Думай тише

Размер шрифта: - +

Она играла на пианино

В нашем мире не бывает худа без добра — у всего отвратительного есть своя прекрасная пара. Например, у моего отца была моя мать.

Она играет на пианино, он прольет чай на её ноты. Она любит его, а он ходит на Ржавую, 38.

Тот день был самым обычным: я пришёл со школы, дома никого не было. У мамы с папой были какие-то проблемы на работе, как они мне тогда говорили, а бабуля пошла за кормом для рыбок, которых у нас не было. Мама никак не могла ее убедить в отсутствии всякой живности в нашем доме.

Питомцев у нас действительно не было. На мои извечные просьбы о щенке на день рождения  родители всегда отвечали "нет". Тогда я не замечал, но, как выяснилось позже, мой отец до чертиков боялся собак. Может, поэтому соседскому Даниэлю доставался нехилый пинок всякий раз, когда он пытался пробраться в наш сад.

И хозяин Даниэля ни слова не говорил моему отцу — боялся. Оставлять животное дома днем он не мог по каким-то непонятным причинам, поэтому бульдог Дэни оставался одним на заднем дворе, откуда и пытался сбежать.

В тот день, кстати, собаке удалось проползти под нашей калиткой. И он знатно отомстил своему обидчику — плохо пахнущая куча собачьего дерьма красовалась на нашем газоне.

Одно меня тогда радовало — достанется соседу, а не маме.

Я давно сидел на подоконнике на кухне,  ждал бабушку. Но к моему удивлению, за окном послышался визг тормозов. Родители приехали домой раньше, чем обычно. Намного раньше. Небо было хмурым, с утра даже был туман, но сквозь тучи пробивались лучи разгоряченного солнца. Синий автомобиль припарковывался возле нашего дома не раньше полуночи.

Я увидел ее, мою маму. Она выскочила из машины, я раньше никогда не видел ее такой. Такой взъерошенной, испуганной, она бежала изо всех ног к дому. Моя мама.

А потом из машины выскочила падла, которая смела называться моим отцом. Он кинулся наутек, подальше от этого чертова дома, от своего чертова сына. Он бросил мою маму. Спасал свою задницу.

 И хотя после двадцати лет брака мало кого волнуют свадебные обеты, он должен был делить с ней любые горести. Особенно, ту пулю, прилетевшую ей в ногу. Эта пуля должна была стать его.

Я хотел выбежать на улицу, ведь если не он, то я должен был защитить ее, мою маму, его жену.

Но было уже поздно. Я услышал второй выстрел.

Она даже не вскрикнула, просто упала ничком. Серо-голубые глаза под полуприкрытыми веками уставились на меня, она смотрела в мое окно. Она вздрагивала всем своим телом, у правого уголка рта появилась полосочка, оставленная алой струйкой крови.

Она хотела кричать, я знаю. Но она не могла выдать меня. Они бы пришли и за мной. Почему-то я знал и это.

Поэтому кричать захотелось мне.

Но мое спасение пришло раньше. Она остановила меня, просто заставив замолчать и смотреть прямо в ее черные глаза.

— Тише, Тайлер Косиан Трилони, — прошептала она мне, восьмилетнему мальчишке. — Тебе лучше туда не смотреть, мы оба это знаем, Тайлер, — шептала она, глядя поверх моего плеча.

Послышался третий выстрел.

Я мечтал, чтобы он достался Риордану Трилони. Я желал этого всем своим сердцем.

— Мы должны сбежать, Тайлер, — тем временем продолжала девушка. Она была не многим старше меня. Тогда мне так казалось.

— Собери вещи. Немного, чтобы можно было унести. Мы не должны привлекать внимание, — с этими косичками она была похожа на восьмиклакшку, я мог ей доверять. По моей тогдашней логике дети не могли обманывать детей. — Не забудь очки, — сказала она и грустно улыбнулась. Это было последнее, что она мне сказала до нашего прибытия в Хилфорд. В город, о котором никто кроме нее не знал.

 

Сейчас Тайлер смотрит на девушку, которая однажды спасла его. Он понимает, что это она, но он не понимает, почему она не изменилась ни на йоту с момента их последней встречи.

Они оба лежат на кровати в спальне, которая когда-то принадлежала его родителям.

Он слабо помнит, что вчера было. "Ты полон дряни по самые уши", — так говорила мать Тайлера его отцу. "Ты полон дряни по самые уши", — говорила вчера ему эта девушка.

Она ворочается во сне, что-то немо шепчет, а он наблюдает за всем этим, и ему становится страшно. На ее шеи синеют следы от его пальцев.

 Он извинится перед ней, как только она проснется. Он должен это сделать.

А сейчас, пока солнце еще не появилось на горизонте, он смотрит на нее, любуется.

"Она красивая, — думает Тайлер. Глаза слипаются, его организм требует сна и он больше не в силах этому сопротивляться. — Только волосы зря обрезала".

"Вытащи ее оттуда", — чей-то голос снова зазвучал в его голове, но теперь как-то по-новому. С мольбой о помощи.

"Я ее вытащу, — пообещал Тайлер, — вытащу".

* * *

Боль сжимала девичье горло — вчерашний вечер пошел не по плану. Он сильно изменился за двадцать пять лет. Видимо, восьмилетний перепуганный мальчишка давно  умер.

Но он вспомнил ее. Теперь он знает, что жизнью обязан ей. Теперь он обязан ей помочь.

 

* * *

Сегодня в том же месте, в то же время.

Кристина

 

* * *

Тайлер проснулся позже, чем она ушла. Он не успел извиниться, но зато теперь он знает ее имя.



Рори Никко

Отредактировано: 24.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: