Джейк

Размер шрифта: - +

III. 2.

2.

Ремидос никогда не любила долгие прогулки в саду, но начинает понимать, что в них находит Жан. Снаружи, вне стен станции, ты один, в огромном пространстве больше своего кабинета.

Она выходит в сад и медленно идет по дорожкам, не сразу понимая, что ищет там - но воспоминания приходят, направляя раньше осознания. Здесь ходил Джейк, лучший из её проектов, единственный успешный на Земле. Ремидос редко бывала с ним, но даже она знает, где он предпочитал свернуть, на какие деревья оглянуться, знает, где тот покрытой травой холм, на котором он любил лежать. Трава уже не примята, и воспоминания о приборе кажутся фальшью, шуткой Разума.

Это не так.

Ремидос гонит мысли и идет быстрее, уже зная, зачем пришла. Чтобы дойти, ей тоже приходится пройти по траве. Она разглядывает дерево, которое так любил Джейк, и видит в нём дуб с раскинувшимися корнями. Она не помнит его ростком, и, значит, он действительно древний. Она подходит к нему, прикладывает к коре ладонь и пытается понять - что особенного в нём, в этой органике, в этой жизни. Что-то тревожит её, но Ремидос никак не догадается, что именно. Вопрос остается зудом на краю сознания, не болезненным, но не отпускающим.

Зэмба рассказывал, с запуском прибора люди стали чувствовать темную материю сильней.

Ремидос трет белые полосы на своих запястьях - их стало больше, они покрывают почти всю кожу; у многих теперь так - и - кожу нужно просто восстановить внепланово. Легкая задача для биолога, но Ремидос никак не находит времени, хотя больше у неё нет важных дел.

- Что ты делаешь здесь? - слышит она за спиной голос Амуна.

Амун спрашивает легко, словно просто проходил мимо, словно нет ничего естественнее для него, чем оказываться рядом в такие моменты. Всем своим человеческим слухом - Ремидос не слышала его шагов. Она оборачивается, но не хочет отвечать, не хочет разговаривать вообще, и глаза его всё того же, беспросветного черного цвета.

- Понимаю его, - она говорит.

Амун хмыкает, подходит и опускается на землю у раскинувшихся корней.

Невольно - Ремидос садится рядом.

- И как твои успехи?

- Он любил сидеть здесь, - она отвечает, и это не самый худший ответ.

- Верно, - соглашается Амун, насмешливо, словно она наконец начала понимать очевиднейшие из вещей. - Что еще он любил?

- Жана, - произносит Ремидос, не задумываясь.

На это Амун кивает тоже, и Ремидос приходится продолжать. Она помнит больше, чем думала, чем хотела бы:

- Красно-оранжевый и зеленый вкусы. Разбирать аппаратуру в лаборатории Дхавала.

- Верно.

- Сидеть в космической капсуле. Сидеть с людьми, за завтраком.

- Особенно, когда был маленьким, - Амун добавляет.

- Да. Быть похожим на человека. Людей.

Не только людей, и Ремидос вспоминает.

- Собаку.

Амун кивает, ждет, и Ремидос говорит, хмурясь.

- Лежать на траве.

Она ложится на землю и спиной чувствует её прохладу. Амуну недостаточно, он наклоняется над ней и смотрит сверху вниз, загораживая небо и ветви дерева. Ремидос не по себе от его близости, и она садится, отстраняя его. Приходится надавить на его грудь, сам он не двигается.

- Еще что-нибудь?

Он ждет одного, определенного ответа - ответа, который она не может произнести, не может даже понять.

Разум сигнализирует на их запястьях одновременно, напоминая вернуться на станцию.

Следующий сеанс связи запланирован на вечер, и каждый исследователь перегружает свои аппараты, пытаясь расшифровать уже присланные данные. Разум трещит, помогая им, и, Дхавал подметил, многие манипуляторы начинают сбиваться в простейших действиях.

Амун игнорирует сигнал и смотрит на неё; на неё только.

- Не хочешь сказать ему что-нибудь от себя? - спрашивает он то, что не спросил никто из них, даже Жан.

Ремидос сжимает губы и остается у дерева. Амун идет посмотреть.

 

---

 

Джейк мог бы получить её сообщение через несколько минут.

Он уже разобрался с прибором связи и замечает, как с расстоянием увеличивается задержка сигнала. С каждым разом говорить с Землей проще, несмотря на увеличивающееся отставание.

К четвертому сеансу данные даже первой передачи еще не расшифрованы, но уже многие из команды смеются. Разум высвечивает проекцию капсулы - просто нарисованную голограмму, не имеющую уже связи с реальностью, но, глядя на неё, проще представить.

Жан предпочел бы говорить без неё.

Джейк докладывает о том, что видит в космосе, старательно описывая каждую яркую точку, и Разум записывает его слова, чтобы потом сделать новую карту. Свет быстрее всего на свете, но, всё же - недостаточно быстр. То, что они, на Земле, видят еще живым, вдали, в глубине космоса, Джейк видит уже мертвым.



Ксения Ветер

Отредактировано: 06.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться