Единороги и драконы

Размер шрифта: - +

Глава 10. Вот и гроза

Звёздная ночь. Небосклон будто покрыт шалью, в которой то и дело перемигиваются алмазы. А воздух какой! Он пьянит не хуже, чем вино столетней выдержки. Вкусный воздух, ароматный.

Принц Бруэдэр Лебелион не спеша ехал верхом, через покрытые ночной мглой поля и холмы Элнрона. Позади, на горизонте, ещё можно было разглядеть огни Штомгальда, но самих стены уже растворились в полуночной темноте. 

А впереди путь, длинною в не одну ночь. Путь домой.

- Лармо, как думаешь, отец не сильно разозлится? – принц повернул голову к укутавшемуся в плащ и сидящему сгорбленно барону. Тот покрутился, будто задели старую рану, а потом сказал.

- Не знаю. Наверное.

Бруэдэр улыбнулся. Он уже высказал старику за то, как тот повёл себя крайне непочтительно к молодой королеве. Но у Лармо было настолько плохое настроение, что он только буркнул извинение (вроде бы) и плотнее закутался в плащ. Барон напоминал в нём какую-то старую, нахохлившуюся птицу, недовольную чем-то.

Сам же Бруэдэр был если не счастлив, то радостен до краёв сердца! Он едет домой, едет в свою, наполненную солёным морским воздухом, комнату; едет к своим солдатам, с которыми прошёл немало сражений.

Юноша глубоко вздохнул, наполняя лёгкие ночным воздухом этих равнин. Не таким, как в Драгральде, но тоже очень приятный, цветочным. 

- Знаешь, эта Вероника мне понравилась. Она, вроде, неплохая. – повернулся к Лармо принц и сказал первое, что пришло в голову, дабы расшевелить барона.

- Да неужели… - проворчал тот.

- Чего ты такой нахохлившийся, а? – принц засмеялся. – Лармо, старый лис, ты давай, не наводи тоску!

- Я и не навожу. – проворчал барон. – Просто устал.

Он посмотрел на горизонт, но не на север, а на юг. Туда же, куда обращал свой взор принц Бруэдэр. Только вот, в отличии от принца, лицо Лармо вовсе не становилось счастливым, когда он бросал взгляд в сторону столицы Дракора.
В конце концов, Бруэдэр оставил попытки развеселить барона и поехал молча. К тому же принца стало клонить в сон, он то и дело клевал носом.

Так и ехал, то и дело вскидываясь, а потом снова впадая в дрёму. В очередной раз очнувшись от полусна и посмотрев на восток, принц заметил, как на небе появилась полоска золотистого цвета.

- Вот и рассвет. – он улыбнулся и посмотрел на Лармо. Тот заснул прямо в седле. И спал крепко. Юноша захотел его потрясти, но убрал руку. Пусть старик поспит, ведь устал.

Бруэдэр пришпорил коня, немного выехал вперёд. Ему захотелось увидеть, как появляется восход здесь, среди лугов Элнрона. Он часто встречал его над морем, а тут, среди трав и цветов – никогда. 

Небосклон постепенно стал светлеть. Это были ещё не лучи Солнца, но уже и не ночное покрывало. Принц наблюдал, как из-за горизонта по небу идут волны света, предвосхищая приближающийся восход светила. 
Вскоре оно само выглянуло и стало подниматься. И сразу всё вокруг изменилось. Будто сдёрнули покрывало с лежащих вокруг лугов, полей, небольших перелесков! Они вспыхнули разными цветами, загорелись головками цветов, запылали капельками росы. И даже воздух изменился – вместо свежего ночного полились волны аромата трав и цветов.

Бруэдэр втянул носом эти запахи.

-Знаешь, всё-таки не понимаю отца, зачем ему нужен Элнрон? – сказал тихо принц. Он спросил скорее у себя, нежели у барона, но повернулся всё же к старику. Тот уже не спал. 

Лармо посмотрел на принца, а потом сказал:

- Как не могут войти на звёздный небосклон сразу две луны, так и на Ланоине не могут править сразу два колосса.

Бруэдэр задумался, но потом заметил барону.

- А хазалы?

- Хазалы-союзники нам. – пояснил Лармо.

- Но они союзники и Элнрону. – мягко возразил молодой принц.

- Король Вигмар считает, что карагал не придёт на помощь Элнрону, если тот подвергнется нападению. Не придёт и в том случае, если королевство само нападёт на кого-либо. А учитывая вашу дружбу с сыном хазалхана ваш отец рассчитывает на помощь.

- Он думает использовать меня, как одно их своих орудий? – слегка возмутился Бруэдэр.

- Да уже использовал. – Лармо усмехнулся краешками губ, но усмехнулся грустно. – Ваш брак с королевой Вероникой должен был стать его последним шагом на пути к трону северного колоса.

- Но ведь его расчёт не сработал. – удивился принц.

- Вы думаете, Ваше Высочество? – барон вновь усмехнулся и взглянул на принца.
А сам Бруэдэр вдруг почувствовал, как на горизонте сгущаются тучи. 

                                  ***
Молодая королева Вероника ходила вокруг трона. Она, как в своё время, в детстве, приложила указательный палец ко лбу и размышляла. 

За её передвижениями, сидя за столом, следил мэтр Грэджерс. 

Наконец королева остановилась на полукруге и посмотрела на старика. Девушка немного подумала, а потом сказала:

- Мэтр, вы действительно считаете, что я поступила неправильно? – Вероника села на трон и растерянно подняла глаза на советника. – Но вроде Бруэдэр не обиделся.

Грэджерс вздохнул, а потом сказал.

- Да, принц не обиделся на вас. Он слишком простой, для этого.

- Ну а этот Лармо? Ну обиделся он, ну и что? – девушка посмотрела снова на Советника. – Неужели это так страшно?

- Обида барона Лармо ничего не стоит. – презрительно хмыкнул мэтр. – Но вот обида короля Вигмара... Вы оскорбили своим отказом не столько принца, который этого даже не понял, сколь короля, ведь принц Бруэдэр его сын. Раз вы считаете, что отпрыск Огненосного дома Лебелион недостоин вас, значит и сам дом – не чета королеве Элнрона. А это уже очень серьёзное оскорбление.

Девушка удивлённо посмотрела на него. Она обвела глазами тронный зал, будто ища поддержки, а потом снова взглянула на советника.

- И…и что теперь надо делать? – растерянно спросила Вероника.

- Я не знаю, Ваше Величество. – грустно вздохнул мэтр. – Возможно, готовится к войне…

- К войне! – воскликнула она. – Но, но…я же не ожидала, что придётся по настоящему воевать!

- Война всегда приходит неожиданно.

- Да… - девушка выглядела очень растерянной и даже напуганной. – Вы думаете, что мы сможем победить?

Вероника взглянула, с надеждой, на Советника. Тот молчал.

- Мэтр, прошу, скажите, мы сможем выиграть войну?

Грэджерс тяжело вздохнул и ответил тихо:
- Боюсь, что если и сможем, то только большой ценой. Очень большой.

Вероника почувствовала, как что-то оборвалось в груди. Она застыла на троне, совершенно не зная, что сказать. Девушка вздохнула и опустила глаза вниз.

Вероника не видела, как мэтр с жалостью, смотрит на неё.

Старик поднялся и сказал тихо:
- Впрочем, моя добрая королева, бескровных войн в истории ещё не было.

***
Драгральд встречал принца тишиной и полупустыми улицами. Солнце только ещё появилось над горизонтом и его лучи лишь слегка окрашивали небо. Столица спала и появление кавалькады наследника встретили дозорные на башнях, да ранние торговцы, что раскладывали свой товар на прилавках.

Сам Бруэдэр, клюя носом и покачиваясь в седле, устало зевнул и посмотрел на возвышающиеся стены. На душе почему-то больше не было чувства радости, с которым он выехал из Штомгальда.
Они добирались четверо суток и принцу так надоело ехать в седле, что последний день он шёл рядом с конём. Это, конечно, замедляло движение, но никто ничего ему не говорил, по понятным причинам. Лишь когда вдалеке появились стены аванпостов королевства, Бруэдэр взобрался в седло и поехал с кислым выражением лица. У него болело всё, хотелось есть, пить и спать.

Над головами раздался звонкий, но протяжный гул – трубы оповестили суда с цепями, что можно открывать перегороженный залив Дракона. 

Бруэдэр вздохнул и посмотрел на барона. Тот стал ещё более мрачным за эти четверо суток.

Королевский дворец нависал прямо над заливом. Он возносился выше самых высоких башен. Могучие стены, на которых днём и ночью стояли дозорные, несли на себе небольшие бастионы и площадки с орудиями,что были надёжной защитой городу и замку. Принц посмотрел вверх, туда, где смутно виднелась крыша. Она горела золотом. Впрочем, Бруэдэр знал, что это не позолота, а огромное, золотое изваяние дракона, с отрытой пастью, что изрыгает огонь, под гул труб, созывающих на бой все армии Дракора. Но эти трубы молчали уже очень давно.
В замок въехали только принц и барон. Они вдвоём поднимались по улочкам, и в эти утренние часы казалось, что в замке никого нет. Было тихо и спокойно, лишь безмолвные фигуры стражников чернели в лучах восходившего солнца.

Ехали молча. Почему-то говорить не хотелось.

Лишь когда перед всадниками возникли золотые ворота, с гербом дома Лебелиона, только тогда Лармо сказал:
- Вот и приехали.

Бруэдэр кивнул. Эти слова означали гораздо больше, чем хотел сказать барон. 
Они оба спешились и молча вошли в уже приоткрытые двери.

Внутренний двор замка разительно отличался от всего дворца, даже города. Здесь было много деревьев и цветов. Они так неуместно смотрелись среди этого золотого величия, что вызывали улыбку.
Бруэдэр и правда улыбнулся. Но улыбнулся вовсе не саду, а воспоминаниям, хоть и смутным. Эти клумбы и садик разбили по просьбе королевы, и при её непосредственном участии, так как окна её спальни и спальни Клариссы выходили именно сюда. Принц вспомнил, как он, будучи совсем маленьким, вместе с мамой и сестрой сажали здесь цветы. Иногда к ним присоединялся отец. Часто у короля ничего не получалась и королева ему давала самую лёгкую работу.

Он отогнал призраков былой радости и посмотрел на двери дворца.
- Ты со мной? – зачем-то спросил он у Лармо.
- Да, мой принц. До конца. 
Бруэдэр кивнул и вошёл во дворец.

Они шли через привычный просторный коридор, к могучим золотым воротам.
Те были открыты, но внутри королевского зала было темно. Не горели огни, не пылали факелы. Казалось, что там пусто и никого нет.

Бруэдэр первый шагнул вперёд, в темноту сводов. 

И снова на него смотрел тот суровый дракон, с горящими глазами. Принц повнимательней присмотрелся к голове ящера, подумав, что должно быть это Королевский дракон Данара Драконобоя.
Юноша отвлёкся, потому что на колено, рядом с ним, упал Лармо, склонив голову. Бруэдэр поступил так же, правда не увидев ещё отца. Но он там, под головой дракона, принц знал это.

- И какие же новости вы привезли из Элнрона? – раздался голос Вигмара.

Юноша поднял на него взгляд. Король сидел в полном облачении, а рядом стояла Кларисса. Лицо Вигмара было каменным, безэмоциональным. Бруэдэр почувствовал, как радость стала совсем далёкой, будто не его. Он радовался приезду, думал утереть нос сестре. Сейчас он понимал, что это всё было пустым, бессмысленным.

- Новости самые хорошие, мой король. – слова сами сорвались с языка, Бруэдэр даже не ожидал этого.

- Правда? – голос короля стал слегка удивлённым. – А вот гонцы, посланные бароном, сообщили мне новости иного свойства.

Принц удивлённо посмотрел на Лармо, но тот не поднимал головы.

- Да, мой великий король. Новость хорошая. Твой сын вернулся домой. – Бруэдэр смотрел на короля, но не видел его.

Повисла тишина. Вигмар молчал несколько мгновений, а потом сказал.

- Не могу сказать, что это хорошая новость, пожалуй даже назову её плохой. 

- Ты не рад приезду сына, мой великий король? – всё таким же голосом спросил Бруэдэр, заранее зная ответ.

- Нет, не рад, конечно. Тебя послали к королеве Веронике не для того, чтобы ты вернулся.

- Да, я должен был догадаться. Ты любишь так делать. Мой король. – Бруэдэр краем глаза заметил, что Лармо повернул в его сторону голову.

- Довольно. – тихо сказал Вигмар. – Принц Бруэдэр разочаровал меня. Не в первый раз. Я привык к его глупости и бесполезности.

Юноша поднял голову на отца, но тот не смотрел на него.

- Но от тебя, барон, я не ожидал предательства. – голос Вигмара стал стальным.

- Мой король, Ваше Высочество… - залепетал напуганный барон.

- Тихо! – рявкнул Вигмар. – Не смей меня перебивать! Ты предал меня Лармо, ты не выполнил возложенного на тебя поручения! Ты изменил своему королю!

Вигмар спокойно сказал.

- И за это ты будешь наказан. Стража, взять его.

Под крик ужаса, что вырвался у Лармо, из тени вышли драконары и взяли барона под руки.

- Нет, нет! – кричал Лармо, но совсем не сопротивляясь. – Мой король, прошу милости! Я верен вам, мой король!

- В темницу его. – махнул рукой Вигмар. – А владения и замок разграбить.

Барон заорал и забился так, что даже Бруэдэру стало не по себе. Но Лармо быстро вытащили из зала и его крик почти сразу стих.

- Зачем ты так? – посмотрел на отца принц. – Ты же знаешь, что он не виноват.

- Не виноват. – кивнул Вигмар. – Но он должен был более ответственно подойти…

- Мы одни? – резко спросил принц, перебивая отца. Вигмар удивлённо замолк, а потом кивнул.

- Вот поэтому мы и воюем. – сказал юноша, поднимаясь с колен и подходя к трону. Кларисса стояла на удивление тихо. Возможно, на неё произвёл впечатление арест барона.

- Что ты сказал? – Вигмар посмотрел на сына.

- Отец, посмотри кем ты стал. – Бруэдэр не мог молчать. Ему, как это не странно, было жаль старого лиса Лармо. – Ты арестовал Лармо, своего верного Лармо, просто так. Ты настроил против себя многих. Я с семи лет в седле и воюю. Я маму помню хуже, чем дядюшек Джона и Гинриона, которые воспитали меня и научили сражаться. И которых ты тоже сослал в южные провинции. За что? Да, от тебя бегут люди, отец. Ты обвиняешь Элнрон в том, что он пропускал через своё королевство мятежников, но они бежали от тебя. – юноша показал рукой на Вигмара. - Ты создал мятежных баронов, что живут на севере. Ты строишь какие-то планы, по втягиванию в войну хазалов, через меня и мою дружбу с Нимареком. Ты, я уверен, и против королевы Майи вынашиваешь планы, хотя ты знаешь, что мы с ней друзья! - принц распалился. – Я был в Элнроне, я видел эту Веронику. Она не хочет войны! Она, как и я, хочет мира, потому что мне уже надоело воевать с теми, кого ты сам своей глупостью и жаждой власти против себя настроил!

Кларисса охнула, но как-то тихо. Вигмар сидел же неподвижно и смотрел на сына.
- Ты слаб. – вдруг сказал он. Бруэдэр злобно на него посмотрел. – Ты слаб, потому что мать сюсюкалась с тобой. Потому что твои дядюшки, её братья, тоже наверняка носились с тобой на руках…

- Я воевал семи лет…

- Довольно. Довольно этого всего. – Вигмар поднял руку. – Ты говоришь, что королева Вероника хочет мира. Вот только я его не хочу. Я хочу сокрушить, с хазалами или без, Элнрон, пройти огнём по землям мятежных баронов севера, а потом завоевать Лирмер. Хазалов трогать не буду – они не лезут в наши дела, они думают, что останутся в стороне. Пусть так и будет. Пока будет. – Вигмар нехорошо улыбнулся.

- Кем же ты стал. – вдруг прозвучал голос Бруэдэра. – В кого ты превратился. 

Юноша посмотрел на отца, а потом вдруг произнёс то, что хотел сказать давно.

- Отец, мы все переживали из-за того, что мамы нет. Даже она переживает, хоть и не показывает. – он кивнул на Клариссу. – Но мы смогли справится с горем, а ты не смог. Это не я слабый, это ты – слабак. Вместо того, чтобы посвятить себя нам и королевству, ты решил утопить земли нашего Ланоина в крови. Одумайся, одумайся, глупец, пока не поздно!

Бруэдэр крикнул, глядя на короля. Лицо того стало грозным, но принц не боялся. Он уже знал, что Вигмар не пожалеет его.

- Ты посмел назвать меня глупцом? – тихо спросил король, поднимаясь. Кларисса испуганно отодвинулась. – Ты назвал своего отца, потомка Данара Лебелиона, трусом?!

- Скажи спасибо, что просто обозвал тебя. – усмехнулся Бруэдэр. – Или тебе напомнить историю нашего Огненосного дома и как там сменялись короли?

Кларисса охнула в голос, а принц с удовольствием заметил, как по лицу отца пробежала тень мимолётного испуга. Он попал с цель.

- Так…- Вигмар опустился обратно на трон и сложив руки, упёрся в них лбом, разд – Так.

- Так. – усмехнулся Бруэдэр.

- Принц, ты отправляешься на передовую. – наконец сказал король, глядя на сына, поверх сомкнутых рук. – Ты возглавишь драконаров…Нет, нет, никаких драконаров. Ты поведёшь в бой пехоту.

- Это было бы обидно, если бы мне не было всё равно. – откликнулся Бруэдэр.

- Так. – вновь повторил король, явно раздумывая. – Твоя цель, Бруэдэр, встретить передовые отряды Элнрона и сдерживать их, пока не подойдут наши основные войска.

- А, ну я понял. А они, дай угадаю, очень сильно опоздают. Вот, про что я и говорил. Ты готов бросить своего сына…

- Хватит, хватит нести глупость! – закричал Вигмар, а Кларисса вздрогнула. – Ты совсем уже отбился от рук! Если ты думаешь, что я могу рисковать своим сыном, которого лучше бы у меня не было, то ты ошибаешься!

- Не было? – в голосе уже Бруэдэра прозвучала сталь. – Ты хочешь отказаться от меня, отец?

- Иди и готовься выступать. Сейчас я направлю письмо этой Веронике, в которой объявлю ей войну. Она юна и глупа, пусть ей и удалось смягчить богатыми подарками своих подданных, но они не верны ей, она их купила...

- А ты своих запугал. – тихо сказал Бруэдэр. 

- Уймись и пошёл прочь. – махнул рукой Вигмар, поворачиваясь к Клариссе.

Бруэдэр не стал слушать, что он ей скажет, а поклонился и вышел.
Принц шёл по уже проснувшимся улочкам, то и дело бросая взгляд на башни дворца. Подняв голову снова, он увидел золотую пасть дракона.

«Кажется она дождалась своего часа» - грустно подумал юноша и направился в сторону темниц.

                                       ***

Весь день Вероника занималась какими-то неважными, как казалось ей самой, делами. Конечно, подписание законов и указов – вещь очень нужная и ответственная, но из головы у девушки совершенно не уходила мысль о приближающейся войне. Она то и дело отвлекалась, уходила в свои мысли и чаще задавалась вопросом – неужели настолько плохая королева? Именно при ней суждено разыграться битве, между двумя могучими королевствами?

Вечером королева сидела на троне, в пустом зале, и опять погружалась в свои раздумья. Тени от факелов плясали на стенах, в окна дул ветер, а его заунывная песня ещё больше вводила девушку в уныние.

Неожиданно двери распахнулись и в потоках дождя (надо же, дождь оказывается идёт, а она и не слышала), в тронный зал вошёл мэтр. Королева ему улыбнулась и спросила:

- Мой дорогой Грэджерс, почему вы не дома, в тёплой постели, а ходите под дождём, в эту ужасную погоду? – она поднялась ему навстречу и не дав сказать, взяла под руку и подвела поближе к переносному очагу, в котором трещал огонь.

- Ваше Величество! – воскликнул мэтр, после того, как оказался около огня и с бокалом вина. – Я…я раскрыл заговор!

Он глядел на Веронику широко открытыми глазами, в которых читалось волнение. 

Девушка замерла, а потом внимательно посмотрела на него.

- Заговор? – она немного отошла в сторону. – Что за заговор, мэтр?

- Мы схватили Эдкара и Трюгви! Комендант и граф наших южных аванпостов. – пояснил Грэджерс, заметив, что королева не совсем поняла о ком он говорит.

- О, ясно. – она присела на трон. – И что же они замыслили?

- У меня есть подозрения, что они в сговоре с Лебелионами. – Советник поставил бокал и поднялся, впрочем не уходя далеко от огня. – Они сопровождали принца Драгральда и у меня есть сведения, что эти двое ёшкались с соглядатаями Дракора.

Девушка растерянно посмотрела по сторонам. Эта новость была столь неожиданной, что королева растерялась и не знала, как реагировать.

- Они признались в этом? – через некоторое время, неуверенно, спросила девушка.

- Нет. – Грэджерс сурово махнул кулаком. – Но они признаются, смею вас уверить! Дайте указание и мы приступим к допросу.

Лицо Советника стало суровым. А Вероника вдруг подумала, что преступники наверняка сами во всём признавались, когда видели мэтра, с таким грозным лицом, да ещё в окружении палачей и разных приспособлений, для пристрастного допроса.

- Мэтр, давайте для начала допрошу их я. – вдруг сказала Вероника. Лицо Грэджерса разгладилось и кажется он даже улыбнулся краешком губ.

- Ваше Высочество, это мудрая мысль. Я и сам хотел бы предложить её, но не смел. 

- В следующий раз будьте более решительны. – улыбнулась девушка. – Пусть их приведут сюда.

Она окликнула пажа и тот, вскочив откуда-то из боковых дверей, выслушал указание. Мальчишка через мгновение скрылся.

- Кстати, а как его зовут? – улыбнулась девушка, глядя вслед мальчику.

- Это сын графа Натаэля. – улыбнулся в ответ Грэджерс. – Самый младший.

- Хороший мальчик. – улыбнулась королева и спросила. – Расскажите поподробнее об Эдкаре и Трюгви.

К удивлению Вероники Грэджерс как-то смутился, стушевался, но сказал.

- Эдкар – комендант Арнхолда. Старый воин, служил вашему отцу. Трюгви – молод, ему двадцать лет. До сего дня я не слышал о них чего-то.

- Плохого? – подсказала Вероника.

Но Грэджерс покачал головой.

- Нет, вообще чего-то. Арнхолд выпал из моего наблюдения. – он поднял на неё взгляд. – Простите.

- Вам извиняться не за что. – улыбнулась королева. – К тому же мы ещё не знаем, правда они изменники или нет.

Мэтр кивнул, но ничего не сказал.

Девушка грустно на него посмотрела – она понимала, что так тяготит старика. Он всегда был на службе, всегда был опорой для королей, а тут проглядел заговор. Сама Вероника почему-то больше склонялась к тому, что заговор был. Вот только ей совсем не хотелось подозревать в чём-то плохом принца Бруэдэра. Он произвёл на неё хорошее впечатление. Всю жизнь она слышала о Дракоре и Лебелионах только плохое. Какие они завоеватели и какие они жестокие. Но даже если это и правда, то принц Бруэдэр был явно другой. И она уверена, что его поведение было не напускное – он был настоящим, когда сидел рядом с ней за столом.

- Мэтр, как вы думаете, Лебелион-младший опасен? – решила проверить свои мысли Вероника.

- Опасен? – старик задумался. – Мне не показался он опасным. По мне не самый плохой из их дома, из их кровавого рода.

- Всё так плохо? – улыбнулась Вероника.

- Вы ведь не читали их историю? – вдруг улыбнулся Советник, хитро посмотрев на королеву. – Вы обманули принца?

- Ну, я немного почитала… - Вероника смутилась, а потом усмехнулась. – Да, я не знакома, в должной мере, с их историей.

Грэджерс улыбнулся и сказал:

- Если кратко, то Лебелионы – кровавые завоеватели, которые больше своих врагов ненавидели только друг друга. У них постоянно шли войны между семействами. Хуже всего приходилось их королям и королевам. Только далеко не умный человек хотел бы сесть на трон.

- Мэтр, подождите, о каких королях и королевах вы говорите? Ведь Дракор появился сравнительно недавно?

- Воот, Ваше Величество, - улыбнулся старик, - а изучи вы их историю, то узнали бы, что род Лебелионов насчитывает не одну сотню лет. Да что сотню! Если считать за реального человека, так обожаемого ими Данара Драконобоя и королеву Кримгильду, то почти тысячу лет.

- Но, где они всё это время были? – удивилась Вероника ещё больше.

Мэтр пожал плечами.

- Это сложно сказать. Где их вотчина, откуда приплыли Снор, со своими сторонниками, нам неведомо. Но, конечно это не Ланоин. Думается, что где-то очень далеко, так как о других землях никто из народов нашего полуострова не слышал. Впрочем, а кому слышать? Из всех королевств Ланоина, до приходя Дракора, только Лирмер имел флот. Но и они плавают лишь вдоль побережья и недалеко на юг.

- Кстати, надо написать королеве Майи и хазалхану. – вдруг вспомнила Вероника. – Если нам грозит война, то надо набирать союзников.

- Эх, боюсь, что союзники из них плохие. – сказал Грэджерс. – Хазалы не придут нам на помощь. К тому же Нимарек, единственный сын хазалхана, друг принца Бруэдэра. Насколько я знаю и королева Майя с ним дружна. 

Вероника задумалась. Неужели Бруэдэр готовил заранее войну – вон, со всеми задружился. Да, а она сама в Лирмер даже послов ещё не оправила…

- Значит, у нас нет друзей? – посмотрела она на старика.

- Главное, Ваше Величество, что никто из них нам не враг. – мудро заметил мэтр. – Они не будут воевать за нас, но и против нас не пойдут.

- А Бруэдэр будет воевать против нас?

- Конечно, ведь он подданный короля и командир драконаров.
- Жаль. Мне бы не хотелось с ним встретиться на поле боя. – задумчиво сказала Вероника.

Мэтр посмотрел на неё. А потом вдруг хитро улыбнулся и спросил.

- Ваше Величество, уж не влюбились ли вы в него? Извините. – Советник снова стал серьёзным.

- В Бруэдэра? – Вероника засмеялась. – Нет, нет, конечно. Но мне принц показался очень хорошим человеком. Если бы он был королём, а не Вигмар, то думается войны не было.

- Да, думается, что не было. Да и заговоры никто не плёл.

- А был ли заговор? – она посмотрела на старика, но тот не успел ответить. 

Двери в тронный зал распахнулись и в него вошёл комендант Штомгальда, который вёл, в окружении стражников, двух мужчин. Один их них был пожилой, с суровым выражением лица, будто высеченным из камня. Другой же был молод, красив собой, держался явно смело, но в тоже время, судя по его бегающим глазкам, явно напуган.

Королева тут же выпрямилась, положила руки на подлокотники и сурово посмотрела на прибывших. Рядом с ней встал Грэджерс, просто испепеляя взглядом приведённых.

Увидев его, молодой мужчина испугался ещё больше и сам преклонил колено перед троном. Эдкар посмотрел на него недовольно, прошёл вперёд, до черты, за которую преступать нельзя и тоже опустился на колено, но сделал это медленно, гордо выпрямившись.

- Комендант, вы свободны. – пророкотал Грэджерс. Тот поклонился и быстро ушёл, но стражники остались стоять вокруг мужчин.

- Вы знайте, почему оказались здесь? – крикнул мэтр.

Вероника даже удивилась тому, какой у него голос.

- Да. – отчеканил Эдкар. Трюгви, опустив взгляд в пол, только кивнул.

- Вы подозреваетесь в измене! – Грэджерс прорычал последнее слово. – В измене своей законной королеве, наследнице дома правителей Элнрона!

- Это ложь. – отчеканил Эдкар. Трюгви молчал.

- Ложь? – девушка вздрогнула от перемены голоса Советника. Теперь он был совершенно спокойный, даже, как показалось, ласковый. – То есть вы, комендант Эдкар, считаете, что я вру перед моей королевой? Что же, а давайте договоримся – если обманываю я, то этим утром моя голова окажется на воротах города, а если врёшь ты…и ты... – он повернулся к Трюгви. Тот кажется сжался ещё больше.

- Мой дорогой Советник, вы так испугали графа и коменданта, что боюсь они от страха не смогут сказать и слова. – Вероника улыбнулась и посмотрела на Грэджерса, который по её мнению немного перегнул палку. – К тому же вы знайте, что мы никогда не выставляли ничьих голов на воротах города.

- Всегда можно начать. – проворчал старик, но поклонился и отошёл к очагу.

Вероника посмотрела на Эдкара и Трюгви, улыбнулась, сказав:

- Господа, я прошу от вас здесь только правды. Уверяю, что признание облегчит вашу вину. Я не буду говорить, что измену, особенно в условиях надвигающейся войны, можно простить. - они оба подняли на неё взгляд, а Грэджерс притворно закашлялся. Вероника поняла, что невольно сказала лишнее, но в конце концов объявление войны Дракором Элнрону вряд ли можно скрыть. – Но уверяю вас, что суд будет справедливым и смертная казнь вам не грозит. Поймите, что я не требую любить меня, но вы не можете не любить наш народ. Представьте, сколько несчастий его ожидает, если враг нападёт. Прошу вас рассказать, что и как вы обговаривали с людьми Вигмара, что он хочет? Возможно, вам известны какие-то отрывки его планов? Нам нужны все сведения, чтобы защитить королевство.

- Нам ничего неизвестно. – отчеканил Эдкар. – И ваши подозрения на нас, в измене…

- Эдкар, хватит. – вдруг раздался голос. Граф Трюгви поднялся с колен и шагнул вперёд, но его тут же схватили стражники.

- Нет, не держите. – кивнула Вероника. – Граф, вы хотите сказать?

- Да, да моя королева!

Трюгви шагнул вперёд и оказался около черты. Он снова упал на колено перед ней, а потом сказал: 

– Моя добрая королева Вероника, ваши слова открыли мне глаза. – Грэджерс хмыкнул, а Эдкар сурово посмотрел на молодого графа. Но тот не обратил на них внимания или сделал вид, что не обратил. Он воскликнул. – Добрая госпожа моя, королева Вероника, всё, что мы знаем, мы скажем! Я скажу!

Девушка немного смутилась, она и подумать не могла, что её слова произведут такое впечатление на этого человека.

- Что же, граф, я внимательно слушаю вас.

- Трюгви, ты предатель… - прошептал Эдкар.

- Ах ты собака! – Грэджерс бросился (да, именно бросился) на коменданта, но его остановила Вероника. 

- Мэтр, не волнуйтесь, вам вредно! – она взглянула на Эдкара. – Я, так поняла, что вы не хотите делится сведениями?

- Стража, бросьте его в темницу! – влез Грэджерс.

- Да, придётся. – спокойно кивнула Вероника. – Вы проведёте ночь там, обдумаете своё поведение. Если утром вы не найдёте, что нам сказать, то я вышлю вас из страны. Думаю, что в Дракоре вам будут рады. – она серьёзно посмотрела на него.

- И выберете ему темницу похуже! – потряс кулаком Грэджерс, вслед молча уходящему, в сопровождении стражи, Эдкару.

- Это лишнее! – тут же крикнула им Вероника. 
Она подождала, когда двери закроются и посмотрела на напуганного и растерянного графа. 

– Теперь вы можете нам всё рассказать. Не бойтесь. Хотите вина?

- Говори, изменник! – рявкнул Грэджерс.

Вероника только покачала головой и вздохнула.

- Мэтр, вы уже красный. Вас так удар схватит. Сядьте и успокойтесь.

- Я буду стоять между вами и ним! – он скрестил руки, как упрямый ребёнок. – От этих всего можно ожидать. Вдруг у него кинжал.

- Мэтр, ну в самом деле…

- У меня нет кинжала, господин Грэджерс. – Трюгви скинул плащ, а потом расстегнул и снял бархатную куртку. Он бросил их в сторону и остался в белой сорочке.

- Сапоги сними. – кивнул мэтр. Граф покорно скинул обувь.

- Я чистый. – сказал он, вытянув руки.
М
этр пожевал губы, а потом сказал:

- Ваше Величество, давайте я, со стражей, отведём его в комнату и полностью обыщем?

- Я согласен, если королеве будет от этого спокойнее. – сказал Трюгви.

- Мэтр, выпейте вина. – Вероника устало облокотилась на подлокотник и сказала. – Если вам так будет уютнее, то пусть стража встанет здесь. Граф, не обижайтесь, это не из-за недоверия вам, а просто чтобы моему милому Грэджерсу было удобно.

- Разве смею я обидеться на вас, моя королева. – он поклонился и спокойно подождал, когда к трону подошёл стражник.

- Итак, мы вас слушаем.

Трюгви собрался с мыслями и стал рассказывать.

- Всё началось год назад. Мы честно несли службу на своём посту. Говорю это не для оправдания, а чтобы вы знали. Мы не изменники. - Трюгви посмотрел на хмыкнувшего Грэджерса и пояснил. – Во всяком случае, мы не были заговорщиками. Эдкар не любил вашего отца, мне тоже не за что было его любить, но мысли о заговоре против королевского рода не допускали. Так и служили, не вам, а Элнрону. 

Он посмотрел на Веронику. Она нахмурилась, но молчала. Вообще, такое слышать было довольно неприятно, но почему-то девушка не испытывала к этим двоим неприязни. 

Она вздохнула и кивнула.
- Я понимаю, граф. Продолжайте.

- Со временем мы стали замечать, что вокруг гарнизонов дракорцев крутится всё больше воинов. Они целыми кавалькадами и колонами передвигалась вдоль границы. Мы конечно были на стороже, но потом привыкли. Однажды Эдкар пригласил их командиров к нам. Был дождливый вечер, а они стояли открытым лагерем…

- Тьфу, слушать не могу! – донёсся голос мэтра.

- Так вот, мы разговорились. Потом снова. Где-то месяц так общались. Ну, конечно, они жаловались на своих правителей, мы на своих.

Грэджерс, кажется, зарычал. Вероника не смотрела на него, она внимательно слушала Трюгви.

- Эдкар становился всё более откровенным. Он честно ругал вашего отца, говорил, что страна стоит на крови. Я не сильно его поддерживал, но понимал, что в этом есть правда. Дракорцы же признавались, что Вигмар и его сынок самодуры…

- Вот так глупцов и разводят на глупость! – воскликнул мэтр. – Неужели вы не понимали, что они это специально?!

- Откуда? – пожал плечами Трюгви. – Вы, господин Грэджерс, когда последний раз несли дозор или мокли, объезжая стены и аванпосты? Воины везде одинаковые, смею вас уверить. Думается, что они не во всём врали, эти дракорцы. Им тоже приходилось несладко осенью, под проливными дождями и ветром. И вот, три месяца назад, до нас дошли слухи, что король слёг и скорей всего больше не встанет. Мы обрадовались…

- Имей уважение, щенок! Ты говоришь с дочерью короля Альфреда! – Грэджерс встал между ним и Вероникой, будто желая защитить её от обидных слов.

Трюгви вдруг опустился на колено и сказал тихо:

- Ваше Величество, я вовсе не хотел обидеть вас. Я знаю, думаю, что вы любили своего отца. – он поднял взгляд. – Как и я любил своего. Правда, совсем недолго…

- Почему недолго? – вдруг спросила королева.

- Потому что мой отец был казнён королём Альфредом.

Девушка удивлённо замолчала. Она посмотрела на Грэджерса, будто надеясь, что тот повернётся и объяснит. Но мэтр не только так не сделал, а даже наоборот, как-то сразу сгорбился и сник.

- Моим отцом? – тихо переспросила Вероника.

- Да, Ваше Величество. – смиренно кивнул Трюгви.

- Но за что? – она растерянно взглянула на графа.

- За то, что он считал, будто Альфред правил железной рукой и постепенно погружает Элнрон в кровь своего народа.

Вероника замерла, а потом спросила:

- Это правда, мэтр?

Тот покряхтел, а потом медленно повернулся и сказал:

- Разные были мнения, по этому вопросу…

- Мэтр, будьте сильны… - вдруг раздался голос Трюгви.

Грэджерс, будто напуганный дёрнулся и вдруг Верника, увидела, как у него затряслись сначала ноги, а потом губы.

Старик упал перед ней на колено и зарыдал.

Вероника, в ужасе, попятилась сидя на троне, а потом воскликнула:

- Мэтр, что с вами?!

Он же рыдал, при чём со слезами, вытирая их ладонью и ничего не мог сказать. Трюгви тоже выглядел поражённым, но молодой граф первым сориентировался и подойдя к Грэджерсу помог ему подняться. Тот, как маленький ребёнок, пытался его отпихнуть, но Трюгви прижал старика к себе и похлопал по спине.

- Он не виноват, моя королева. – сказал Веронике граф, прижимая старика. – Мэтр Грэджерс был всегда верен трону и королям. Но и он понимал, что король Альфред был иногда очень жестокий, что он поступал иногда неправильно…Это мэтр Грэджерс спас меня, он воспитал меня…

- Что?! – Вероника вскочила и подошла к нему. Бедный стражник не знал, что делать и решил стоять рядом с королевой. – Как это воспитал?

- Ваше Величество! – Грэджерс рыдая, вдруг вырвался из объятий графа и упал на колено перед ней. Он схватил её ладонь и прижался к ней губами. – Моя великодушная королева, я виноват! Виноват перед вами, перед королём Альфредом! Граф Хэн был моим другом!

- Кто такой граф Хэн? – спросила Вероника. Вид рыдающего старика мог бы быть противен, но только не королеве. Она сама была готова расплакаться, глядя, как убивается её верный Советник.

- Барон Хэн – мой отец. Я не Альберт Трюгви. – граф посмотрел на неё и вздохнул. – Я – Альберт Хэн, сын казнённого графа.

- Простите меня. Моя королева! – раздался голос Грэджерса. – Я предал его, Альфреда, я предал вас!

Вероника больше не могла сдерживаться. Она опустилась перед рыдающим Советником и крепко обняла старика. 

- Мой милый Грэджерс, вы не предатель. Вы настоящий герой, рисковавший своей жизнью, чтобы спасти сына друга. Грэджерс верно служил отцу, но служил и Элнрону. 

Советник посмотрел на неё заплаканными глазами. Она улыбнулась, стараясь не дать слезам политься из уже её глаз. – Я обещаю, что буду очень-очень хорошей королевой. Вы ведь поможете мне?

- Ну конечно, моя добрая королева! – воскликнул Грэджерс.

Вероника встала и вдруг с удивлением увидела, как граф Трюгви (или Хэн) преклонил колено.

- Ваше Величество, королева Вероника! Прошу вас, возьмите у стражника меч и вынесете приговор справедливого суда. Я виновен в измене вам,мы были в сговоре с Лебелионами. С принцессой Клариссой. Она прибыла к нам, пообещала вернуть  Арнхолду статус полноценного замка,а  не просто гарнизона. Именно на это и клюнул Эдкар, моя королева! Они предложили нам свергнуть вас! Но до этого дня я не знал, какая вы! Теперь же вижу, как ошибался! Пусть же цена моей ошибки, будет моя голова! Я смиренно приму казнь, ибо знаю, что королевство Элнрон, королевство за которое я готов отдать жизнь, в надёжных руках!

Он склонил голову. Вероника, сквозь слёзы, улыбнулась, а потом, посмотрев на вставшего, при помощи стражника, рядом Грэджерса, спросила:

- Мэтр, он ведь нам ещё пригодится?

- Конечно. – усмехнулся старик. – Альберт, твоя голова нам нужна на твоём туловище.

- Я не сержусь на вас, граф. Если вы хотите суд и приговор, то вот он – я, королева Вероника, законная королева Элнрона считаю, что граф Хэн может быть полностью оправдан и прощён. Вас не казнят граф, я верну вашему роду всё уважение и почёт. – Вероника сейчас испытывала необычайный подъём. – Но вы будете смело служить королевству и его народу! Все согласны с решением?

Мэтр поднял руку вверх. Стражник, который всё это время не знал куда себя деть, немного смущённо, тоже приподнял руку. Вероника так же подняла ладонь вверх.
После чего девушка улыбнулась и сказала:
- Принято единогласно. Встаньте граф.

Трюгви поднялся, но лишь затем, чтобы подойдя поближе к Веронике и опуститься перед ней на колено. Девушка задумалась, а потом попросила у стражника меч.
- Граф Хэн, я королева Вероника возвращаю вам титул графа… –она подумала, что это звучит как-то не очень, но потом махнула рукой. – И все почести, что были у вас до изгнания! И надеюсь, их число умножится.

Она протянула ему клинок и граф прижался к нему губами. А затем, в порыве благодарности, прижался губами к руке Вероники. 

Девушка неожиданно для себя покраснела. Хэн встал и поклонился. Вероника кивнула ему и они оба улыбнулись друг другу.

- Я готов вам служить, моя королева. - снова сказал граф.

- Рада это слышать. Для вас, благородны Хэн, …

В это момент двери распахнулись. В потоке дождя (надо же, он ещё не кончился) стоял какой-то воин.

- Кто вы? – воскликнул Грэджерс, выходя вперёд.
Рядом с воином появилась легко узнаваемая полная фигура коменданта.

Аластар вышел вперёд и Вероника заметила, что он то ли напуган, то ли расстроен. А может сразу и то и то.

-Ваше Величество, - сказал комендант Штомгальда, явно растерянно. – Тут гонец.

- От кого? –спросила Вероника.

- От короля Вигмара. – будто проглотил слова Аластар.
Вперёд вышел воин в доспехах Дракора. Он почтительно поклонился и протянул свёрнутый пергамент. Девушка взяла его и села на трон, разломав печать. Она смотрела на строчки и всё более и более понятные становились мысли в её голове. Вероника закончила читать, заранее зная, что ответит Вигмару. И от этого ей было гораздо спокойнее на душе.

- Мне всё ясно. – кивнула она. Трюгви, Аластар, Грэджерс и стражник посмотрели на молодую королеву.

- Что передать моему королю? – спросил гонец.

- Передайте, что мы встретимся с ним. – Вероника усмехнулась и добавила. – И пусть он возьмёт с собой, на встречу, всю свою армию.



Алексей Клэм

Отредактировано: 31.08.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться