Две жизни Эмили

Размер шрифта: - +

Глава 24.

Вечером, когда я готовила ужин Василий Васильевич поехал за продуктами. Это странно. Кто там вечером будет на ярмарке? Все уже давно все купили и разошлись. Но господин уверено, без тени сомнения отправился за покупками в сумерках.. И я не стала ничего говорить. Здесь другой мир, может быть у них ярмарки ночью проходят. Ведь если подумать, то это логично. Днем работаешь по хозяйству, а ночью продаешь. Только спать когда? Но не удивлюсь. Что в этом мире уже придумали какие-нибудь штуки, чтобы не спать. У них портниха чудесным образом пошила мне гардероб так быстро, что я даже переживала, что развалится все моментально. Проверила потом. Удивительно ровные и мелкие стежки. Я бы так не смогла.

На кухне я уже более-менее освоилась, поэтому справилась и без подсказок Василия Васильевича. И когда он приехал с ярмарки, уже накрывала на стол.

Мы быстро разложили продукты по шкафам, особенно мне нравился холодильник. Это же надо было придумать такое! Маленький шкафчик вместо большого ледника в подвале замка. И ничуть не хуже. Я сначала боялась, что он отогреется, но Василий Васильевич мне объяснил, что холод поддерживает электричество. И да, я слышала, что периодически холодильник гудел, охлаждаясь.

Вообще, оказалось, что в этом мире все работает на электричестве. И свет, и холодильник, и магическое око... вообще, мне кажется, что электричество и есть магия этого мира. Просто она другая, не такая как у нас.

Когда сели ужинать, Василий Васильевич поставил на стол бутылку вина. Да, у нас тоже делали вино в магических бутылях. Только очень редко. Оно было так дорого, что подавалось на стол только самых богатых аристократов нашего мира. Я даже видела такую одни раз в доме господина графа, вспомнила я.

 

***

- Соломаха, - господин граф сам подошел к нам на очередном балу, куда отец регулярно вывозил меня после шестнадцатилетия. Я, как положено, сидела на коленях у ног отца, - твоя дочка такой же бриллиант, каким была жена?

- Нет, что вы, - улыбнулся отец, а я почувствовала, как его рука, лежащая на моей голове непроизвольно сжалась и закаменела, - она совсем слабенькая, и практически ни на что не годная.

Одновременно с этим я ощутила, как его магия рванула в меня, укрепляя построенную совместно с отцом защиту. Да, он научил меня скрывать не только оставшуюся магию, но и душу, показывая вместо настоящей меня недалекую пустышку.

- Вы позволите? - усмехнулся господин граф.

- Разумеется, Ваше сиятельство, - любезно ответил отец. А у меня в горле вдруг пересохло от страха, когда рука господина графа опустилась на мою голову. Богиня-Матушка! Я едва не скорчилась от отвращения, какой он... грязный? Скверна так и сочилась из его души. И я даже стала переживать, что волосы не спасут меня от этой гадости.

И я словно наяву услышала слова отца: «Эмили, скверна есть в душе каждого мужчины. Такова наша природа. Но кто-то сдерживает черноту и старается оставаться как можно более чистым, а кто-то наслаждается ею. Обычно женщины не могут ощутить ее из-за заблокированной магии. Но ты можешь. И запомни, чем больше скверны ты ощущаешь, тем сильнее должна прятать свои способности»

Я старалась. И уверена, что господин граф ничего не смог уловить, но, когда он убрал руку от моей головы, я услышала ужасное:

- Да, Соломаха, дочка у тебя удивительно бездарна. Тебе сложно будет пристроить такую пустышку в жены. Пожалуй, по старой дружбе окажу тебе услугу, друг. Ей же шестнадцать с половиной?

- Верно, Ваше Сиятельство, - улыбаясь ответил мой отец, но я как-то поняла, что он страшно напуган и ужасно зол.

- Отлично. Значит через полтора года я выкуплю у тебя дочь. Тем более, - господин граф усмехнулся, - с учетом ее бесполезности, цена будет невелика.

- Ваше Сиятельство, - отец склонил голову, словно принимая предложение, - но позвольте вам напомнить, что вы женились только в прошлом году. И ваша новая жена вполне сильна, чтобы обеспечить вас еще как минимум лет десять. А моя дочь достойна стать женой, а не рабыней. Хотя бы потому, что она моя дочь.

- А это не твои проблемы, Соломаха! - резко ответил господин граф, непонятно почему разозлившись на отца, - через полтора года твоя дочь станет моей. Я сказал.

- Я услышал, - эхом ответил отец, - простите, Ваше Сиятельство, разумеется, все будет так, как вы скажете.

Господин граф ушел, отец положил руку мне на голову и я чувствовала, что его ладонь мелко дрожит.

А после бала отец отправил меня к себе и напился так, как никогда в жизни не пил. Весь замок несколько дней ходил на цыпочках и не смел показываться ему на глаза. А он ночами тайком приходил ко мне в комнату и рыдал, сидя на полу рядом с моей кроватью. Я притворялась спящей, молясь Богине-Матушке, чтобы отец не узнал об этом. Любой мужчина не будет рад, если женщина станет свидетельницей его слабости.

А еще я не понимала, почему отец так расстроен. Нянюшка, наоборот, очень обрадовалась. Когда я рассказала ей про слова графа. Сказала, что я буду самой прекрасной графиней на свете. И, вообще, это огромная честь получить такое предложение от самого господина графа. Ведь он, шепнула мне бабушка, двоюродный племянник самого короля.



Натали Катс

Отредактировано: 23.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться