Две стороны монеты

Размер шрифта: - +

Глава седьмая

 

— Людей, которые бросают слова на ветер, я бросала бы с моста… с камнем… на шее. Вот таким камнем, — Анжелика показала руками размер камня.
 — Тернер, тебе бы психолога хорошего посоветовать, — Антон слегка улыбнулся, и протянул ей стаканчик с водой.
 — Какой на*уй психолог? Мне бы автомат… И все будет оʼкей, — она улыбнулась в ответ и взяла стакан с водой.
 — Не хочешь?
 — Неее… не хочу, — светловолосая отдала стакан.
 — Ну ладно. Если не хочешь, то не надо.
 — Между нами точно что-то есть…
 — Что?!
Анжелика указала на Тимура Исмаилова, который все это время сидел между ними за столом.
 — Всем привет, — усмехнулся Тимур.
Анжелика рассмеялась. Густой искренний смех будто наполнил холодную лабораторию теплом. Антон тоже начал смеяться. Вот только Исмаилов сидел и не понимал, почему эти двое ржут, как кони.
 — Тима, — произнесла она, пытаясь перестать смеяться. — Просто ты молча сидел и я… и мы тебя не заметили.
 — Ничего страшного… — Тимур выдавил из себя улыбку.
Ему хотелось наорать на этих двоих, но их смех был заразней, чем он предполагал, и поэтому не прошло и минуты, как лаборатория заполнилась смехом трех человек.
Теперь странная АРТэ не казалась парням такой холодной и безжалостной девушкой. Анжелика действовала на них так, что в это трудно было поверить. Нежная теплота в ее глазах разрушила все стены, которые выстроились между ними.
И сейчас, сидя за столом тюремной камеры в подвале, в сырой и холодной, Богом забытой комнатке, они вовсе не чувствовали страха. Забыв на время о смерти, им было просто хорошо находиться в этот момент рядом, просто говорить не о чем, думать не о чем.
Исмаилов сглотнул и сжал губы, очевидно, пытаясь, сдержать свои эмоции.
 — Все, — попросил он. — Хватит смеяться! Нас могут услышать. Хватит! Харе!
 — Да не кипишуй ты, — Анжелика посмотрела в лицо Исмаилова. Это был не тот тихий Исмаилов, которого она с мешком на голове притащила сюда неделю назад. Этот Исмаилов сиял от хорошего настроения и возбуждения.
 — Да и если услышат, то что? — спросил Антон. — Они уже раз пытались грохнуть Рапунцель, а она-то им не по зубам оказалась. Пока она с нами — мы живём!
Анжелика отвела взгляд и стиснула зубы. Внезапно, ее настроение изменилось, и она уже не была такой веселой. В мыслях появились позавчерашние события. То, как ее просто жестоко избили в том старом заброшенном доме. На лбу все еще осталась ссадина, голова болела при резких движениях. И снова она почувствовала себя беспомощной, жалкой, не в силах бороться за свою жизнь. Но не одинокой… Трое совершенно разных людей в этом Богом забытом подвале, где слышно шуршание мышей и шум проточной воды в старых ржавых трубах.
Девушка сжала маленькие ручки в кулачки и застыла на месте. Закрыла глаза, и набрала больше воздуха в легкие.
 — Эй, Рапунцель, ты же защитишь нас? — Антон легонько толкнул девушку в плечо, чтобы «вернуть ее на землю». — Ау, ау, Земля вызывает Лику. Земля вызывает Лику. Прием-прием. Лика!
Девушка вздрогнула и подскочила на стульчике.
 — А? Что ты говоришь? — растерянно пробормотала она, встав со стула.
Анжелика была небольшого роста и хрупкого телосложения, и на фоне этих двоих высоких парней ее хрупкость выделялась еще больше.
 — Спрашиваю, защитишь ли ты двоих симпатичных парней? — повторил Антон.
 — Обязательно, как только ты покажешь мне ДВОИХ, — просто ответила девушка и начала ходить с одного угла камеры к противоположному наматывая круги.
Она не сомневалась, что одно из следующих поручений Пахомова будет касаться их. Ведь он не может держать их тут просто так, тем более уже прошло два часа.

***
Час, второй, третий…
Казалось, они сидят тут целую вечность, и каждый понимал, что уже поздняя ночь, и о них, скорее всего, забыли до утра.
Анжелика дёрнулась и проснулась. Она вновь лежала на полу тюремной камеры, но прежнего душевного напряжения и метаний уже не было.
 — Ложитесь, поспите немножко, — АРТэ сидела на полу, упершись спиной об холодную стену.
 — Не могу. А ты спи, — ответил Исмаилов.
 — С радостью, но вы слишком громко думаете. Уснуть невозможно! — ответила девушка, натягивая юбку ниже, чтобы та стала длиннее.
 — Ну простите, Ваше Высочество, — пробурчал Антон Винник. — Мы уж, народ простой, спать на холодном и грязном полу не приучены. Как ты вообще можешь спать в таком месте?
Анжелика нервно хихикнула:
 — Поверь, мне приходилось спать и в местах похуже, так что этим меня не спугнуть, — она указала на калюжку ржавой воды, которая образовалась совсем недавно. Одна с труб над ними протекала.
Антон и Исмаилов молча за ней наблюдали. Она снова уснула на холодном грязном полу, но через несколько минут резко открыла глаза.
 — Что?! — спросил Винник, заметив ее взгляд на себе.
 — Вы на меня пялитесь! — ответила длинноволосая. — И я не могу уснуть.
 — Ну давай тогда ты не будешь спать, если не можешь, — предложил Исмаилов.
«Гениально б*ять!» — пронеслось в голове АРТэ.

В эту минуту за дверью раздались шаги по коридору и голоса. Дверь в камеру открылась, и на пороге появилось четверо огромезных мужиков в черных костюмах. Двое из них схватили Антона и Тимура и вывели из комнаты в коридор.
Анжелика даже дёрнуться не успела, как ее схватили за руки и поставили на колени. Подняв голову, она увидела перед собой Пахомова.
Казалось странным то, что она все еще жива.
Всего лишь мгновение она стояла на коленях, вдыхая сырость подвала и мысленно готовясь к смерти, но… Её подняли на ноги и отпустили.
 — Пойдем, — Пахомов жестом велел ей следовать за собой.
Она кивнула и пошла следом.
Стуча каблуками по лестнице и прислушиваясь к эху собственных шагов, Пахомов вошел в свой кабинет, и, подождав, пока войдет девушка и еще один шакал, закрыл двери. Он щелкнул включатель, и свет загорелся.
Но еще до того, как зажглись все три лампочки, гораздо яркие огоньки вспыхнули в голове Анжелики. Острая боль в шее — и она снова погрузилась в холодную темноту. Нет, это был не удар по голове, ее что-то укололо.

 — Проснулась? — Пахомов сидел на диване, закинув ногу на ногу, и чуть наклонившись вперед.
Анжелика застонала. Ее выдало взволнованное нервное дыхание. Девушка сразу же попыталась встать, но напрасно. Ее руки наручниками приковали к ручкам кресла. Прищурившись, АРТэ начала смотреть на Пахомова.
 — Моя дорогая АРТэ… — он остановился, чтобы собраться с мыслями. — Не понимаю, как ты даже в такой ситуации можешь оставаться спокойной. Абсолютно спокойная… Хотя это не важно, не имеет значение. Так ведь? Ты уже сделала выбор, ты пошла против меня. Против своего начальника!
 — Я всего лишь высказала свое мнение, — чувствуя тошноту, она повернула голову в сторону. — Что за хрень вы мне вкололи?
«Неужели испытывают новый вирус?»
 — Извини меня, моя дорогая АРТэ, просто ты бы снова попыталась убежать. А ты же знаешь, как я не люблю, когда от меня кто-то сбегает. Ведь знаешь, дорогая АРТэ?.. Не волнуйся, это всего лишь обычный препарат… он тебя не убьет. Да и ты всего-то на пару минут потеряла сознание.
 — Пару минут?! — ее голова запрокинулась назад, внутренне борясь с действием наркоты.
«Пару минут… Каких пару минут, мать вашу?! Сейчас же утро!»
Она посмотрела в окно. Рассвет…
 — Ну немножко ошиблись с дозой, но это не смертельно, — Пахомов вздохнул. Внешне оставаясь спокойным, с несчастным видом он ждал, пока она прекратит бороться против действия наркотиков. Ну теперь она точно не убежит от него. — Ты не сердишься на меня, дорогая АРТэ?
 — О нет! — Анжелике показалось, что она вот-вот сойдет с ума. Остатки здравого смысла потихоньку покидали ее. — Так почему я ЕЩЕ жива?
 — Я не хочу твоей смерти, дорогая АРТэ…
 — Это не единственная причина, — она снова дернула руками. — Вы же знаете, какая я любопытная.
Пахомов упрямо сжал рот.
 — Почему я ЕЩЕ жива?
 — Да потому, что я не посмею убить собственного ребенка! — Пахомов вскочил с дивана и направился к девушке. Он-то остатки здравого смысла уже потерял. И очень давно.
 — Что?!
 — Да, дорогая АРТэ, да! — кричал он, мучимый отчаянием. — Я твой отец, а ты моя дочь! Вот и вся причина! Довольна?! Ты довольна?! — рыдая, он сжал руки на ее горле.
Девушка закрыла глаза. Она была беспомощной в этой ситуации. Да и наркотики сильно ослабили ее.
 — Н-н-нен-над-до п-п-прош-шу, — прохрипела девушка, сжав пальцы в кулачки. По щекам покатились солёные слезы.
Пахомов отскочил от нее, словно от огня. И схватившись руками за голову, начал что-то бубнить себе под нос. В таком состоянии он выбежал с кабинета, оставив Анжелику наедине с только что раскрытой тайной.



Lika Terner

Отредактировано: 08.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться