Джейк

Размер шрифта: - +

III. 6.

6.

Ремидос занимает опустевшее место в саду, и, помимо непривычного, в этом есть и естественность - биолог и органика, вынужденные быть связанными друг с другом. Она знает названия цветов и деревьев в саду и - без подсказок Разума - может перечислить животных больше, чем многие люди помнят. Она знает нужные модули капсул регенерации, знает, как органика работает - с её жидкостями, трубочками и плотью, набивающей мешки кожи.

Она никогда её не любила.

Она свыкается с травой под своим телом, с ощущением коры под пальцами и шумом ветра в кроне так, как с чем-то другим не успела. Ей требуется время на это, но время для людей не спешит.

Жан почти не появляется в саду больше. Однажды он приходит и долго стоит на дорожке, наблюдая за ней или деревом, не приближаясь и не ступая на траву. Он больше не собирает сеансы связи, то ли сдавшись, то ли доверяя приборам, но - Ремидос подозревает - всё гораздо сложней.

Чаще всего к ней приходит Амун. Иногда он цепляет её, расспрашивая про прибор, иногда сам рассказывает о последних наблюдениях, о темной материи и космосе, о том, как долго еще лететь. Иногда он просто приходит и садится рядом, словно разделяя на двоих нечто интимное, близкое; что - она не знает.

- Я хочу показать тебе кое-что, - Амун говорит ей. - Секрет.

Ремидос не знает ни одного, и, всё же - она уже по горло полна секретов.

- Мне не интересно, - она отвечает, и Амун улыбается остро и коротко, словно не ждал никакого другого ответа.

- Тебе интересно, - не настойчиво, скорее журяще, он её поправляет.

Ремидос вскидывает голову в возмущении, но он стоит над ней, слишком высоко, и глаза слепит яркое за его спиной солнце. "Тебе интересно" - слова оседают в ушах, медленно падают вглубь, расходясь по телу, становясь правдой, и она ждет какое-то время, давая им пустить корни.

Амун протягивает ей руку, помогая подняться - непривычным жестом, подсмотренным у древних, но Ремидос принимает его руку. Он хватает её пальцами цепко, не давая вырваться, но Ремидос и не стремиться сбежать.

Она не хочет стать похожей на Жана.

- Показывай.

Амун кивает, пряча в уголках губ улыбку, и ведет за собой, не выпуская её руки. От этого их движения более неловкие, Ремидос чувствует себя непривычно обязанной, связанной, но терпит это ощущение, выжидая. Она изучает чувство его ладони - слишком близкой, люди редко так долго трогают людей. Ему тоже ново такое касание - понимает она по тому, как сжимаются иногда его пальцы.

Амун ведет её по дорожке, дальше в сад, минуя все знакомые ей деревья; и дальше - когда дорожка кончается, по траве, и даже когда трава становится неухоженной, достает до колен, даже когда деревья смыкаются вокруг них и приходится прикрывать лицо от царапучих ветвей. Ремидос лишь отдаленно знает эти виды и с трудом помнит, когда видела их так близко в последний раз. Оборачиваясь, она не видит позади станцию, только ветви, не видит манипуляторов и слышит шорох листвы. Всё вокруг неё слишком полно жизнью, и она грудью вздыхает её влажный, землянистый запах.

Разум загорается на их запястьях, высвечивая направление станции, но Амун не обращает на него внимания. С каждым шагом Разум пульсирует всё отчетливее, и Ремидос терпит, пока он не становится красным и не начинает покалывать запястье. Она вырывает руку из ладони Амуна, останавливается и говорит очевидное, что давно должен был сделать любой человек:

- Мы должны вернуться. Слишком далеко от станции.

Амун ждал и этого, он лишь вскидывает брови и спрашивает - вместо ответа.

- Не хочешь посмотреть?

- Вернемся и воспользуемся шаттлом. Разум же говорит...

- Разум, Разум, - Амун её обрывает. - Почти пришли.

Он идет дальше, и отчего-то она следует за ним. Ремидос слышит монотонный гул раньше, чем видит стену здания, и снова - сама - крепко сжимает его ладонь. Амун усмехается, но не перестает идти.

- Выключи обоняние, - советует он небрежно.

Ремидос вычерчивает нужную комбинацию на запястье, уже не спрашивая, просто следуя его совету. Они идут вдоль серой стены, выглянувшей между деревьев; Амун двигается уверенно, второй рукой касаясь стены - как человек, который не раз уже бывал здесь, и с каждым его шагом гул становится тише. Он останавливается у двери, отпускает её и раскрывает дверь сам, отодвигая в сторону. Ему приходится приложить усилие, и здание, созданное не для удобства людей, противоречит всему, что знала Ремидос.

Ей следовало бы уйти.

Амун жестом зовет её за собой, и они входят внутрь. В помещении освещение тусклое, не становится ярче при их приближении - словно внутри вообще нет человеческих датчиков, но это наименьшая странность. Ремидос, как биолог, не помнит, когда видела столько зверей.

Они заполняют все помещение, выстроенные ровными рядами, огромные черно-белые туши. Они издают слабые, тоскливые звуки, заметившие, но не испуганные приближением людей - биолог знает, совсем не как должно вести себя дикие звери. На головах их виднеются наросты - рога, знает Ремидос название, и идет ближе, рассматривая. Очень давно она не видела такой огромной органики.



Ксения Ветер

Отредактировано: 06.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться