Дух ветра

(2)

***

Нитис оказался очень предусмотрительной заразой. То ли он раскусил мой замысел, то ли по натуре был недоверчивым, но за два дня до намеченной встречи начал требовать наработки по совмещениям – хотя бы штук пять для опытов. А у меня всего три нашлось. Сила исчезла очень не вовремя. Схем совмещения я могла за день написать хоть сотню, но вот проверить их состоятельность – уже нет. У Младших унизительно мало возможностей.

На свой страх и риск я выслала бывшему наставнику то, что посчитала наиболее удачным, и по возвращению из ледяной башни заперлась в закатном замке – думать над остальными. Как всегда – в надежде на везение. Иначе пошлёт меня Нитис лесом и правильно сделает. А идти на поклон к Райдену или Шхалару я не хотела. Брат, как пить дать, припрет к стенке и через мое «не хочу» выяснит необходимое. И всё бы вытряс после чертогов, кабы не Гиль... и к ней тоже – ни ногой. А Шхалар трясти не будет, он хитрый. Окольными путями выведет на нужную тему, занудством заговорит зубы и на провокациях заставит отвечать. Знаем, плавали. Лучше Нитиса удержать.

Изведя кучу бумаги и не сочинив ничего путного, я потянулась и встала с пола. Подойдя к окну, поглазела на вечные закатные сумерки, окутывающие замок, и вздохнула. Как же с мыслями-то собраться, когда они бродят не там, где надо?.. Я обернулась. По стенам, от потолка до ковра на полу, на листах висели, прикрепленные Зякиными «липкими» светляками, изображения храмов и их частей.

Уехав из Клес-Леера, я припомнила, как выглядели три плитки, побывавшие в моих руках, и воспроизвела их форму и каждый символ. И еще день потратила на то, чтобы зарисовать оба жертвенника – и тот, что привиделся во сне, и тот, что скрывали чертоги. Нашла, кстати, определенные отличия. Лучи жертвенника из чертогов направлены точно на символы путей, изображенные на стенах храма, а во сне – смотрели в углы многогранного помещения. Кое-какие расхождения нашлись и в тех символах, которые изображены на обоих жертвенниках.

Я задумчиво посмотрела на свои зарисовки. А символы с найденных осколков тоже отличались и от первого храмового сооружения, и от второго. Конечно, сон можно исключить. И найти в летописных источниках сведения о тех храмах Перекрестка, которые существуют поныне, а еще лучше – побывать в них... Но я пока не решалась отказаться от того, что мне приснилось. Слишком оно необычно.

И тем более я не решалась отказываться от поисков храмовых осколков. Внутренний голос твердил – не бросать, разбираться. И понять. И оно же подсказывало: все-таки Эйриновы сундучки – для отвода глаз. Чтобы находилась при деле. Чтобы сидела на обочине и не совала нос, куда не надо. Чего я, разумеется, собиралась избежать, несмотря на ворчание «предка». Не знаю, что он хотел вложить в меня изначально, но явно не то, что получилось в итоге. Он был разочарован моим выбором и не скрывал этого. А я боялась прозевать опасность и потерять семью.

Уловив определенное смятение в моих мыслях, Эйрин очнулся: «Да, говорил, и буду говорить – это очень глупо».

– Хорошо, – я села на пол рядом с открытой сшивкой. – Хорошо, я готова к разговору. Расскажи о тонкостях силы сайхо. И расскажи так, чтобы я тебе поверила. Убеди меня. Убеди, что, если я останусь в стороне, никто из моей семьи не пострадает. Ну?

«Не должны пострадать», – проворчал он.

– Должны, да не обязаны, – возразила я. – Скажи, когда ты затевал эту игру, по ее правилам неизвестный должен был знать печати наших имен? Поправь меня, если я неправа, но сайхо – это вроде той самой печати. Пока она есть, и ее никто не может прочитать, – род в безопасности. Но как только печать становится известной, она утрачивает свое обереговое значение. В стародавние времена тех, кто крал значения печатей, убивали. И защищались, как умели. А нас кто защитит?

«Ты – не защитник!», – отрезал Эйрин.

– Вероятно, – согласилась я, – и мне очень не хочется им быть. Но я могу разгадать замысел неизвестного. Могу попытаться его вычислить. И могу предупредить семью, объяснив, от кого исходит опасность. Пока не поздно. И у меня хватит и сил, и знаний. Или я неправа?

Он промолчал. Я горько улыбнулась. Значит, права. Ветер, как же мне не хватает Синтара... Его знаний, мудрости, неунывающего нрава... Я непроизвольно потеребила серьгу со слезой кахтахи, в которой прежде обитал лунный упырь. Его совет вкупе с подзатыльником мне бы ой как пригодился...

Я снова посмотрела на свои зарисовки и тихо спросила:

– Чего ты боишься, Эйрин? Ты ведь не просто так меня отговариваешь... Чего? Того, что я узнаю, или того, что не успеешь получить... искупление?

Он снова промолчал. Несколько мгновений я ждала ответа, но безрезультатно. Вздохнув, я не без труда сосредоточилась на схемах совмещения потоков, вытащив листы с черновиками из-под дремавшего Зяки. Да, тайнописи, присланные Шхаларом, понижали значимость встречи с Нитисом – ключ-то я собрала и символ с крышки первого сундучка разгадала. Но в хранилище мглистых попасть всё равно хотела. Бывший наставник назначил свидание в Талир-Таларе, и, по иронии судьбы или Эйрина, на этот же город указывала и тайнопись мглистых, чей символ хранил сундучок.

Конечно, я понятия не имела, как найти мелкую вещицу в большом и оживленном городе, но внутреннее чутье подсказывало – да так же, как нашла тайнописи Изначальности в заброшенной башне Клес-Леера, то есть случайно. Нечто неведомое со времен инициации ведет меня незримым путем, подобно зову ветра. И, если я чего-то не знаю, то нужно довериться обстоятельствам. И своему ветру. Он всяко знает больше. И, надеюсь, однажды я освою его непростой язык, чтобы... поговорить.



Дарья Гущина

Отредактировано: 16.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться