Дважды два

Глава 7

Мысли стали еще более путанными чем до этого. Они хаотично стремились добраться до того чтобы их рассмотрели, но вдребезги разбивались о этот гигантский вопрос, вставший стеной: Она что правда его любит? Ответ на него был не известен, как она не пыталась его найти. Выцарапать из потайного уголка сердца.

Единственное что она могла сказать так это то что раньше ей никогда не доводилось испытывать ничего подобного. Нина попыталась успокоится. Три коротких вдоха и один испуганный, осторожный выдох. Тихий счет до пяти и молчание. Во всём чувствовалась боль. И страх.

Нина ненавидела боятся. Она призирала это чувство всей душой в первую очередь потому что оно было ей хорошо знакомо. Ощущать это снова она совсем не хотела, но разве прикажешь собственным чувствам? Она почти слышала, как кто-то злорадно над ней посмеивается. По спине поползли мурашки. От понимая должно быть. Болезненного и пронизывающего. Было желание разбудить зверя, посмеяться от скуки над сестрой, но внутри глухо. Ничего кроме этого навязчивого чувства. Она не хотела, чтобы это зашло так далеко. Только всё уже было дальше некуда - засело где-то меж рёбер и уже начинало ныть.

Нина бежала по лестнице так быстро что был риск переломать ноги. Девушка то перескакивала через две ступеньки то через три. И даже не ощущала, как, по внезапно ставшим почти белыми, щекам катятся слёзы, рисуя влажные дорожки. Не было и пелены перед глазами. Был стук собственного сердца и желание убежать как можно дальше. Побыстрее. Пока еще есть возможность схватить за шкирку свою изломанную больную душу, случайно угодившую не в тот омут и вытянуть её наружу из этого водоворота. А что-то внутри упрямо твердило что она уже в игре - что пути назад нет. Просто нужно закрыть на эту маленькую мысль домой.

Выскочить на улицу, сесть за руль некогда любимой машины и вдавить педаль газа до пола. Быстрее. Ещё быстрее. Вперёд. Пальцы сжимают руль так сильно что белеют костяшки, но кому до этого есть дело? Главное быстрее. За мощную стену, что она так опрометчиво разбирала по кирпичикам. За те двери на тысячи замков. И ругать себя, проклинать за то, что разрешила…позволила себе чувствовать. Ощущая с новой силой ту щемящую пустоту, которая стремительно заволакивала сердце. Чувствовать, как изнутри разрывает крик, но не раскрывать рта. Заехать во двор не обращая внимание на занос при повороте и остановившись у подъезда выскочить из автомобиля. И бегом достичь двери собственной квартиры упорно пытаясь попасть ключом в скважину.

И уговаривать саму себя сдерживать слёзы так и норовившие навернуться на голубых глазах. Пусть слабые рыдают, а Нина никогда не была слабой. Она сильная. Так ведь? Ведь так… Мысль поразительно острая пронзила черепную коробку до самого мозга в тот самый момент, когда дверь наконец-то открылась впуская её в родную прохладу. Ложь. И это слово как ударило под дых, воздух рвано вырвался из легких. Она слабая. Слабее многих. Та что сейчас как брошенная в стену тряпка сползала по стене, никак не могла быть сильной. Та что пыталась забыться в яркой жизни, а сама, как только закрывала глаза видела на обратной стороне век лица умирающих друзей и собственные руки с зажатым в них пистолетом, уродливую дыру во лбу медленно падающего человека, не могла быть сильной. Осознание слишком яркое мелькало перед глазами и прозрачная капля не удержавшись скатилась из глаза оставляя за собой мокрую дорожку на бледной щеке. Ладошки прижались ко рту, душа всхлипывания и уже не одна, а целый град орошал лицо девушки, дрожащей как осиный лист на ветру, сидя, прижавшись спиной к входной двери, как можно ближе подтягивая колени. Она не уследила за ходом времени. Но поняла, что пора перебираться из коридора. Почти ползком она добралась до гостиной закрыла за собой дверь и замерла.

Нина хотела только одного. Заставить Влада показать настоящего себя. Ей просто было любопытно, весело. Азарт захватил её с головой, когда она медленно разбирала его, как матрёшку. Одну за другой, одну за другой.

И теперь стоя одна в тихой наполненной чем-то тяжёлым комнате она осознала нечто очень важное. Она сама стала пленницей Влада. Осознавал ли он то что упрятал девушку в крепкую клетку? Вряд ли.

Нина боялась его. Ей было тяжело это признать, но это было именно так. И было что-то еще. Что-то, что не обращая внимания на опасение словно магнитом тянуло к нему. Этому что-то было плевать на всё остальное. Ему хотелось только стать как можно ближе.

О она увидела самую плохую его сторону и всё еще считала, что он лучший.

Нина самой себе казалась робкой школьницей, боящейся подойти к мальчику и одновременно ощущала себя диким зверем. Словно, когда рядом появлялся Влад все её чувства обострялись. Она не оборачиваясь могла сказать, что в помещении появился именно он. Везде ей мерещился его запах. Самый приятный из всех что ей доводилось чувствовать и хотелось только уткнуться ему в шею и дышать только им. Чтобы он наполнил её лёгкие. Она могла отличить его походку от тысячи остальных. Перед взором сразу представали упрятанные в карманы руки так по-хулигански.

Девушка почувствовала, как в рот заливается соленая жидкость и поднеся руки к лицу обнаружила что лицо абсолютно мокрое, как и шея.

Дверь открылась. Резче чем могла бы. Грохот от того как она ударилась о стену заглушил все мысли, заставляя отнять руки от лица и со священным ужасом уставиться в прихожую.

На пороге стоял Влад.

Всё тот же шикарный костюм из дорогой ткани с платиновыми запонками и встрёпанные волосы. Мужчина кидал яростные взгляды, грудь ритмично вздымалась словно секунду назад он бежал сломя голову.

Как он вошёл в квартиру? Точно она же не заперла дверь. Это была единственная разумная мысль, пролетевшая в девичей голове того как на неё буквально налетели.

Тело сковал страх только разогревая чувства от прикосновений. Поразительно - этот человек мог взять и убить её прямо сейчас. На этом месте. О, она даже видела свой собственный труп на дорогом светлом ковре залитым кровью. В прочем она сама могла совершить акт насилия. Но стала бы? Нет.