Два сердца и космический отшельник

2

   Отшельник действительно жил на соседнем обломке. Его бывший космический корабль уже составлял с ландшафтом, изрытым воронками, единое целое, и было непонятно, где металл переходит в камни. Но следы человеческого пребывания на астероиде были столь явные, что перепутать их с чем-то другим не получилось бы: стекло теплицы, куда большей, чем та, которую я обследовала раньше, изнутри было заметно подсвечено, вход в обиталище отшельника был похож на подъездную аллею какого-нибудь старинного земного дворца-музея, только  дорожку к шлюзу старого кораблика были выложены валунами, а не обсажены фигурными кустами и деревьями. И если бы не свет далекого солнца, дающего резкие изломанные тени, этими каменными композициями можно было даже любоваться.

   Коммуникатор на шлюзе был в рабочем состоянии. Это радовало - не все так плохо с этим отшельником. И в моем сердце вновь стала теплиться надежда.  С волнением нажала кнопку  вызова и приложила свой трансивер к коммуникатору, представилась:

  - Димфна Кьюзоф, к отшельнику.

  Выговаривая фамилию, я слегка кашлянула, чтобы скрыть дрожь в голосе. Во внутреннем наушнике трансивера щелкнуло, и дверь шлюза слегка просела. Стоило поспешить и забраться внутрь: на таких маленьких станциях, как эта, дыхательная смесь в шлюзовых переходниках на вес золота.  Я постаралась прошмыгнуть в открытый шлюз быстро и ловко, хотя понимала, что это самообман – в полном космическом скафандре сделать это изящно было просто невозможно.

  Пока очищалась наружная часть моего скафа, накачивалась новая воздушная смесь, я держала руки на защелках шлема, чтобы скинуть его быстрее и наконец вытереть лицо, приведя себя в порядок. Заодно размышляла, много ли нужно рассказать отшельнику и как сформулировать свой вопрос: что мне делать? как выйти из этой ситуации? как вернуть былое? Опять защипало глаза. Пришлось потратить пару минут, чтобы унять слезы. Какой ужасный день!

  Узкие коридоры маленького катера, служившего домом отшельнику, сообщали, что здесь бедненько, но чисто. Ну что ж, если он мне поможет, я знаю, как отблагодарить, ведь деньги он не берет. Наконец, раскрылась тяжелая шлюзовая  створка. Я оказалась в оранжерее.

  Странно.  Почему-то  думала, что отшельник принимает посетителей в каком-то солидном помещении типа тронного зала, сидя на высоком кресле, а он встретил меня согнутой над зелеными кустиками спиной. Кряхтя разогнулся, поднял лицо и оказался именно таким, как я его себе и представляла - добрая старческая улыбка, отросшие, неаккуратно обстриженные волосы, космический загар.
 

   - Здравствуй, дитя моё, здравствуй, радость моя!

  Я смешалась от того, что кто-то назвал меня радостью, да так радушно мне улыбался, будто ждал меня задолго до того, как я вспомнила про одинокого старика в Поясе Астероидов и решила сюда лететь. Сердце сладко заныло, как в детстве, когда мама, прежде чем полечить ушиб, гладила по голове и жалела коленку. В груди что-то задрожало, и слезы вновь полились из глаз:

  - Отче! Помогите!

  Это были слёзы облегчения – я почувствовала, что этот человек меня выслушает, поймет и поможет.

  Я не знаю, как долго рассказывала ему о том, что меня предали самые верные друзья и помощники, что устроили заговор за моей спиной и изгнали с поста Управляющей Лунным строительством, что лишили всех полномочий, отстранили от дела всей моей жизни. И не потому, что я не справлялась, просто были не согласны с моими решениями. А я, наивная, прикрыв спину от врагов, не прикрыла от друзей, полностью отдавая себя работе, кладя себя на алтарь служения людям и высокой идее – постройке второго лунного города.

  Этот город был надеждой Лунной Республики. Он обещал стать ещё одним источником полезных ископаемых, снизить нагрузку на коммуникации Луна-сити, а главное – показать нашу мощь всем внешним силам, которые не оставили идеи прибрать к рукам нашу слабую и не самостоятельную, на их взгляд, республику.

   Он терпеливо выслушал меня, поглаживая жесткой ладонью мои волосы. А когда я закончила, его улыбка  стала печальной, и он произнес:

  - Дитя моё, я не случайно ушел от мира и спрятался здесь. У меня другая миссия, и я мог бы с радостью сделать все от меня зависящее, приди ты сюда с женихом. А так… Я ничем не могу тебе помочь.

  И в старческих глазах появились слезы. Я застыла, глядя на него.

  - С женихом? – переспросила вновь дрогнувшим голосом.

  - Да, дитя мое, с женихом, с возлюбленным, с любимым.  А так… Я бессилен что-либо сделать.

  И он развел руками, будто хотел подчеркнуть свою беспомощность. Нет… Я не верила и смотрела на него, не отрываясь. Нет! Этого не может быть! Меня захлестнуло горькая безысходность.

  Жених… Как же я забыла?! Марк! Во всей этой сумятице я забыла о нем. А ведь он всё знал, он не мог не знать… И всё то время, что я сидела, облитая самой грязной грязью в моей жизни на заседании, что судорожно готовила к полету челнок, что летела сюда, в пояс Астероидов, он, мой любимый мужчина, мой единственный, меня так и не вызвал. Я дернула с пояса трансивер. Не может быть, чтобы и он меня предал, не может быть… У нас же свадьба через полгода! Дрожащими пальцами перебрала входящие сигналы. Сначала на одних частотах, потом на других, потом и вовсе в аварийном диапазоне. Замирая, просмотрела текстовую почту. Ни-че-го!

  И так больно стало в груди, так тоскливо, что глаза сами закрылись, а лицо сморщилось. Казалось, что меня придавило тем огромным валуном, к которому я пришвартовала свой челнок. Я еле вдохнула. Потом с трудом выдохнула. Только слез почему-то не было, и боль не уходила, всё также мешала дышать. Я подняла глаза. Старичок-отшельник стоял и смотрел на меня с той же болью, которая сейчас раздирала мне сердце.