Её мечта

Ужас Мертвого леса

Невероятное сплетение веток, корней, земли и камня имело две ноги и две толстенные дубины, что, по всей видимости, выполняли функцию рук. Существо было настолько широко, что с трудом протискивалось среди деревьев, издавая громкий отвратительный скрежет. То тут, то там из тела торчали отдельные части мелкого пушного зверья, а поперек грудины был крепко зажат огромный бурый медведь. Его голова высовывалась из плеча твари. Пасть была раскрыта, а глазницы пусты. Медведя сжало так, что все внутренности торчали наружу длинными иссохшими ошметками, источающими удушливое зловоние. Вместо головы - земляной нарост, ощетинившийся наружу десятком корней.

- Мне это снится. - Бальтазар с надеждой взглянул на Фесту. - Мне ведь это снится?

Чародейка ничего не ответила, лишь до скрипа сжала посох побелевшими пальцами.

Существо тем временем уперлось в ствол небольшой ели и озадаченно вздохнуло. Секундная надежда на то, что дерево способно задержать этот ужас вспыхнула в сердце алхимика, но тут же погасла: существо просто пошло дальше, сплетаясь ветками с елью, растворяя ее в себе. Прошла какая-то секунда, может быть две, и дерево уже торчало из тела твари, продолжающей свое неспешное шествие в сторону поляны.

- Бальтазар, давай попробуем. - Ревинзель коснулся своего лица кончиками пальцев, и под капюшоном заклубилась тьма. А когда он убрал руку, его лицо уже скрывала гладкая белоснежная маска; глазницы зияли бесконечной пустотой.

- В посмертии мы черпаем силу, - выкрикнул алхимик и первым прыгнул в сторону твари.

Бальтазар задержался лишь на мгновение. Он быстро провел сжатой рукой по клинку своего меча, оставляя на нем кровавые разводы, которые тут же впитались в закаленную сталь и лезвие тускло засияло. Коснувшись лица рукой и воззвав к силе Безликих, он бросился следом за другом.

Несмотря на то, что Ревинзель был первым, тренированное тело охотника Предела позволило Бальтазару нагнать алхимика, и удар они нанесли практически одновременно. Острое лезвие меча Ревинзеля вспороло чудовищу бок, а клинок Бальтазара описал изящную дугу и рассек грудь.

Из раны потекла густая черно-красная жижа, напоминающая гной. Ужасающее зловоние заполнило собой весь мир. Существо удивленно застонало и на секунду замерло. Громко булькнув, оно двинулось дальше.

- Работает?

- Не думаю.

Голоса парней звучали так, словно они принадлежали призракам Потустороннего.

- Ладно, тогда так.

- Цепь не используй! - предостерегающе крикнул Ревинзель. - Завязнет в этих ветках и тебе конец.

Бальтазар уныло опустил размотанную было цепь, что уже не раз выручала его в бою, и, перехватив меч как огромный кинжал, прыгнул на тварь.

- Идиот! - послышалось вслед.

Клинок Бальтазара погрузился в тело твари по самую рукоять, и охотник повис на нем, подталкивая себя ногами. Мелкие веточки принялись оплетать эфес меча вместе с руками Бальтазара, пытаясь поглотить и охотника и его оружие. Существо оглушительно гудело, поскрипывая своим нелепым телом.

Ревинзель бросился на помощь другу, оставляя за собой шлейф из густого черного дыма, но мощный удар огромной руки твари бросил его через всю поляну.

- Реви! - Голос Мо-Мо звучал где-то на самой грани сознания парня.

Алхимика мощно приложило о дерево, и он мешком повалился вниз. Сознания не потерял только чудом. Скорее всего, именно это и спасло ему жизнь.

Сломано несколько ребер, в двух местах пробито легкое, желудок чуть не превратился в кашу, быстро оценил он свое состояние. Сейчас на это нет времени, потом Мо-Мо залечит. Нарастить клеточную массу, остановить кровотечение. Все, так сойдет.

- Мо-Мо. - Ревинзель остановил девушку взмахом руки. - Сможешь задержать его?

- Что? - Мо-Мо замерла как вкопанная, с ужасом глядя на своего изломанного возлюбленного.

- Задержать... сможешь?

Мо-Мо неуверенно кивнула.

- Тогда давай. Бальтазар уже еле справляется.

Эфес меча охотника уже полностью скрылся под новым наростом на теле твари. Тоненькие веточки принялись подниматься выше по предплечьям, пытаясь добраться до нежной, незащищенной шеи. Бальтазар старался отталкиваться ногами, но вскоре и они стали проваливаться все глубже. Существо, не замечая стараний охотника, продолжало свое неспешное шествие вперед.

Мо-Мо протянула тоненькие ручки в сторону существа и повисшего на нем Бальтазара и легонько махнула ими, словно подзывая их поближе. Из земли вырвалось с десяток нитей Земляной Лозы, и крепко оплели руки и ноги твари, замедляя его ход.

Ревинзель с трудом поднялся и подошел к чародейке.

- А ты не хочешь нам помочь?

Феста тряслась как осиновый лист на ветру, посох в ее руках мотало из стороны в сторону.

- Чародейка!

Феста вздрогнула и вытянула посох перед собой, уперев в него трясущуюся ладонь.

- Отступать нам некуда. - Замогильный голос Ревинзеля должен был пугать чародейку, но она лишь успокаивалась, ее дрожь унималась. - За нами уже деревня, чародейка. А там люди. Твои люди.

Феста бросила короткий взгляд в полные бездонной черноты глаза Ревинзеля и улыбнулась. Оборотное тебя побери, алхимик, думала она, кривя губы, и отчего ты такой спокойный.

Чародейка обратилась к Словам Силы - единственному оружию в своем арсенале. С рождения отрезанные от завесы, чародеи не могут черпать силу Потустороннего, не могут пропускать ее токи через себя, но зато они могут ее подбирать. Как бездомные на улицах ОрЭнхайма снуют по закоулкам в поисках выброшенной недоеденной пищи, так и чародеи скитаются по миру в поисках разлитой магами силы. С рождения заклейменные отбросами магического мира, чародеи только и могут, что подбирать крошки с царского стола.

Чародейка обратилась к Силе. Она был здесь. Была вокруг нее. Не много, но для чародея этого достаточно.

Тонкая изящная нить силы. Чародейка схватила ее, впитала в себя, сделала частью своей силы.



Katsu

Отредактировано: 08.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться