Два вампира для золушки

Размер шрифта: - +

Глава 6. Никто не любит вампиров

Антуан ле Трей пребывал в растерянности. На балу ему было не до того, чтобы разглядывать самозваную вампиршу, да и вообще с Оливией ле Дье он знаком не был, только изредка кто-нибудь из придворных дам с глубоким сожалением упоминал в разговоре эту девушку. Так что мнение о ней у Антуана сложилось самое нелицеприятное, и теперь он был крайне удивлен тем, что в Оливии не оказалось ничего простонародного или вульгарного. Если бы Антуан ничего не знал о ней, то поверил бы, что она действительно финштербергская принцесса.

 Не удивительно, что Даниэль от нее без ума. По правде говоря, Антуан и сам был неравнодушен к золотым локонам и голубым глазам. Именно потому, что он отчасти понимал Даниэля, Антуан и решился вмешаться.

 Подав сестре знак «мне надо уйти», то есть, дважды сложив в руках батистовый платочек, Антуан без спешки откланялся. Сестра знак поняла и вопросов задавать не стала, а остальных его передвижения волновали мало. Найти дом посла было просто, перебраться через ограду и вовсе ничего не стоило, и вскоре Антуан уже удобно устроился в засаде в саду. Рассуждал он просто – в каком бы склепе ни ночевали вампиры, им все равно придется сначала проводить домой Оливию, потому что гулять ночью по городу одной и в дорогом платье Антуан не посоветовал бы даже самоубийце. В конце концов, существовали и менее болезненные способы покончить с надоевшей жизнью.

 В своих расчетах он не ошибся. Не успел Антуан заскучать в своем укрытии, как с неба спикировали три фигуры. Потом вампиры отправились охотиться, а Оливия задержалась на крыльце, словно чего-то дожидаясь. Антуан решил, что нехорошо обманывать ожидания девушки, и вышел на садовую дорожку.

 Оливия вздрогнула, словно очнувшись от сна, и попятилась, вжимаясь спиной в дверь.

 – Что вам надо? Я буду звать на помощь!

 – Вряд ли нам с вами нужен лишний шум, мадемуазель ле Дье, – мирно заметил Антуан, подходя ближе. – Не стоит пугаться, я всего лишь хочу поговорить с вами.

 – Вы знаете, кто я… – она опустила голову. – Да, конечно, вам ее светлость рассказала, но, поверьте, я совсем не хотела обманывать Даниэля…

 Антуан тоже поднялся на крыльцо, пытаясь при лунном свете рассмотреть ее лицо, потому что все эти слова вызывали у него сильные сомнения в искренности его собеседницы. Не могла та Оливия ле Дье, о которой говорили в обществе, до такой степени переживать из-за того, что ей пришлось обмануть принца, и с такой любовью произносить его имя.

 – Мадемуазель, так уж получилось, что я слышал ваш разговор с вашими друзьями, – холодно сказал он, – и теперь знаю, что обмана в вашем спектакле куда меньше, чем могло бы быть. Судя по всему, господин Густав – и в самом деле принц, а значит, обладает определенными полномочиями. Это…

 Он поймал себя на том, что говорит, как прокурор на судебном заседании, и честно попытался стать более дружелюбным.

 – Хорошо, предположим, с политической стороны у нас все в порядке. А вот что насчет счастья Даниэля? Думаю, у него есть определённые ожидания относительно невесты… – Антуан сделал паузу, подыскивая наиболее подходящие слова, которые бы не звучали оскорбительно, но в то же время передавали суть его сомнений. Увы, кажется, спросить это вежливо было совершенно невозможно, поэтому он ляпнул напрямую: – Вы сможете оправдать их?

 Оливия помолчала, глядя себе под ноги, потом присела на ступеньки крыльца, не заботясь о платье.

 – Знаете, я уже думала об этом, – тихо сказала она.

 Антуан облокотился о перила – он никогда не позволил бы себе сесть без приглашения дамы, а ей и в голову не приходило ему предложить, – и в тон ей спросил:

 – И что же вы решили?

 – Ах, я не знаю! – она нервным жестом сцепила между собой трогательно маленькие, белоснежные руки. – Я знаю, чего ждет Даниэль, но, кажется, я не смогу ему это дать.

 Антуан кивнул про себя. Его подозрения подтвердились – товар попадал к Даниэлю из вторых рук, и это еще мягко сказано.

 Тем временем Оливия продолжала:

 – Может быть, ему нравлюсь вовсе не я, а просто то, что вампиры, опасность и все такое, – она не столько усмехнулась, сколько всхлипнула. – И когда он узнает, что я просто человек, он… Вдруг ему будет неприятно?

 Антуан посмотрел на нее сверху вниз и почти сразу отвел взгляд – приличный человек никогда не воспользуется такой расстановкой фигур, чтобы заглядывать в декольте дамы. А вид открывался преотличный.

 – Мне кажется, он будет только рад. Живые женщины в постели как-то приятнее, – снова без экивоков заявил он. – Но я говорил не об этом.

 – Я люблю его! – выпалил Оливия, снова не пожелав понять его намеки.

 – Боже, помоги мне! Сударыня, мне придется говорить открыто! Что вы можете сказать об аббате? Или с кем вы там сбежали из своего пансиона?

 – Какого пансиона? – она подняла голову, чтобы смотреть ему прямо в лицо, и Антуан подумал, что мало что может быть более трогательным, чем сидящая у твоих ног женщина. – Я вообще никогда не была в пансионе, герцог! Могу поклясться вам в этом чем угодно!

 Вот теперь он был действительно озадачен. Весь его опыт общения определенно утверждал, что девушка не врет, и про пансион она слышит впервые. 

 – Вы ездите верхом, сударыня?

 – Только в детстве, на пони. 

 Она неосознанно переплетала пальцы и очень нервничала. Антуан осознал, что спрашивать ее, не она ли повторила подвиг известной леди из древних времен, проехав через город то ли в одной рубашке, то ли и вовсе без нее, не имеет смысла. Оливия, очевидно, даже не знала, что говорят про нее в обществе!



Лина Метеле

Отредактировано: 19.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться