Еда

Размер шрифта: - +

Бургеры

Он был большой и толстый. И я его любила.

Подходил к концу рабочий день.

— Пойдемте вместе к метро, — сказала я. — Погода чудесная.

Лето в разгаре, солнце гладит раскаленным утюгом крыши многоэтажек.

— Ох, не знаю. Не люблю такие длинные дистанции. Может, лучше на автобусе?

— В автобусе — духота. И надо платить за проезд. Пойдемте.

— Но я — медленный…

— А куда нам торопиться?

Я страшно рада, что сейчас мы медленно, долго будем идти к метро. Я — с ним.

Мы идем.

— Вот тут, — киваю я в сторону давно облюбованного мною киоска, — продаются очень вкусные бургеры.

Я покупаю один, он — два, мы садимся на лавочку в сквере и едим.

— Знаете, Люда, — говорит он, — мне надо бы скинуть килограмм десять. Но в моем возрасте, когда метаболизм уже замедлен, это нелегко. В сорок пять не так-то просто сбросить вес! Не то, что в ваши двадцать с хвостиком…

— Я просто перестаю есть, когда мне грустно или тревожно. Один раз так похудела на два размера. Нервничала очень, поступала в аспирантуру.

— А я всегда ем, — сказал он так обреченно, что моё сердце облилось кровью.

И приступил ко второму гамбургеру.

— Скажите, — сказала я, — у вас не бывает так: начинаешь есть, а что-то внутри умоляет тоненьким голоском: «Не надо, не ешь»?

— Нет, не бывает, — покачал он головой. — Хотите, я и вам второй бургер возьму?

— Не надо.

Какое-то время мы молчали.

— Чем это так вкусно пахнет, а? — Я старательно принюхивалась. — Чем-то копчёненьким… И как будто — от вас… Вы ели что-то копчёное?

— Нет, Люда, я просто вспотел. — Он явно сконфузился. — Все-таки вам необходим второй бургер. Хотя котлеты тут, конечно… Как-нибудь я из дому принесу… Я мясо прокручиваю, жена у плиты стоит… Целую гору обычно жарим… Супруга моя, конечно, мастерица… ну я вас угощу — поймёте… А пока вот… купите себе… — Он полез за кошельком.

— Не надо. Я сама. Вы семью должны кормить, а не меня.

Я пошла к киоску. Аппетита не было. Тоненький голосок внутри меня твердил: «Ты ему не нужна, у него жена вкусно готовит!»

Я была большая и толстая, и меня никто не любил.

Очередь. Стою, жду… Господи, ну и жара. Сзади послышалось:

— Как оно уже достало! Жарит и жарит!

Солнце тоже большое и толстое, и сегодня его тоже никто не любит.

Возьму-ка пивка.

За твоё здоровье, небесный толстяк! Будем светить, пусть нас и не…



Эмилия Галаган

Отредактировано: 20.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться