Двое в темноте

8

Кофе было кислым и отвратительным. Странно, раньше оно казалось мне в кофейнях вполне достойным. Правда тогда не пробовала ещё вкуснейшего кофе от Мэтта. Я отставила кружку, откусывая кусочек от маффина, но нет… сегодня даже сладкое не могло поднять мне настроение. Это похоже было на какое-то проклятие… Я постоянно думала о нем. О Мэтте. Сидя тут в кофейне, сидя дома за компьютером, звоня маме, гуляя. Я вспоминала наши разговоры, последнюю ночь… как же всё так обернулось?

Я надеялась, что утром мы нормально попрощаемся с ним, но нет… рано утром меня разбудил поцелуй в щеку и тихий голос, Мэтт проговорил, что ему надо уйти, но я мало что помнила, не в силах оторвать голову от подушки и даже открыть глаза. Он ушёл, а я продолжала дрыхнуть до самого обеда. Но ведь самое печально было совсем не это даже… а то, что у нас не было связи, я не знала, кто он и где живёт, у меня не было его номера телефона или адреса, и та хрупкая возможность, что мы никогда не сможем больше увидеться, душила меня, как удавка. Он знал мой адрес, но он мог и не вернутся. Тонкая нить надежды под названием «может быть». А может и не быть…

Я сжала кулаки и разжала, мне хотелось вцепиться в эту возможность всеми когтями, что у меня были, вырвать её зубами, но от меня ничего не зависело… Крис не брал трубку, Ирэн понятия не имела ничего о нем, она с ним познакомилась на одной вечеринке и не знала, ни где он живёт, ни его номера. Хватать было нечего… все, что осталось у меня - это зажигалка. Дорогая, Зингер. Я покрутила серебристый прямоугольник, открыла крышечку, украшенную гравировкой, щёлкнула - пламя ровным цветком заполыхало над металлом. Я неотрывно смотрела в него, словно пытаясь вырваться из этой кутерьмы душащих меня мыслей, но не получалось…

Вернётся ли он за ней? Хмыкнув, я закрыла крышку. Ну конечно... если он вернётся только за зажигалкой, я буду страшно обижена. Впрочем, это не такая уж важная вещь, чтобы возвращаться только за ней… наверное. Я поставила её на стол и, кусая губы, созерцала отблики солнца на столе. Есть и пить не хотелось совершенно.

Да что ж он у меня из головы не идёт никак… я закрыла ладонью зажигалку и опустила голову на согнутые руки. Черт… черт-черт-черт! Мэтт, вали из моей головы! Мне надоело вспоминать всё это, раздумывая, целовал ли ты меня тогда ночью, обнимал ли? И его тёмные глаза… улыбка… о, нет опять… да что же это такое! Прошло две недели. Две! Ни следа, ни звука! Хотел бы - вернулся! А если не вернулся – значит, не хотел… Забудь о нем и живи своей жизнью, что ты о нем все думаешь? Ты ему не нужна. С глаз долой и из сердца вон. Ты была просто средством утешения для него и все… Но… он был нежным. Был внимательным.

Едва не взвыв от этого отчаянья и беспомощности, я попыталась отключить голову и послушать, что происходит вокруг. За соседним столиком болтали две женщины, попивая своё латте и обсуждая что-то высокоинтеллектуальное. Я вслушалась.

- Да, я сама была удивлена. – Сообщала подруге крупнотелая блондинка с короткой стрижкой и облачённая в ультраминикороткое платье. – Я часто смотрю всякие такие фильмы, люблю артхаус и авторское кино, это так…

Я сместила взгляд, вон парочка влюблённых пожирают друг друга посредством поцелуя. Фу… это даже не поцелуй, а как будто они реально какие-то дементоры. Маффин застрял на полпути к желудку. Что там рядом… ага, мама запихивает в несчастного малыша сэндвич. Судя по его печальным глазам, сэндвич ему ни разу не хочется, а вот мамин коктейль очень даже. Остальные вообще не представляли интереса. Я снова вернулась взглядом к женщинам с их обсуждением кино.

Боже, как скучно…

- …это очень хорошо показано в фильме, я думаю. Я была удивлена, он же пытался её изнасиловать, а она к нему испытывала тёплые чувства и даже сражалась за него потом, - в голосе блондинки сквозило недоумение. Я насторожилась, напряжённо вслушиваясь, это вообще, что за кино такое? – Но мне пояснил Джек, ну ты, помнишь его, да? Так вот, он сказал, что когда люди проходят через сильные эмоциональные переживания, то их сближение происходит гораздо быстрее, чем у обычных людей. И я ему тогда сказала…

Я отключилась от их разговора, смакуя мысль. А что? Это бы объяснило, почему Мэтт стал мне близок за такой короткий срок. Он, конечно, не пытался меня изнасиловать или что-то такое, но у нас были сильные эмоциональные переживания? Да. Мы проживали нашу боль, а это было непросто, да и открываться малознакомому человеку тот ещё драйв. Ну что ж… с этим все понятно… я привязалась к нему, только как же теперь отвязаться от него? И да, вряд ли это вернёт его к моему порогу. А жаль... ему было бы интересно узнать причину нашей симпатии друг к другу. Психология, а никак не судьба…

Хмыкнув, я встала из-за стола, оставляя надкушенный маффин на столе и едва отпитое кофе тоже. Рука продолжала сжимать тёплый металл зажигалки, пока я медленного шла по улицам, разглядывая каменную пешеходную дорожку. Мне нужна была помощь, я была в отчаянье. Мне нужно было вытащить его из моих мыслей, выбросить. Но я сама не могла… Я металась между хочу и нет. Но где? Где мне найти совета? У кого? Мама? Я знаю, что она мне скажет, так что можно и не звонить. Подруги? Я рассталась со всеми после смерти Тома, половина остались в моем родном городе и благополучно стали домохозяйками, и обзавелись детишками, ещё половина разъехалась кто куда, так иди ищи их по всему свету.



Ритуля Довженко

Отредактировано: 14.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться