Двуликий

Размер шрифта: - +

За стеной

США. 
Штат Нью-Джерси.
Психиатрическая клиника Трентона. 
1989 год.




Не большая светлая комната в которой расположилась кровать, стол и тумба. Всё в нежных телесных тонах с капелькой зеленоватого оттенка. В стакане букет свежих одуванчиков, на столе рассыпаны карандаши и разрисованная бумага. У окна стоял мальчишка лет восьми от роду. Тёмные короткие волосы слегка спадали на брови, карие глаза устремили свой взор в окно, а в руках мальчик сжимает плюшевого медведя.

«Она не придёт…» — пронзает тишину голос.

— Придёт! Она обещала…! — уверенно отвечает мальчишка.

«Как в прошлый раз…?» — снова эхом отдаётся этот голос. Он звучит с какой-то странной усмешкой, от чего маленький Тим вздрагивает, не вольно вспоминая обещание матери, данное несколько месяцев назад.

— Сегодня мой День Рождения. Она должна прийти… — с волнением отвечает сам себе мальчик, в ответ же снова слышит: «Нет, она не придет…»

 

Клиника для душевнобольных Барберри, 
Филадельфия, штат Пенсильвания. 
2000 год.




Летний зной перебивается прохладный ветерком. На лавочке в гордом одиночестве просиживает штаны молодой парень, смотря куда-то вверх.

— Тимоти Райт, диагноз — параноидальная шизофрения. Пока он на таблетках, весьма спокоен. Немного замкнутый, так что разговорить его задача не из лёгких. — послышался голос врача, на который Тим никак не отреагировал. К нему в разные времена приезжало много врачей, и каждая такая встреча начинается именно с этой фразы.

Новый психотерапевт берется за сложного пациента, считая, что он сможет помочь молодому человеку и облегчит его жизнь. Уверенны в себе врач, представлял из себя темнокожего мужчину около тридцати пяти - сорока лет. Богатый опыт работы с психически больными не должен был подвести его и одного из самых сложных пациентов вручили ему.

Улыбчивый мужчина кивнул и перенял документы с историей болезни пациента, которого перед работой хорошо изучил, и сейчас, сделал попытку войти в контакт с ним: — Здравствуй, Тим, меня зовут Бёртон Уилсон. Как твои дела? — Спросил приветливо врач, стараясь передать максимально дружелюбную интонацию. Бертон даже не надел свой халат и пришел к нему, как простой человек в зеленой рубашке и белых брюках, чтобы легче было общаться и пациент не чувствовал себя больным.

— Здравствуйте доктор. — равнодушно ответил юноша, на секунду отвлекаясь на врача. — А вы посидите пару часов в смирительной рубашке. Я вам потом тот же вопрос задам.

— Посижу. — Ответил врач и перевел взгляд на сопутствующий медперсонал: — Приносите мне смирительную рубашку и закутайте меня в нее. — врач кивнул удивленным лицам медбратьев и сестер. Доктор искренне желал помочь Тиму и потому, делал все, чтобы пойти с ним на контакт.

— Что вам от меня надо? — так же сухо заявил Тим, что не особо любил общаться с людьми. Из-за вечной паранойи, парню всё время казалось, что мир желает ему смерти. Если галлюцинации и удавалось купировать таблетками, то паранойя никак не хотела уходить, вместе со странным голосом в голове.

— Мне? Мне ничего от тебя не надо. Я не желаю тебе зла и просто хочу помочь. — Ответил врач с доброй улыбкой: — Скажи, у тебя есть тут друзья?

— Да, я и всё что меня окружает. Как пропущу приём лекарств, так всё вокруг жаждет общения. Так хочет подружиться, что просто деваться некуда. Сразу санитары прибегают, таблетками пичкают. — с долей иронии ответил Тим, после чего решил дать более адекватный ответ. — Нет доктор. Друзей у меня нет. Мне нельзя их заводить, иначе… Потом будет трудно… Прощаться. Потеря близких, есть самое страшное наказание. Так говорит голос…

Врач задумался над сказанным парня и только хотел было ответить, как его одернули подошедшие медсестры. Они принесли смирительную рубашку и врач кивнул им, позволяя себя тоже замотать, как и обещал пациенту. Теперь, тоже сидя обездвижено, врач заглянул ему в глаза: — Извиняюсь, что прервались, но что за голос? Как он звучит и похож ли на чей? Что он говорит еще?

— Много чего. Он… Простой. Простой мужской голос, отдалённо напоминает мой, но это не мои мысли. — Тим отвёл взгляд в сторону, и после короткой паузы продолжил. — Он говорит, чтоб вы оставили попытки копания в моей голове или очень скоро об этом пожалеете.

Врач задумался и вздохнув, прикрыл глаза: — Простите, а почему? Давно ли с вами этот голос? Я могу с ним поговорить?

— Лет с восьми, м-может раньше... Говорите, я передам ответ. — ответил Тим, которого не особо радовали отношения с внутренним я.

— Кхм-кхм, здравствуйте, вы можете представиться, как вас зовут? — Доктор обратился ко второму голосу Тима, который он по всей наблюдательности врача считал другим человеком.

— Меня зовут Маски… — ответил Тим, хмуря брови и переводя взгляд на врача. Впервые, за ни столь продолжительную беседу, пациент посмотрел в глаза доктору.

— Маски, рад знакомству. Меня зовут Бертон. — Ответил с легкой улыбкой врач, вздрагивая от столь пронзительного, казалось, дьявольского взгляда Тима. Этот взгляд пронизывал до костей и заставлял отстраниться. Немного откашлявшись, врач снова спросил: — Как вы себя чувствуете, Маски?

— Глупый вопрос, док. Как может себя чувствовать человек, запертый в психушке? Как в клетке, это та же тюрьма, только здесь меня окружают придурки. — ответил Тим, сжимая в кулак, что было не очень заметно, за тканью смирительной рубашки. Парень явно начал нервничать. Тим отвёл взгляд и проморгался, стараясь перевести дыхание.

— Допустим, вам дали волю, друзей у вас нет, что вы будете делать, Маски? Каковы ваши цели в жизни? — врач вскинул бровь и уже перешел на более серьезную, но мягкую интонацию: — Хорошо ли вы дружите с Тимом?

— Конечно, ведь он это я, а я это он. Мы одно целое, как можно быть врагом самому себе? — ответил Тим, тяжело дыша. Лёгкие подёргивания головой и в отрицательном кивке, Тим отворачивается, тихо шепча своему голосу в голове: — Нет… Нет заткнись! Нет…! Я не могу… Ты не посмеешь!

Что сейчас творилось в голове пациента было трудно понять. Мимика на короткие периоды меняла выражение лица, от выражения шока и страха, до лёгкой, почти незаметной ухмылке.

— Простите… Он не намерен продолжать разговор. — немного успокаиваясь ответил Тим, нервно кусая губы и снова кивая в отрицании.

— Пожалуй, на сегодня хватит, не будем переутруждать вас. До скорой встречи, Тимоти. — С улыбкой, врач встал с места и попрощался с пациентом, идя к остальном мед персоналу и кивая им. Санитарки сразу поняли, что нужно делать и подойдя к парню, аккуратно подняли его с места и сразу же дали таблетки, ведя его обратно в палату. И по просьбе врача, чтобы ему не было так скучно и были настоящие друзья, Тимоти вели в новую палату, в которой проживал уже некто, но на данный момент, он был вне зоны видимости и прятался в шкафу.

Не опасный и не слишком свихнутый Джеймс Бинсток, парень 23 лет, страдал различными фобиями и обладал богатой фантазией, что делало его тем еще параноиком, потому он и прятался в шкафах.

Наконец, переведённого в другую палату Тима, освободили от пут смирительной рубашки, позволяя насладиться движениями. К слову таблетки подействовали быстро, потому Райта немного начало клонить в сон, единственное, что не давало ему отрубиться — отсутствие соседа, который вроде как должен был здесь быть.

По спине пробежал холодок, от чего парень вздрогнул. Глаза сами собой закрывались, под действием препарата, сердце забилось в разы быстрее. Что это, новая паническая атака? Быстро, но тихо присаживаясь на колени, Тим осматривает пространство под кроватями, после чего продолжает поиск уже в ящиках стола. К шкафу почему-то подойти Райт не решился, предпочитая спрятаться на кровати и не сводя взгляд, смотреть на приятный светло-оранжевый шкаф, в страхе, словно сейчас оттуда что-то выскочит, ведь дыхание Тим отчётливо слышал.

— Че? Пришли уже? Скажите, что меня нет дома! — Прикрикнул сосед из шкафа, хлопая дверцей в попытке закрыться получше. Считая, что он в полной безопасности, Джеймс начал насвистывать песенки и шурша в шкафу, что-то зашептал.

Сонливость постепенно берёт верх, как и любопытство. Тим не мог позволить себе уснуть пока не увидит, что прячется в шкафу. Нерешительно спуская одну ногу, следом за ней вторую. Чуть поднимаясь и тихонько шурша тапочками, Райт дрожащей рукой тянется к ручке шкафа, которую очень быстро и внезапно открывает, с замирающим сердцем смотря внутрь.

На него уставились два больших голубых глаза, особенно выделяющие ужас темные мешки. Впалые щеки растягиваются в ужасе, пересохшие и подранные малиновые губы с красноватыми пигментами, раскрывается в страхе, а парочка белых волос на лысой голове поднимаются дыбом. Худые и тощие руки словно у кузнечика прижимаются к груди и после некоторого момента молчания, раздается визг жителя шкафов и его крики: — Добби хочет носок! — Закричал Джеймс и выскочив из шкафа, схватился за ноги соседа, поспешно сдирая с ноги тапочек и замирая в ужасе: — Нет носка! Нарния уезжает в круиз! — завопил он и запрыгнул обратно в шкаф, наполненный носками.

«Хороший район, добрые соседи…» — прозвучал голос Маски, в голове Тима.

Сам Тим же ещё минут 10 сидел в ступоре и смотрел на шкаф, из которого на него выпрыгнуло нечто. Он даже понять не мог, что произошло. Было просто страшно, крик застрял в горле, руки дрожали, голова кружилась и не соображала. Всё это так резко навалилось, что слова Маски просто игнорировались.

Чтоб такого больше не повторилось, Тим подпёр стулом шкаф, и пополз на свободную кровать, но не доползая до неё умудрился вырубиться,

Это самое нечто, после затишья, высунул руку через щель и отодвинул стул, осторожно опуская ногу на пол: -Пол это не лава…пол это линолеум…тихо Джеймс…это не лава… — сам себя пытался успокоить фантазер, осторожно ступая по полу и глядя на тело, неуверенно подошел к нему, слегка касаясь его волос: — Ммм…из альпаки волосы и кожа…такая…кожистая. — Выдал он, изучающим взглядом смотря на Тима и поднимая взгляд на дверь, сглотнул: — Позову — бомбу кинут, не позову — не смогу оттащить. Сло-о-ожно, — протянул лысый, после чего решил облегчить вес маски и сняв с него всю одежду, вплоть до штанов, перетащил на кровать, залезая обратно в шкаф и от туда наблюдая за ним: — У него змея между ног…вдруг укусит…я боюсь…надо сказать. Пст! Эй! — Шепнул Джеймс из шкафа, пытаясь его разбудить.

Через пару часов, в палату наведалась медсестра. Женщина лет под сорок, с пухлыми губками и пышными бёдрами.

— Ну шо придурки? Будем лечить… Господи ты Боже мой. Мальчики, оденьте этого. — указала медсестра на Тима, а сама же аккуратно приоткрыла дверцу шкафа. — Иди к себе на кровать. Давай-давай, сейчас витаминчик уколим, и всё будет хорошо. Иди укладывайся.

— Витаминки?! Я стану, как супермен?! — радостно засмеялся Джеймс, но вдруг, замер на месте и медленно спрятался обратно в шкаф: — А…вы мне сегодня носки принесли?.. — неуверенно спросил коллекционер, ища у медсестры ежедневный любимый подарок.

— Принесли, укладывайся Джеймс. — медсестра вытащила Добби из шкафа, и уложила на кровать. Привычная, почти безболезненная процедура введения капельницы и Джеймс, под обещание хорошо себя вести и не дёргаться, получает ещё одну пару носков.

Теперь медсестра перешла ко второму пациенту, которому ввела уже другие препараты. Увы пришлось прибегнуть к фиксации Тима, потому как он отказывался от лекарств. На Райта спросонья напала привычная паранойя, которую простыми уговорами не убрать. Тим мог много чего натворить в таком состоянии, потому и был привязан.

— Тим, успокойся, всё хорошо. Убивать тебя никто не будет. Расслабься. — спокойно говорила медсестра. В ответ же следовало бессвязный бред, Тим говорил о каких-то людях в белом, о тенях, которые его преследовали, и ждали когда он уснет.

— Нет! Пусть не спит! У него же змея в ногах! Вытащите! — Вдруг подал голос Джеймс, с ужасом смотря на засыпающего Тима: — Парень! Парень! Скажи им! Ребят, будьте людьми! Убейте змею, вы же сильные рыцари в белом! — Бил тревогу Джеймс, лежа смирно под капельницей.

— Кто желает мне смерти? Кто меня перевёл сюда?! — косо посматривая на соседа, прошептал Тим.

— Врач, тут всем заправляет врач. — быстро ответил санитар в поисках змеи. Ничего не найдя, санитар сослался на галлюцинации.

Однако, внезапно пациент успокоился. Тим просто замер на пару минут, не шелохнувшись и не подавая признаков жизни. Дыхание выровнялось, тревога ушла и вроде всё нормализовалось. Поэтому, медперсонал поспешил покинуть палату, добившись спокойствия обоих пациентов.

Тим не шелохнулся, спокойно смотря в потолок. Паранойя отступила, даже дрожь ушла. Медленно переводя взгляд на иглу, Тим немного осмотрел трубку, а после перевёл взгляд на Джеймса.

— Как тебя зовут…? — произнёс очень спокойный, и казалось бы даже равнодушный Тим. Манера речи заметно изменилась, как и тон. Слишком спокойный, безэмоциональный, как будто сторонний наблюдатель.

— А меня зовут… Джеймс, но иногда меня называют Добби, потому что с детства люблю коллекционировать носки… И я хочу обратно в шкаф, там спокойно и мало места. Я люблю когда мало места, но мне нельзя вставать, пока капли не пропитают мою плоть, иначе я не стану супер героем. Кстати, У тебя в штанах змея, странно, что никто не обратил внимания… — Джеймс вздохнул, тоскливо наблюдая, как капли одна за другой скучно и медленно капают. — Так долго слезы дракона капают… А тебя как зовут?

— Змея? Загляни к себе в штаны, и найдёшь такую же. — едва заметная усмешка, после чего Тим добавляет. — Меня зовут Маски, или же Тимоти Райт. У меня 2 имени, какое тебе нравится больше?

Парень повернул голову к капельнице, осматривая трубку, что тянулась к руке Тима. Подведённая иглой, она впускала в вены какой-то желтоватый раствор. Руки стягивали ремни, мешая нормально двигаться.

— Джеймс, а ты знаешь, что делают супер герои? — легко настраиваясь на волну своего соседа, Маски легко входил в доверие парня, который мог бы стать очень полезен, если найти ту нить, за которую можно подтянуть и играть Джеймсом, как марионеткой.

Джеймс повернул голову в сторону собеседника и утвердительно кивнул: — Конечно знаю. Супер-герои собирают носки и отправляются в Нарнию, чтобы там помогать замерзающим людям. — с заумным видом выдал Джеймс и задумчиво отвел взгляд и осторожно приоткрыл штаны, заглядывая вниз и пожимая плечами: — А это не змея, это называется пися. Через нее высвобождается такая желтая жидкость. Кстати, а не она ли тебе в вены капается? — Лысый удивленно поднял взгляд на капельницу соседа

— А знаешь, всё может быть. Может освободишь меня из пут, как настоящий спасатель? Чтоб слёзы дракона быстрее в тебя задились, надо вон ту штуку повернуть. — Тим указал на болтающийся на трубке регулятор скорости поступления жидкости. — опусти колёсико вниз, тогда оно быстрее вольётся в тебя, и ты станешь супер героем.

— А мне плохо не станет от большой дозы?.. — неуверенно спросил Джеймс, поглядывая на регулятор: — Если сразу много влить вены же могут лопнуть…ты лучше подожди, к нам придут стражники и это уберут, а тебя освободят. Не шуми и не дергайся, тогда тебе дадут свободу. — Джеймс улыбнулся и взглянул в глаза Тиму. — А почему у тебя два имени? Одним папа назвал, другим мама захотела?

— Это ты узнаешь, когда освободишь меня. Джеймс, Нарнии угрожает опасность. Эти стражники, на самом деле ужасные орки, которые удерживают нас. Сейчас Нарнии нужна наша помощь, а они нас не пускают. Видишь эту жидкость? — Маски кивнул на лекарство, — Это яд. Нас усыпляют. Мы можем в один момент уснуть и не проснуться!

Маски понимал, что хорошим тоном тут мало чего добьёшься. Потому пришлось навести жути на соседа, который сейчас был единственным кто мог бы ему помочь.

Но тот сомнительно и пугливо смотрел на капельницу и сглатывая ком, выдал: — Но я же никогда не засыпают после этого… Но если Нарнии грозит опасность!.. — Джеймс дотянулся до ваты и много раз видя, как делают это врачи, приложил вату к руке и вытащил иглу, оставив капельницу с кровью капать на пол. Зажимая локоть, он оглянулся по сторонам и подошел к Тиму, трусливо трясясь и шепча ему: — Если меня побьют из-за твоей лжи… Я буду очень обижен на тебя! — Держа одну руку зажатой, второй Джеймс вытащил застежку у ремня и освободил руки и ноги Тима, поглядывая на капельницу: — А с ней, что делать?..

— Просто развяжи меня, я сам уберу её. — кивнул Маски, с опаской посматривая на дверь. — Главное тихо себя вести и никто ничего не заметит. Орки глупые существа, а Нарнию надо спасать.

Маски старался говорить спокойно, чтоб вселить уверенность в своего спасителя.

— Давай, мы должны помочь Нарнии! — вдохновлял Джеймса Маски, пока тот дрожащими руками освобождал конечности соседа.

— Все! — воскликнул Джеймс опустив последний ремешок на пол. Но со взглядом Тима, понял что вести себя надо тихо. — Пойдем теперь в мой шкаф! Каждый раз в разное время портал открывается! — Джеймс поднявшись на цыпочки, тихо шагал к шкафу, со скрипом открывая дверцу и зазывая Тима: — идем- идем! — то, что он приглашал его в свой шкаф, уже было признаком доверия со стороны фантазера.

Тим осторожно вытащил капельницу из руки и кивнул Джеймсу.
— Иди вперёд, я сейчас догоню.

Джеймс последовал поручению и открыв шкаф, радостно улыбнулся своим носкам: — Мои любимые! Как я рад вас видеть! — Он хохотнул и залез на полку шкафа, оглядываясь назад: — Я слышу голоса, Тим Маски… Портал в Нарнию открывается! Нам пора! Скорее! — голубые глаза лысого с ужасом переглянулись на Маски.

— Иду-иду… — ответил Маски, и припрятав за спиной трубку капельницы залез в шкаф.

Лёгкий скрип резиновой трубки, которую Маски свернул вдвое, и как только Джеймс повернулся к «порталу», Маски накинул шнур на шею Джеймса, ловко скручивая трубку и с каменным лицом затягивая трубку всё сильнее и сильнее, не давая Джеймсу повернуться.

Лысый замер в ужасе и рефлекторно схватился за шнурок, пытаясь его оттянуть от себя или залезть пальцами между шеей и капельным жгутом. — Ты…я же… — задыхаясь и в панике теряясь, Джеймс пытался высвободиться, брыкаясь и толкая тазом назад, оттолкнулся от стенки шкафа и вместе с Тимом отлетел назад из мебели. Джеймс с грохотом упал спиной на Маски, бья его локтем по животу и хрипя: — отпусти! — морщась и стискивая зубы, Джеймс отчаянно пытался вдохнуть резко нехватающего кислорода.

Но Маски оказался сильнее. Парень продолжал крепко стягивать шею Джеймса, пока тот и вовсе не перестал двигаться. Для уверенности в результате, Маски медленно скинул с себя обмякшее тело соседа, после чего обхватил руками его лоб и нижнюю челюсть, после чего резко дёрнул в сторону, сворачивая шею психа. Хруст костей, и Джеймс покинул этот мир.

Маски быстро поднялся на ноги, и открыв шкаф затащил туда Джеймса, закидывая его любимыми носками, и хорошенько завязывая руки жгутом, чтоб не выпал в самый не подходящий момент. Спокойно выдыхая, парень припал спиной к стене, поглядывая в прозрачное окошко двери, на наличие медработников на горизонте.

Маски аккуратно дёрнул ручку двери, но та оказалась запрета. Снова попытка открыть дверь, всё без результатов. Увы, но рисковать парень не мог, потому придётся ждать прихода медсестры. Да, это было очень опасной и безумной идеей, которая могла привлечь здоровенных санитаров, которые за пару минут уложат Тима. Осталось ждать, и заодно поискать что-то, что могло сойти за оружие, которым можно угрожать.

Некоторое время спустя, снова поднялся шум ходьбы за дверью, что говорило о том, что медсестры вышли за пациентами, снимать капельницы. Ручка в комнате Тима дернулась, а звон ключей оповестил о том, что вот-вот кто-то зайдет. Это и заставило его искать оборонение быстрее и наконец, дверь открылась.

За оружие сошёл осколок разбитого флакона, который Маски снял со штатива. Зажимая довольно крупный осколок в дрожащей руке, Тим спрятался за дверью, тихо вздыхая и сглатывая ком. Вот-вот медсестра пройдёт в палату, за ней санитары. Маски прокручивал в голове план дальнейших действий, тихонько затаившись.

Наконец, в палату вошёл медперсонал. Медсестра и охнуть не успела, когда её кто-то схватил за руку и крепко приобнял, приставляя к шее осколок стекла.

— Стоять на месте! Малейшее движение и я перережу ей глотку! Не подходите! — зашипел Маски, делая маленький надрез на коже медсестры.

Санитары застыли в ужасе и напряжении. Порез дал понять работникам, что намерения у психа серьезные. А медсестра, будучи в руках у своего пациента, дрожала от страха и боялась издать звук, поджимая волнительно губы и сдерживая слезы, накатившие в ужасе. Она кратко глянула на капельницу и оценив количество введенного препарата, поняла, почему он не спит. Слишком маленькая доза, но кто же ему помог освободиться от ремней? Она кратко пробежалась глазами по палате и не обнаружила его соседа, почему еще больше испугалась, чувствуя как сердце бешено бьется.

— Тим, все хорошо…успокойся, — с нотами волнениями прошептал медбрат, со страхом смотря то на стекло, то на психа, натянуто улыбаясь ему: — Брось осколок, зачем он тебе? Ты же поранишься и тебе будет больно. Брось, Тим, — вежливым и приветливым тоном пытался говорить мужчина.

— Заткнись! — зарычал Маски, метнув пронзительный взгляд на санитара, что был по крупнее, — Ты, на кровать. Быстро! А ты, — Маски посмотрел на второго, — привяжи его так сильно, как только сможешь. Я проверю…

По велению Тима, санитары выполнили все. В страхе, боясь что сотрудницу могут убить, они не пытались ему сейчас противостоять. Теперь, один из них был связан, крепко, как и приказали, а после, санитар обернулся: — В-все…отпусти ее… — судорожно выдал мужчина, сглатывая ком волнения.

— Ты, идешь на вторую койку. — добавил псих, медленно подводя медсестру, не убирая осколка. — Раздевайся…

— Ч-что?.. — непонимающе округлил глаза санитар, поднимаясь на вторую кровать: — Зачем? Отпусти девушку, пожалуйста! — взмолился со страхом мужчина, поглядывая на связанного коллегу.

— Мне повторить? — прошептал Маски, делая ещё один надрез на шее медсестры, едва не задевая сонную артерию.

Та с трудом сдержала болевой крик, боясь что за это ее точно убьют. — Разденься! — в истерике шикнула девушка и мужчина, растерянно и медленно снял с себя белую рабочую рубашку, а следом стянул и штаны, откладывая их на край кровати и оставаясь лишь в нижнем белье. Напряжение еще больше нарастало и самое ужасное, что никто ничего не мог сделать или позвать на помощь.

— Хорошо… Теперь, — Маски медленно подвёл медсестру к санитару. — Свяжи его. Если кто-то попытается дёрнуться, я зарежу её…

Женщина судорожно закивала головой. Своя жизнь была дороже других и потому, она взяла со стула оставленную после прогулки смирительную рубашку Тима и закутала коллегу в нее, ибо больше ничего, чем можно связать не было. Девушка стоя на дрожащих ногах, схватилась за кровоточащую шею и с ужасом взглянула на пациента, ожидая от него чего-то страшного.

— Молодец. — Маски слабо улыбнулся и погладил медсестру по голове, медленнл убирая осколок от её шеи. — Ну-ну-ну всё хорошо. Всё будет хорошо, это же больница… Здесь всегда и всем окажут помощь, не так ли?

Медсестра несдерживая слёз, дрожа прикрыла глаза руками, чувствуя как хватка пациента слабеет. Звон бьющегося стекла дал понять, что угроза миновала, раз пациент отбросил оружие, но увы. Радоваться было рано, тем более женщине. Тим резко сжал голову женщины, и с хрустом свернул ей шею, роняя на пол.

Быстро стянув с себя больничную одежду, Маски быстро переоделся в одежду санитара, своими же рубашкой и штанами заткнул рты пленникам, после чего закрыл половину лица медицинской маской и аккуратно вытащил ключи из кармана медсестры.

— Будьте хорошими мальчиками. Если я не вернусь через два часа, считайте, что вас Боженька хранит. Если я появлюсь в больнице снова — вы умрёте первыми. — Спокойно пояснил Маски, тихо и неспеша покидая палату и закрывая дверь на ключ.

Расслабленная походка, по дороге к выходу, Маски умудрился найти пациента-колясочника, и с ним под предлогом прогулки вышел на улицу через главный вход, быстро отводя взгляд, при виде врача, и имитируя работу, якобы санитар, что-то нашёл под колесом и ликвидирует неудобства.



Соловей

Отредактировано: 14.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться