Душа без признаков жизни

ГЛАВА 35. Феликс. Редут восстановления душ

Еще слабое тело — пастой растекалось по мягкой теплой кровати. Феликс протянул руку к влажному лбу и с шумом втянул воздух. Смахнул липкий пот и открыл глаза. Яркое палящее солнце пустило острую стрелу, ранив зрачки. Феликс уткнулся в подушку. Странная кровать… из дерева и бархатных душистых листьев, что пахнут геранью и ежевикой, но нос чуял и запах арбузов где-то рядом.

Послышалось тихое перешептывание и хихиканье. Нежная женская рука провела по спине, пояснице, а еще одна с масляными пальцами — гладила тыльную сторону ладони.

Я не один?

Феликс заставил себя снова распахнуть веки и увидел трех белокурых девушек, окруживших его кровать. До безобразия идеальных, без крошки изъяна.

Не понял…

Он сполз с кровати. Колени и пальцы утонули в горячем песке. Вокруг: пальмы и пенящееся кристальное море, ласкающее волнами песчаный берег. Одна из девушек поднесла тарелку с фруктами: инжир, ананасы, сливочно-желтые бананы и вот он — арбуз. Феликс оттолкнул ее. Угощения рассыпались по белому песку, покатились к морю. Волна подхватила пару киви, красных ягод и затянула в объятья соленых вод.

Подняться на ноги никак не получалось и он завалился голой спиной на обжигающий песок. Кроме набедренной повязки на нем — ничего. В голове пульсируют туманы. Феликс не мог адекватно соображать.

— Где я?

— В редуте, — промурлыкала стройная блондинка с салатовыми глазами и оседлала его, гладя по торсу. — Ты умер и теперь восстанавливаешься.

— Я в Обители?

— Конечно, — ответила другая блондинка и поцеловала в шею. Запах роз заласкал дыхание. — Не стоит пока думать об этом, мой господин, ты должен отдыхать.

— Это… это ведь нереально, да?

— Какая разница? — чарующе улыбнулась блондинка, что двигала на нем бедрами, желая добиться ответа. И добилась. Только Феликс хотел лишь телом: разум отчаянно искал выход из этого сонного антуража.

Он откинул голову, вслушиваясь в стоны девушек, но сам лишь притих и молчал, пока они ласкали его. Снова вспомнил, что это всё нереально и отстранил всех троих, поднялся на колени, хотя тело горело от желания. Однако мозг желал чего-то другого и не давал наслаждаться плотскими радостями.

Раздался скрежет замков. В воздухе проявилась золотистая дверь, щелкнула и распахнулась. Теперь на Феликса смотрела женщина в зеленой робе и с толстой косой черных волос.

— Не нужно запирать меня в этой клетке! — прорычал Феликс, и туман в голове наконец-то растворился. Он почувствовал, как тело крепнет и, вскочив на ноги, протиснулся в дверь.

— Пребывание в грезах — стандартная процедура, — устало покачала головой женщина. — Хочешь томиться в хладных стенах замка? Ой да, пожалуйста.

Дверь с грохотом захлопнулась, и Феликс оказался в темном коридоре, подсвеченном сиреневыми кристаллами.

— Пошли, чудик, дам тебе одежду, — прыснула женщина, рассматривая его нагое тело.

Она провела Феликса в центральный слабоосвещенный зал, где большинство людей медитировали у стенки или что-то читали. Потолок в зале — стеклянный. Небо переливается звездами и разделяется огненным кольцом.

Феликс смутился и сел на диван у высокого камина: с таким широким порталом, что туда мог пролезть жирный бизон. Прикрылся изумрудной узорчатой подушкой и стал рассматривать кирпичи дымохода.

Вдруг вспомнилось имя женщины — Триша. Память начала возвращаться. Триша взмахнула косой и вплетенный в волосы жемчуг слегка заклацал друг об друга. Она отдала одежду и ушла: белые обтягивающие штаны, кофта и серые ботинки.

Одевшись, Феликс подошел к окну, тихо пищащему в ласках ветра. Взору открылись шпили замков. Вокруг каждого замка — ров с бурлящей золотистой или изумрудной водой и высокая стена. Он вспомнил, почему эти места назвали редутом, хотя никто уже и не знает: зачем именно Прародителями строились оборонительные сооружения? Но никто их не ломает. Мало ли?

Так и живем. Не выбрасываем хлам, не можем отделаться от старых отношений и… не можем оставить прошлое, подумал Феликс, мало ли?

Скрип полов под подошвами разносился по залу, пока он шагал обратно. Голова закружилась. Пришлось опуститься в объятья нагретого дивана.

Плотная ночная темень становилась жиже в свете камина.

Стояла тишина. Все души мирно отдыхали наедине с собственными мыслями. Им многое нужно вспомнить. Как и Феликсу.

В зал проскользнула тень. Она принесла за собой голос, что режущим эхом отозвался в сердце. Феликс не повернул голову, лишь прошептал, не громче треска облизанных огнем веток:

— Нет, Этель. Не пытайся.

— Я должна...

Этель подбежала и схватила его за руку.

— Не знаю, как ты здесь оказалась, но наш разговор априори закончится — плохо. Я не могу тебя простить. Ты сознательно желала моей смерти! Оставь меня, — сквозь зубы выговорил Феликс и выдернул руку из ее ладоней. Пошатываясь, поднялся на ноги.

Этель упала на колени и вцепилась ему в ноги.

— Прости, умоляю! Прости меня, Феликс! Я хочу спасти тебя, хочу искупить вину, Феликс, пожалуйста, Феликс!



Софи Баунт

Отредактировано: 30.09.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться