Джейк

Размер шрифта: - +

II. 12.

12.

Ремидос возвращается одна, в утро перед самым полетом.

Амуна нет с ней, но Жан не спрашивает - ничто не может пойти не так в привычной операции Разума, у него нет времени для дыр в мироздании. Он сам увидит позже. Джейк не бросается к ней, не выказывает радости, и дело в их отношениях и еще в том, что даже космонавты теперь избегают его касаться.

Заразой; они не хотят привыкать.

Ремидос встречают внутри, в коридоре, и люди пожимают ей руки. Джейк не подходит, она избегает на него смотреть, и выглядит усталой, бледной и боящейся. Джейк уже умеет замечать.

- Проверишь его? - спрашивает Алан,

Но Ремидос отрицательно качает головой.

- Я проверяла достаточно, - говорит она. - Он не станет больше готов к полету.

Джейку жаль, что Амун не вернулся. Они идут в столовую и собирались, но - не празднуют его путешествие. Стол за завтраком уставлен радугой напитков и вкусов, но никто не притрагивается к ним, кроме Юрия. Он пьет и пьет свой белый напиток. Джейку противно от вида красно-оранжевых кубиков, у него будет предостаточно любимых вкусов в космической капсуле, на всё время полета, и, он знает - он будет скучать по именно этим, опостылевшим.

Они сидят за столом так долго, как могут; пока Разум не высвечивает в воздухе напоминание. До отлета осталось два часа, им пора собираться, и манипуляторы покидают столовую с людьми и расходятся по коридорам - готовить ракету и капсулы. Они сидят еще немного, и Юрий встает первым, залпом допив стакан.

- Космос ждет, - он хмыкает.

Остальные встают в тишине. Они идут в медотсек вместо взлетной площадки, и, проходя мимо больших окон коридора, Джейк видит, как начинает оживать ракета: как загораются её сопла, наконец, настоящим пламенем, а не сиянием далекого солнца. В ней он полетит.

Он думает, его хотят просканировать еще раз, но вместо сканера Ремидос указывает ему на капсулу регенерации. Джейк не знает, что это может значить, но узнает наверняка - и просто касается бока капсулы, прося Разум открыть крышку. Капсула открывается от его ладони, как от касания человека. Давно слишком поздно менять план.

Джейк забирается в капсулу, ложится и ждет. Алан ерошит его волосы и говорит, как самую радостную весть:

- Мы решили усыпить тебя для взлета. Так легче воспримутся перегрузки, ты ничего не почувствуешь.

Юрий качает головой, словно это нелепый план, и он прав - перегрузки самое легкое в его полете. Жан сжимает его руку, наплевав на взгляды - переболев так сильно, у него мог бы выработаться иммунитет от болезни; мог бы, но не - не выпускает и говорит:

- Ты будешь спать. Разум рассчитает дозу инъекции.

Это должно звучать успокаивающе, у Джейка нет повода для страха, почти каждое утро он просыпался до этого. И, всё же, он сжимает ладонь в ответ. Игла встроена в капсулу, он видит её краем глаза - как вытягивается она из боковой панели, приближаясь к его коже. Он сжимает руку Жана сильнее - слишком слабо, чтобы сделать больно человеку, и старается не смотреть. Он видит иглу все равно и чувствует, как остро, холодно она касается виска.

- Прощай, - ему кажется, слышит он, в шуме ушей, ритмичном, как сердце органики.

Ему кажется, он слышит:

- Возвращайся.

Он даже не почувствует полета - гнета гравитации, вытягивающего кости, шума двигателя, паники и надежды, ничего, абсолютно ничего, это не первый его раз в невесомости, и из одной капсулы в другую он будет перемещен во сне и проснется в бескрайнем космосе.

Джейк сдается игле и закрывает глаза.

Ему до агонии страшно.

 

---

 

- Мне всё еще иногда кажется, что у нас не получится, - признается Ремидос виновато.

Словно они могут не справиться, что-то непоправимое, ужасное случится с ними, и даже Разум не в силах помочь, словно на грани гибели каждый человек на Земле, и их последняя надежда взмывает в небо, уже опоздав. Жан улыбается её словам, берет в свою её руку и сжимает так крепко, что, кажется, пластик её скелета скрипит. Он спрашивает:

- Только иногда?

Это теплое касание. Оно не греет, ветер забирается под кожу, рвет волосы, вцепляется в глаза.

Ремидос поднимает взгляд в небо и следит за стремительно светлеющей звездой ракеты.

- Ты все еще чувствуешь её?

Ремидос спрашивает о тёмной материи, и Жан отвечает:

- Ярко, как никогда.

 

 

 



Ксения Ветер

Отредактировано: 06.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться