махнув рукой.

– Берти! Вы не расстраивайтесь раньше времени. Я не стану никого продавать. Они ведь ваши!

Кэшеди присела рядом с ней.

– Вы не собак мне продаете, а сдаете в аренду дом с дополнительными условиями.

Берта молчала, никак не комментируя свою собственную дремучесть, наивность и незнание законов. Она просто боялась, что Кто-то может обмануть ее и присвоить их.

– Это случится только в том случае, если вы дадите разрешение на это, и никак иначе.

Кэш вздохнула. Она не представляет, как владельцы животных расстаются со своими любимцами. Как это вообще – разводить животных на продажу. Она совсем ничего не понимает в фермерском деле и, честно говоря, не хочет вникать в эту философию.

– Я понятия не имею, как обращаться с животными, знаю, что их нужно кормить и поить, воспитывать и заниматься, гулять и играть, ни в коем случае не бросать и не обижать, следить за ушами и водить к ветеринарам. В детстве у меня была собака, Боул. Не такая большая, как он.

Она кивнула на хаски.

– Французский бульдог. Папа подарил его маме. Боул давно умер от старости. Больше животных мы не заводили. Я не знаю, чего вы ждете от меня, но хочу в свою очередь спросить вас: вы готовы оставить их на меня?

Это была честность без ложных заверений и без преувеличения собственных возможностей.

– Если он примет тебя, то да. – Берти потрепала по загривку невозмутимую собаку. – Его зовут Снап, и вся эта свора подчиняется ему. Он очень умный, но у него есть характер. Если не передумала, попробуй, перетяни его на свою сторону. Сегодня он пойдет за тобой или ты уйдешь отсюда ни с чем.

Кэш взглянула на женщину, а потом на собаку, вновь на женщину и вновь на Снапа. Об этом Марк ей не говорил. Может и сам не знал обо всех условиях, выдвигаемых старушкой?

– Надо пробовать, поздно уже рыпаться!

Она развязала шарф и расстегнула куртку, присев на корточки возле Снапа, разглядывая красивое и сильное животное, выдохнула, перед этим слегка надув щеки. Кэш понятия не имеет, как себя вести в таких случаях. В мозгу всплыло все, что она когда-либо слышала о собаках и знала о них, тут же утонув под снизошедшим на нее дзеном.

– Привет, пес.

Пес зарычал в ответ на это, словно Кто-то до этого дал ему бесшумную команду «можешь двигаться, рычать и отвечать».

– Меня зовут Кэш.

В ответ ей достался еще один рык, продолжительнее и звучнее первого. Такое животное взять и сразу погладить будет очень опрометчиво. Кэш вздохнула. Он напуган не меньше Берты. Его, как и ее, страшат предстоящие перемены.

– Такое имя тебе дали неспроста, я тоже читала Сетон-Томпсона, к слову говоря, это мой любимый рассказ[1].На пряник ты похож меньше всего. Значит, дело в другом…

В ответ пес приподнял верхнюю губу, продемонстрировав белоснежные и острые зубы. В следующую секунду раздался звонкий щелчок зубами. Хаски вновь зарычал.

– Ты крут, честно. Все останется за тобой, Снап. Ты главный. Ты хозяин. Все, как прежде, кроме того, что теперь придется слушаться меня.

Пес отвел глаза на короткое мгновение и как-то презрительно ругнулся-рыкнул, как бы говоря: “Это мы еще посмотрим!” Кэш позволила себе посмотреть в глаза животному, отлично зная, что он воспримет этот жест, как вызов.

Так и произошло.

Хаски ощерился, в одну лишь секунду превратившись из неподвижного изваяния, из милого пса в своего древнего предка. Он сделал шаг вперед, оказавшись рядом, на уровне ее лица. При желании он мог бы броситься на нее, что он почти и сделал.

“Он отлично выдрессированное домашнее животное! Ни за что не сделает этого без соответствующей команды!”