Двойная сплошная

Глава 37.

Путем длительных переговоров Захарова все же удалось убедить пустить за руль другую девушку. Не сказать, чтобы он был сильно рад такому раскладу, но, по всей видимости, у Вилены получилось вселить в него уверенность. Это было нетрудно, ведь она всегда была убеждена, что я не большой любитель садиться за руль.

Когда наши машины подъехали к линии старта, через свое лобовое стекло я увидела Вайтович. Она стояла на месте Арины посреди дороги с красным платком в руке и смотрела только на меня. Без былого вызова. Почти так же, как и раньше, до ее странного, перевернувшего многое в нашей дружбе, дня рождения. С нее как будто на долю секунды спало наваждение, и она поняла, что сотворила нечто ужасное, но теперь ничего не могла изменить.

Конечно, это было не так. Я была более чем уверена, что ничего страшного она не совершала. И даже если она когда-то мне солгала, или не рассказала о себе всей правды, это не могло оказаться чем-то настолько глобальным, за что я никогда не смогла бы ее простить. Я врала ей гораздо больше. И пусть ее искренность теперь подвергалась сомнению, я все же не сомневалась, что знала ее лучше остальных. Лучше какой-то там Арины и тем более лучше Артема Захарова, который играл в непонятные никому игры, спуская в них целые состояния.

Рома, сидящий по правую руку от меня на пассажирском сидении, в это же время давал мне последние наставления. Он говорил о том, что будет направлять меня и все, что мне нужно – это только следить за дорогой, и не отвлекаться ни на что больше.

В какой-то момент я вдруг поняла, что Рома занимается этим не просто так. Не ради веселья и не ради, как могло показаться, легких денег. Он участвовал не ради азарта и желания что-то кому-то доказать. Он видел в этом свою философию. Опасную, абсурдную, порой даже совсем неоправданную, но все же философию. И машина для него не являлась средством достижения целей. Она была почти что живым существом в его собственной системе ценностей.

Я уважала его отношение к тому, что он делает. Ведь именно с таким подходом обычно и добиваются успеха.

- Сегодня мы не будем заезжать в город, - продолжал он проводить инструктаж очень серьезным тоном. – На развязке съедешь влево на федеральную трассу в обход города. Ночью там почти не бывает машин, так что вы будете только вдвоем. Но сильно не расслабляйся. Иногда в таких условиях происходит намного больше аварийных ситуаций. А я бы этого не хотел. Как, думаю, и ты.

Я на пару секунд закрыла глаза, пытаясь представить свой путь по загородной трассе. Я хорошо знала ее. Она и вправду зачастую пустовала. Местные жители выбирали другую дорогу – старую, убитую, но более привычную. Иногда я бывала на них обеих. Гоняла на отцовской Хонде, пока он не видел. Однако больше ста двадцати не разгонялась. Наша семейная машина была для этого не предназначена. Теперь же все было иначе. В моем распоряжении оказалось несколько больше лошадиных сил.

- У вас будет три контрольных точки. На каждой из них стоит человек с записывающим устройством. Это необходимо для того, чтобы проследить, что никто не срежет путь, и заезд будет честным. Не думай об этом и просто слушай меня. Отключись на какое-то время от гонки. И запомни, что результата добивается не тот, кто думает о финише, а тот, кто старается грамотно выстроить свой путь к нему.

- Почему инженерный? – невпопад спросила я, открывая глаза и вглядываясь в лицо парня.

Он пару раз недоуменно хлопнул ресницами.

- Почему ты выбрал инженерный факультет, а не философский?

Рома усмехнулся, немного расслабляясь. Кажется, сейчас он был напряжен даже больше, чем я. Еще бы. Ему пришлось доверить свою жизнь какой-то малознакомой девчонке.

Интересно, что испытывал Захаров, сидя в одной машине с Ариной? Наверняка жалел, что все это затеял.

- Я изучал строительство автомобильных дорог, - произнес Аморский. – Тебя удовлетворит такой ответ?

- Более чем, - приподняла я уголки губ, отвечая.

Через боковое стекло я заглянула в салон соседней машины. Артем, сидящий на пассажирском сидении, выглядел отсутствующим, хотя и кратко отвечал на вопросы Арины. Когда он заметил, что я смотрю на него, сально улыбнулся и подмигнул мне, продолжая играть свою роль.

- Одуванчик, - позвал меня Рома, заставляя обернуться.

Я думала, он скажет мне что-то еще, но он только кивнул в сторону Вилены, занесшую вверх одну руку, в которой на ветру покачивался платок.

Я посмотрела на нее, и сделала глубокий вдох. Мне показалось, что сердце приготовилось с оглушительному скачку. Одна секунда превратилась в долгую минуту, за которую я смогла оценить всю обстановку вокруг.

Людей за окном, которые что-то дружно кричали. Антона в приталенном пиджаке со сложенными на груди руками и Bluetooth-гарнитурой в ухе. Артема Захарова, грозно о чем-то вещающего в соседней машине и Рому Аморского, смотрящего только перед собой, сжав обе ладони в жесткие кулаки.

А еще было мое дыхание, которое застыло в это мгновение…

…перед тем как красный платок в руке девушки опустился.

Я не сразу почувствовала то, как моя нога нажала на педаль газа, заставляя Мустанга сорваться с места. Наше авто уже через секунду оставило Вилену далеко позади себя, развевая ее волосы мощным потоком ветра.

Передача за передачей и вот я уже почти на пределе, готовая слушать указания своего штурмана. Сердце сделало тот самый скачок вперед, и забилось в отчаянном ритме. Я слышала, как оно стучало у меня в висках.