Эффект Отражения (черновик)

Глава 23

Видимо за эти полтора месяца я выплакала весь запас отпущенных мне слёз, потому что утром не смогла выдавить ни одной, несмотря на то, что хотелось даже не плакать - выть. Зато теперь точно знала, что нужно делать.

Я терпеливо дождалась обхода, и когда в палату вошёл Горин, вместо приветствия настойчиво повторила вчерашнюю просьбу:

- Игорь Борисович, мне очень нужно увидеть Людмилу Соболеву. Это важно.

- Ну, во-первых, доброе утро, Лиза. Как вы себя чувствуете? - хирург окинул меня цепким изучающим взглядом и нахмурился. - Плохо выглядите, опять кошмар?

- Да. Опять. Вику убили в её же доме, я в этом уверена. Мне нужно туда попасть, - в подробности вдаваться не стала, и отступать в случае отказа не собиралась.

- Вы там уже были, когда встречались с Людмилой в первый раз, - устало напомнил Горин.

Верно, была и ничего не почувствовала, но…

- Теперь всё по-другому. Тогда я ещё ничего не знала о Вике.

- И чего же вы хотите от Людмилы?

- Вика вернулась ночью, значит, все члены семьи уже были дома. Людмила должна что-то знать! Ну, пожалуйста, мне необходимо с ней поговорить!

- Да она не в состоянии разговаривать, - начал раздражаться врач. - Пьёт, наверное, с утра до вечера!

Стойко выдержала его недовольный взгляд. Совсем недавно он мог смутить и даже напугать, но сейчас я чувствовала лишь горечь и разочарование - отголоски ночного путешествия в прошлое Вики.

- В прошлый раз она была вполне вменяемой. Отпустите меня на полчасика!

- Нет, Лиза, я не могу так рисковать.

- Да чем вы рискуете?

- Вам может стать хуже.

- Куда уж хуже?! Мне каждую ночь разбивают сердце и ломают жизнь! Ну, пожалуйста, Игорь Борисович! Вы ведь не можете держать меня здесь вечно. Что если после выписки ничего не изменится? Мне нужно использовать любую возможность исправить ситуацию. Отпустите меня!

- Если Людмила действительно что-то знает, она не просто так молчала двадцать лет и ничего вам не скажет, - Горин попытался оперировать логикой. Напрасно, я давно уже отчаялась отыскать её в этой истории.

- Теперь скажет. Пожалуйста! Не хотите отпускать одну, отвезите сами!

Хирург брезгливо поморщился, видимо, представил, как лично доставляет меня на аудиенцию к спившейся Людмиле и сухо заявил:

- Исключено. Пустая трата времени и нервов. Я не стану этого делать. Явно не мои время и нервы имелись в виду. Меня вдруг с головой затопила обида, перётекшая из снов в реальность. Захотелось задеть его за живое, сделать больно, чтобы хоть немного компенсировать страдания Вики.

- Конечно, не станете! Как обычно, да? Вы ничего не сделали двадцать лет назад, и Вику убили! - выкрикнула возмущённо. - Вы ничего не хотите сделать сейчас. А, может, вам просто не выгодно, чтобы я всё узнала?!

Игорь Борисович заметно помрачнел и смерил меня удивлённым взглядом.

- Серьёзное обвинение, - устало сказал он. - Лиза, вы как ребёнок, который настаивает на покупке бессмысленной и даже опасной игрушки, но не может объяснить, зачем она ему. Людмила - алкоголичка. Представляете, что творится в голове у человека столько лет злоупотребляющего спиртным? Чтобы она не рассказала - этому верить нельзя.

Наверное, он был прав, но я упрямо молчала, не отводя взгляда, как тот самый ребёнок, не желающий принимать отказ. Хирург осуждающе покачал головой и после паузы недовольно сказал:

- Хорошо, я отвезу вас к Соболевой. Сами убедитесь, что беседовать с ней бессмысленно…

 

По дороге к дому Людмилы Горин был неразговорчив и мрачен, от него исходили ощутимые волны недовольства. Особенно тяжёлого взгляда удостоился пакет продуктов, который я собрала из принесённых дедушкой и тётей гостинцев.

- Хотите подкупить бананами и печеньем? Не выйдет. Вот за бутылку она что угодно сочинит, - угрюмо буркнул врач.

- Я не собираюсь её подкупать, просто в прошлый раз в доме Людмилы ни крошки съестного не было.

Он помрачнел ещё больше, буркнул:

- Надеюсь, вы понимаете, что это не ваша мать, - и больше ни слова не произнёс.

Снова заходить в захламленный дом, пропахший смрадом и гнилью, не хотелось. К счастью, не пришлось. Людмилу я увидела во дворе. На слабо натянутой, местами проржавевшей проволоке она развешивала выцветшие, бесформенные, плохо отжатые вещи, с которых капала вода. Надо же - стирает! Может даже трезвая?

Горин моего оптимизма не разделял, но отговаривать от встречи больше не пытался, просил только в дом не входить.

- Там, наверняка, тараканы и прочие прелести антисанитарии. Не хватало занести какую-нибудь гадость в отделение, - сухо прокомментировал он свою просьбу.

С трудом уговорила мужчину не сопровождать меня. В его присутствии Людмила вряд ли стала бы сговорчивее. Он остался в машине, но ограничил во времени. Всего десять минут! Много ли за них успеешь?

Зато тратить драгоценные секунды на пустые сомнения стало непозволительной роскошью. Я решительно толкнула ветхую, жалобно скрипнувшую калитку и вошла в поросший бурьяном двор.



Наталия N

Отредактировано: 08.05.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться