Единственный волшебник

Повесть 1 (отрывок 19)

Мы долго блуждали среди теней и темноты. В крысиных подземельях точно перегорели все фонарики-светлячки. Это потому, объяснял Анри, что дворец был создан не для крыс и ему не нравится их господство, вот он и балуется. Лишь редкое мерцание кварца помогала нам не врезаться в стену.

 У каждой развилки внутренний голос подсказывал куда повернуть, и я не спорила, а просто шла. И по большему счету было всё равно куда, ведь мы не знали здесь ни единого закутка! Я просто надеялась, что слова с билета запустили механизм, который приведёт нас в нужное место.

Позади меня Анри недовольно сопел, втихаря обвиняя во всём несчастный заколдованный клочок картона. Хотелось обернуться и злобно шикнуть на него. Но я молчала, стиснув губы, и копила негодование.

Наконец, мы увидели яркий свет впереди, мрак отступил. Неожиданно стало легко дышать. Всё зло из мыслей испарялось. Я ощущала себя лёгкой бабочкой с прозрачными крыльями. Хотелось танцевать. Но в тот момент, когда почти поддалась чародейскому, в круге света я заметила длинную фигуру Крауда в кровавой мантии, застёгнутой лишь на золотой аграф. 

Странник опирался на колодец и глядел на нас исподлобья. От колодца волнами расползалось холодно-фиолетовое мерцание кварца, затем оно сливалось с чернотой, и только гидры знали, где в темноте прятались стены, если, конечно, они и вовсе были. И в этом странном месте совершенно ничем не пахло.

Колодец, видно, и был тем самым источником волшебства, который решит все наши проблемы. Во всяком случае, кроме него, других претендентов на эту почётную роль я не видела.

— Всё-таки пришли, ― протянул Крауд. ― Тяжёл был путь?

— Снова ты! — в сердцах воскликнула я. — Когда же я от тебя избавлюсь?

Но Крауд лишь  грустно улыбнулся, затем вперил в меня пристальный взгляд.  На секунду показалось: он хочет что-то сказать, и я должна прочесть это во взгляде. Но, вспомнив о его коварстве, отвела взгляд, и мы застыли в молчании.

Растерялась. Если бы не колдун, я заглянула бы в колодец и ухватила  скрывающуюся там силу. Да что я говорю? Я понятия не имела, что делать с волшебством.

— Зачем ты сотворил такое с принцессой? — спросила, заминая неловкую паузу. — Что она тебе сделала?

— Зачем? — Крауд моргнул. — Ты думаешь, что крысы – это такие милые пушистые создания, которые с радостью откроют тебе ворота домой? Если они такие милые, что же ты от них прячешься, как таракан? Почему не явишься без обиняков?

Крауд порывисто хохотнул. Мы с Анри переглянулись.

— Я не обязана отчитываться перед тобой, Крауд. Пропусти меня к колодцу, к источнику волшебства. Я попрошу у него даровать принцессе жизнь.

— Твоя принцесса, о здоровье который ты вдруг так печёшься… Поверь мне, если ты познакомишься с ней ближе, то её милая мордашка перестанет тебе нравится.

— Отойди.

Я ожидала, что наглец рассмеется, но он удивил меня.

— Хорошо. Твой выбор – ты и виновата. Я тебя предупреждал, ― Крауд кивнул. ― Иди.

Он отошёл от колодца и повернулся спиной, закрыв рукой лицо. Подол красной мантии зловеще колыхался на ветру, который невидимым вихрем носился у ног чародея, словно тот был неким хранилищем ураганов.

Я смотрела на колодец и колебалась. От страха чуть дрожали колени, пересохло во рту. Если это настоящий источник волшебства, то почему Крауд так легко отходит в сторону? Нет, мне готовится жуткая ловушка.

Анри вывел меня из оцепенения.

― Я могу это сделать.

― Нет. Я это затеяла.

И прикоснулась пальцами к влажным, поросшим мхом камням колодца. Зажмурилась. Вдохновение наполняло меня. Лёгкий холодок пробежал от кончиков  пальцев и ужалил в самое сердце. Я наклонилась и открыла глаза.

На секунду в воде мелькнуло моё собственное отражение: каре каштановых волос, лихорадочно блестящие зелёные глаза, острый подбородок. Но тут же мой лик расплылся: вода в колодце запенилась.

Когда волнение улеглось, на меня таращилась искажённая злым хохотом крысиная морда с выступающими кривыми зубами. Крыса смеялась, и корона на её голове вздрагивала. 

Я отпрянула от колодца, но слишком поздно. Вокруг уже всё  поплыло, словно тонуло в озере. Казалось, нас мягко подхватил поток и уводил вниз. Всё заняло буквально несколько секунд, я даже не успела толком осознать происходящее, как обнаружила, что из воды меня выталкивает вверх. Я поддалась импульсу и резко вынырнула, отбросила с лица мокрые волосы, протёрла глаза и огляделась.

Мы были в тронной зале, и с водного пола на нас взирали лишь расплывчатые отражения. Прежде чем я поднялась, меня  схватили  гвардейцы-крысы и приставили к горлу кинжал. Рядом уже беспомощно трепыхался Анри.

Слева Крауд тщетно боролся с гвардейцами. Как и нас, водный коридор оглушил его, и он оказался не готов к бою.

Крысы окружили его. Волшебник не успел выхватить шпагу или увернуться, как капитан с размаху ударил его дубинкой. Засвистела железная плеть, удары посыпались на Крауда без остановки.  Я ожидала, что колдун использует дар, но я его плохо  знала. Крауд предпочёл сдаться. Волшебство не было бесплатным. Любое действие, даже самое бестолковое, либо разрывало ткань мироздания, черпая из него энергию, либо высасывало жизнь из того, кто колдовал.