Двумирье. Теряя свободу.

Глава 3.

Явный мир. 

Вильгельм неслышно подкрался к Мирославе, и закрыл ей глаза. 


- Чего грустишь, кошечка Мира? 


- Привет, милый, - девушка повернулась и прижалась к юноше, обвив руками шею. – Просто устала. 


- Как прошло собрание? 


Капкан заглянул в глаза любимой и не увидел там ни капли эмоций. То ли она и правда так устала, что тратила все силы, дабы не заснуть, то ли так и не научилась открывать свои чувства даже самым близким людям. 


- Особо ничего интересного не было. Ко мне малость придирались и видимо не радовались новому члену в их Совете. 


- Не расстраивайся, кошечка, они просто не понимают, какие ты можешь давать советы. 


- И вправду… Но видимо эти советы слишком хорошие, чтобы я считалась ценной представительницей «Адского мира». 


Леди Смерть сжала зубы. Она боялась показать слабость и считала слёзы глупостью. Пустой тратой драгоценной влаги. 


- Вил, а ты когда-нибудь боялся? 


Парень удивлённо поднял голову и, подхватив девушку на руки, донёс её до кровати. 


- Конечно боялся и не один раз. Это нормально, если на короткое время в сердце поселяется страх. Гораздо хуже, если страх затмевает разум. В такие моменты ты не можешь здраво мыслить, не можешь найти выход из сложившейся ситуации и словно бьёшься в стены. 


- Я устала, Вил… Так устала… Вот у телефона есть зарядка и она уменьшается. Даже если ты включишь режим сбережения энергии, телефон рано или поздно отключится. Зарядка кончится, и ты с эти ничего не сделаешь. Вот у меня то же самое. Сейчас мой организм словно поставил экономию, но через некоторое время всё закончится. Я сорвусь, сломаюсь, разобьюсь на множество маленьких осколков. 


- Милая… Я всегда буду рядом с тобой, тебе просто надо отдохнуть. 


- Отдохнуть… Не могу отдыхать, жить так, как хочу… Постоянные размышления угнетают и заставляют страдать… Мне хочется свободы. Бежать по полю, вплетать в волосы цветы и никогда не задумываться, почему жизнь ко не так несправедлива. Почему не позволяет плакать, когда я захочу и заставляет чувствовать свою слабость, если на глаза набежали слёзы. Почему счастье, которое вроде бы рядом, столь недостижимо. Почему любить так сложно… 


- Сложно любить? 


- Я люблю тебя, Вильгельм, но боюсь каждый день. Вдруг тебе надоест возиться с такой бесчувственной девушкой? Или же я просто потеряю себя и навсегда забуду ту Миру, которой когда-то была. 


Мирослава устало прикрыла глаза. 


В комнате очень быстро потемнело, а за окном стал накрапывать дождь, плавно переросший в сильный ливень. Через несколько минут лампочка в настольном светильнике мигнула, а затем свет в доме погас. Вильгельм, прилёгший рядом с любимой, поднял голову и тяжело вздохнул. После этого парень осторожно соскользнул с кровати и пошёл на кухню за свечами. Мира даже не пошевелилась. Она слишком сильно устала и теперь спала как убитая. Вил вернулся в комнату со свечой в резном подсвечнике и, присев рядом с возлюбленной, нежно дотронулся до единственной белоснежной пряди, так явно выделяющейся на чёрных волосах. Блики свечи очерчивали острые скулы и делали черты лица Мирославы ещё более чёткими. 


С наступлением темноты настоящая Леди Смерть показывала свой лик и захватывала власть. 
Вильгельм любил такие моменты. Он не мог налюбоваться на истинную Миру, не скрытую пеленой ограничений. Девушка была прекрасна. Если бы только Вил мог помочь ей стать самой собой… 


- Моя милая… 


Как же ему хотелось пробудить в Мирославе эмоции и помочь обрести гармонию с самой собой… 

*** 

Скрытый мир. 

Он лежал весь в крови и застывшие глаза были направлены в небо. Один из Воинов Пустоши, погибший в бою, уже никогда не вернётся домой. 


А северный ветер завывал всё сильнее, заметая колючим снегом безжизненное тело. Зима в этом районе была тяжёлая и мало кто выходил в такие моменты из дома. Воины Пустоши, существа похожие на людей, выходили из Ледяных Пещер крайне редко. Обычно за этим следовала масштабная война, грозившая затронуть Всемогущий Север. Погибший Воин сообщал кошмарную новость. Эти неведомые жители Царства Зимы считались искусными воинами и победить их было весьма проблематично. Они не ведали боли и бились до конца. Обычному человеку с ними точно не справиться, но кто-то же смог убить Воина Пустоши. 


Через два дня после случившегося в Ледяных Пещерах наступило затишье. 


Это место было словно скроено полностью изо льда. Снег пушистыми шапками покрывал пол и оседал на застывших в глубоком сне Воинах. Они могли стоять неподвижно многие столетия и превращаться в ледяные статуи, оживающие при наступлении опасности. 


Снежинки закружились в прекрасном танце и в Ледяные Пещеры плавно вошла несравненной красоты женщина. Её платье, словно сотканное из миллиардов снежинок, колыхалось при каждом последующем шаге. Новоприбывшая медленно обошла всех Воинов и нежно коснулась щеки каждого. 


- Мои дети… Мои непобедимые солдаты… Как же я долго вас не навещала…

 
На лице появилась едва заметная тень печали. 


Если судить по всей строгости, то женщина не была идеально красива. На щеке и лбу белели шрамы, глаза, слишком широкие, создавали образ наивности и простодушия, губы не такие пухлые, чтобы быть манящими. Фигура также не могла подойти под выдуманные каноны, но в то же время привлекала взгляды. 



Алисия Анисимова

Отредактировано: 04.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться