Дженни ниоткуда: Ночные призраки

Глава 12 Трудности в личной жизни

Дженни прогуливалась по площади, воронья тень скользила перед ней по мостовой. Чтобы не тратить время попусту, она усиленно привыкала к своему новому облику. Она уже почти научилась изящно приподнимать непривычно длинный подол, если нужно было переступить вытянутый ратлерский хвост, когда заметила, что трое молодых людей, по виду – студентов или мелких чиновников, остановились среди всеобщей толчеи и хаотического движения. Не просто так остановились, а пялятся на нее. Она уже собралась показать им язык, но узнала Реми. Он среди этой троицы был самым представительным. Ему язык показывать бесполезно, он Дженни давно уже знает и не удивится. Хватит с него и загадочной улыбки.

- Ну? – осведомилась она. – В чем дело? Реми, в чем дело? У меня на спине проступили огненные письмена, и тебе приспичило их прочесть?

- Та самая мисс, что была с тобой на Гренделине? – обратился к Реми один из его спутников. – Значит, это ее я видел на иллюстрации в «Вечернем Эвероне»?

- Рядом с его милостью генералом Истригсом? – поддакнул второй.

- Дженни, это ты? – осторожно спросил толстяк. – Тебя не узнать.

Конечно, это была не Дженни, а незнакомка из зеркала, но ведь трюки и всяческие обманы украшают жизнь, поэтому она утвердительно кивнула.

- Я замаскировалась, ясно?

- Замаскировалась?

- Выполняю важное и таинственное поручение леди Урсулы Истригс. Если проболтаешься, ответишь перед тайной стражей. И твои приятели тоже.

Спутники Реми были как раз с Дженни еще не знакомы, поэтому поспешили откланяться, заверив Дженни, что совершенно ее не узнали.

- Что это значит? – спросила она, когда осталась с Реми наедине. Вернее, в самой гуще толпы, но это ничего не меняло. – Что значит, я была с тобой на Гранделине? Все было ровно наоборот, это ты был со мной.

- Я был с тобой, если хочешь, - покорно признал толстяк. – Видишь ли, это мои сослуживцы, клерки из министерства иностранных дел. Тот номер «Вечернего Эверона» они читали очень внимательно, служба обязывает. На встрече Сакхлиха и Истригса была одна-единственная дама, они меня расспрашивали, кто это… поэтому пришлось кое-что рассказать.

- Ты сказал, что я была на Гранделине с тобой. И они поверили? Ловко сработано, Реми, поздравляю, - Дженни применила уже отработанную загадочную улыбку. – Ты уже научился врать, и прекрасная дипломатическая карьера тебе обеспечена. Когда-нибудь и о тебе напишут в газете. Но, прости, мне пора.

Она увидела, что из конторы вывалила целая толпа ратлеров и направляется в ее сторону. Впереди вышагивал тот самый конторский служащий. Их было так много, и двигались они так целеустремленно, что на этот раз, в виде исключения, добрые эверонцы их замечали. Не каждый день увидишь, что ратлеры не сутулятся, вглядываясь в мостовую, а маршируют к прекрасной и загадочной незнакомке. По пути хвостатые пищали и верещали на все лады. Окружив ее, они продолжили свою трескотню, да так беспорядочно и наперебой, что Дженни разобрала только: «Шейс съел… Бешеный Шейс… совсем сдурел…»

- Постойте! – она прикрыла уши ладонями. – Пожалуйста, не все сразу. А то я тоже сдурею. Пусть говорит кто-то один.

Всеобщий писк возобновился, потому что всякий ратлер посчитал себя «кем-то одним».

- Стоп! Я имею в виду вот его! – Дженни, уже отчаявшись что-то понять, указала на конторского. По крайней мере, с ним она уже общалась и знала, что может его понимать.

Еще несколько минут, пока остальные угомонились, и выбранный ею рассказчик поведал следующее: некий ратлер по имени Шейс, ничем не примечательный и любознательный, как и все юные представители его народа, подобрал черный шарик наподобие того, что показывала Дженни. Подобрал, ну и, как полагается ратлеру, сунул в пасть. Потом… потом он свалился и принялся колотиться в конвульсиях. Закатывал глаза, трясся, хрипел. И ничего не ел. Целый час ничего не ел! Или два часа, кто же сейчас разберет. В общем, вел себя предельно странно.

Все уже думали, что Шейсу конец, но он выжил. И даже сумел перечислить все, что побывало в его пасти за последний час. Ведь это было очень важно: выяснить, от чего приключается такое несчастье, что ратлер ничего не ест целый час. Или целых два часа. В списке не было ничего, с чем бы не справился ратлерский желудок, да и вообще ничего непривычного, исключая загадочный черный шарик. Пусть мисс покажет шарик! Здесь все, кто слышал рассказ Шейса, они, хотя и не видели сами, но попробуют оценить, похоже или нет.

Дженни предъявила свою улику. Ратлеры залопотали, опять каждый что-то свое, но в целом их писк звучал утвердительно.

- Гм, любопытно, - в этот раз она не стала пускать в ход загадочную улыбку, с ратлерами это наверняка бесполезно. В этот раз она решила строго нахмуриться, чтобы серые осознали серьезность ситуации. – И где же он нашел этот шарик?

Ратлеры с минуту спорили, потом выбранный ею спикер объявил:

- Это случилось в подземелье, в только что вырытом проходе. Вот где.

Ничего не скажешь, точные координаты. Да под Эвероном тысячи миль всяких ходов, и ратлеры их постоянно продолжают рыть.

- Ну, хорошо. А где именно?

- В тесном, только что вырытом ходе, - уверенно ответил конторский ратлер.

- Полагаю, там еще было темно и сыро.

Ратлеры переглянулись, пораженные проницательностью собеседницы, потом торжественно заверили, что это абсолютно точные приметы. Так и было.

- Но все-таки мне нужно узнать, где именно Шейс нашел эту штучку. И что находится над этим местом на поверхности. Кто там живет?

Дело в том, что подземные жители роют ходы во всех направлениях, для них копать вверх и вниз точно так же привычно, как вправо-влево и вперед-назад. Их система координат куда сложнее, чем у людей, привыкших передвигаться по плоскости. Кроме того, выкопанный ход частенько засыпают, потом по этому месту прокладывают новый тоннель, в совершенно другом направлении… Представление о точном местоположении им чуждо. Но вот что находится на поверхности – это уже некоторая конкретность. Здания и улицы в подлунном мире не меняют своего места так легко, как ходы ратлеров.