Эфемеррия

Размер шрифта: - +

Глава 13

 

Один прекрасный, как небесный ангел, второй уродлив, как сама преисподняя, но и тот и другой обладали разрушительной мощью и не уступали по силе друг другу. Наверное, не уступали, так как бушевал один Ингварт, раз за разом опуская на лицо и голову утонченного Табрииса, на чьём лице застыла сардоническая улыбка, свой мощный кулак. Хозяин кафе схватил противника за грудки и вновь с яростью швырнул в стену, заставляя осыпаться с потолка не только штукатурку, но и каменную крошку.

Сначала я не понимала, почему Табриис смиренно принимает обрушившийся на него гнев, но после, когда он послал в мою сторону взгляд, полный боли, я поняла, что его убивает не разъяренный дракон, а напиток, в который я влила сыворотку правды. Не знаю, что тогда меня больше поразило: осознание того, что фейри сейчас умрет и унесет с собой в могилу сведения о том, куда он дел Полину, или то, что Ингварт обманул меня, не планируя допрашивать фейри, а собираясь его убить и в полной мере показывая, что на пропавшую девочку ему просто наплевать. Гонимый лишь непонятной жаждой мести, он был настроен на уничтожение.

Табриис издал нечеловеческий крик, от которого у меня волосы встали дыбом, и начал захлебываться металлического цвета жидкостью, которая текла в его жилах вместо крови.

– Прекрати! – завизжала я и кинулась чудищу на спину, когда призрачная пасть над головой Ингварта раскрылась и вонзила огромные клыки в плечо фейри. Не эфемерные, а самые что ни на есть настоящие. Сущность дракона недовольно дернулась, нехотя отпуская полуживую жертву, раскрыла дымные, словно сотканные из теней крылья и отшвырнула меня в сторону двери.

– Прочь! – проревел зверь, вновь направляясь к изувеченному телу.

– Нет! – Я быстро переползла к полуживому фейри, закрывая его собой. – Он должен сказать, где Полина! – Отчаяние не давало мне мыслить здраво и замечать, как множится тьма во взгляде чудовища. Я обернулась к распластавшемуся на полу нелюдю, не узнавая в искалеченном теле красивого, надменного и избалованного вниманием мальчишку. – Прошу, скажи, куда ты дел Полину, где мне ее искать? Она маленькая, она боится. Она хочет вернуться домой… – умоляюще протянула я, смахивая слезы. – Прошу, Табриис…я должна ее найти!

– Уходи! – произнес Ингварт глухим, потусторонним голосом, не борясь и не отпуская бездну, что сковала его сердце. Ноздри чудовища над его головой продолжали яро раздуваться, а недовольная морда – скалиться.

Но то ли я просто устала бояться, то ли отчаяние затмило разум.

– Ты обманул! Ты сказал, что допросишь его, а не убьёшь!

Табриис конвульсивно дернулся, булькнул что-то нечленораздельное и зашелся в страшенном кашле, закатывая помутневшие глаза.

– Нет, нет, подожди! – Я хлопнула его по щеке, пытаясь привести в чувство, но его сознание уплывало со скоростью света. – Скажи, где Полина?!

Практически неживые губы дернулись, глаза с трудом сфокусировались на том, кто стоял позади и своим горячим, яростным дыханием прожигал мне затылок:

– Это все он…

Зеленые глаза, подёрнутые смертной дымкой, остекленели, а тело перестала мучить агония. Фейри скончался. Я прикусила губу, дабы не закричать, и отползла к стене, захлебываясь молчаливой истерикой. Что значит «это все он»?! Я хотела вновь хлопнуть нелюдя по щеке, потрясти его за грудки, потребовать ответа… но лишь невидящим взором смотрела на переломанного Табрииса и на то, как из-под его тела вытекает все больше серебристой жидкости.

– Зачем?..

Стены сотряс нечеловеческой рев боли, и я, вздрогнув, подняла взгляд на Ингварта. Мужчина схватился за голову, отступил, теряясь в танце безумия. Его хаотичные движения, удары о стены, словно метания лишившегося зрения душевнобольного, вызвали во мне волну тревоги. Его сущность, заходящаяся в припадке бешенства и хлопающая огромными, выходящими за пространство комнаты крыльями, заставила меня ужаснуться.

Переполненный чернотой Ингварт вымученно произнес:

– Ухо…ди! – Его широкая грудная клетка при этом тяжело поднималась и опадала, заставляя обрывки дорогой материи следовать за движением мощного тела и показывать черную и алую тушь, что забивали практически каждую клеточку его кожи на груди и спине. Мне даже померещился образ того самого дракона, что тенью нависал над головой мужчины. А вернее, его глаза, сверкнувшие красными угольками в области сердца.

С трудом подчинив себе тело, я приподнялась, с надеждой посмотрела на дверь, но отравленный страхами мозг не давал сделать и шагу. Притом уплывающему сознанию казалось, что дверь отдаляется все больше и больше, и я просто не в состоянии до нее благополучно добраться, минуя зверя.

– Ингварт… – дрожащим и умоляющим голосом протянула я, не понимая, что предпринять. Но мужчина взревел так, что зазвенели стекла:

– Прочь!

Я со всех ног рванула к выходу, перепрыгивая разбитый в щепки стол, обломок кресла... Но едва мои пальцы коснулись дверной ручки, как сильные руки оторвали меня от пола и подняли вверх. Я засучила ногами по воздуху, задыхаясь от собственного крика. Но мое сопротивление было таким смехотворным, что Ингварт его даже не заметил. Он грубо швырнул меня на кровать и придавил сверху, вдавливая мое хрупкое тело в матрас. И с какой-то потусторонней отрешённостью замер, уставившись своими пугающими черными дырами на мое побелевшее лицо.

Его ноздри в унисон с ноздрями чудовища шумно втянули воздух, так же шумно выдохнули, и до моего слуха донеслось яростное шипение:

– Shinta!

«Шлюха для фей» – перевело мое болезненное сознание, и я дернулась, словно от жгучей пощечины и поморщилась от злых слез, от которых защипало глаза.



Алеся Троицкая

Отредактировано: 10.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться