Его кошка

Глава XVIII

Открывая глаза, я уже понимала, что очнулась не дома. Болели не только лапы с хвостом, но даже усы. Было тесно, темно и тепло. Кажется, кто-то нес меня за пазухой. Значит, тень в лесу не померещилась и некто меня подобрал. Я слабо пошевелилась.

— Очнулась? — участливо спросил женский голос, — потерпи еще немного. Почти пришли.

Куда пришли? Я попыталась высунуть голову, чтобы посмотреть. Но женщина запахнулась, сильнее прижимая к себе:

— Тихо, не шуми, нельзя, чтобы тебя заметили….

Похоже, радость, что подобрал меня не Азазель, была преждевременной. Я затихла, прислушиваясь. Сердце незнакомки гулко и учащенно билось. Она, действительно, волновалась и ступала очень тихо, боязливо. От нее пахло сухими травами, дождем и… старостью. Странно. А голос молодой. Свежий запах грозы и леса исчез, уступая сырому и немного удушливому запаху земли и плесени. По звукам, мы куда-то спустились. Под подошвами женщины скрипел песок и мелкие камни.

Сквозь темную плотную ткань пробился желтый свет. Шаги стали отдаваться легким эхом.

— Уже пришли, — еле слышно прошептала женщина и успокаивающе погладила по спине.

Скрипнула и захлопнулась дверь. Незнакомка облегченно выдохнула, и меня наконец-то вытащили на свет. Я завертела головой, оглядываясь. Маленькая овальная комната. Из мебели только узкая кушетка, заправленная коричневой тканью, деревянные, грубо сколоченные стол и стул. На столе горела лампада, заливая помещение теплым светом,  ярким и спокойным. Я даже засомневалась, а не лампочка ли? Но огонек внутри дрожал и искрился. Настоящий. Магический? Возможно ли что передо мной та самая ведьма, которую искал Азазель?

Настороженно перевела взгляд на незнакомку. Та все еще держала меня на вытянутых руках, давая осмотреться и удовлетворить любопытство. Я вглядывалась в ее старушечье лицо и не могла понять, что в нем было такого противоестественного. Глубокие уродливые морщины? Сухая, серо-желтая кожа? Выцветшие белые волосы, торчавшие  как солома из-под черного платка? Нет, неправильными были ее глаза. Слишком чистые и живые для старого человека. Улыбка, чуть тронувшая искусанные, потрескавшиеся губы. Она улыбалась, как улыбаются те, кто пережил очень много страданий и боли. Горько, печально, но с теплотой. И смотрела неуверенно и даже робко, словно стесняясь, что ее так пристально рассматривают.

— Здравствуй, — она опустила меня кровать, а сама села на стул рядом.

Я отползла к каменистой стене и села, обхватив себя хвостом, выжидательно смотря на женщину.

— Не бойся, я не причиню тебе вреда. Меня зовут София. А тебя?

Я замялась, не зная, как реагировать. За все время, проведенное в этом мире, со мной впервые заговорили как с равной. Это сбивало с толку. Ведь я все еще кошка. Я опустила взгляд на нервно дергающийся пушистый кончик хвоста, а потом опять взглянула на Софию. А если рискнуть и открыться?

— Я знаю, кто ты, но не бойся, — поспешила заверить Софи, когда хвост недовольно ударил по кровати, — я никому не скажу.

Она знает, кто я! От этой мысли становилось и легко, и боязно. Разве не искала помощи, может быть, это и есть она?

— Ты ведь анимус и служишь дейме? — в ее голосе сквозило столько надежды, в то время как моя разлетелась на куски.

Нет! Я человек! И не знаю, кто такой дейме!

— Послушай, ты должна мне помочь… — она перешла на шепот, но затем смолкла, закусив губы. В голубых глазах появились слезы. Я и сама была готова расплакаться. Она не ведьма и ничем не поможет. И я ей ничем не могу помочь, я ведь не какой-то анимус, а всего лишь… кошка…

Видимо, все неозвученные мысли и эмоции явственно отразились на моей мордочке. На лице женщины мелькнула скорбная тень, а затем она рухнула на колени перед кроватью. От неожиданности я испуганно вжалась в холодную каменную стену.

— Пожалуйста… — она едва сдерживала рыдания, — пожалуйста, помоги мне…

Ее отчаяние на грани безысходности ощущалось буквально физически. Оно накрыло удушливой волной так, что дыхание перехватило. Шерсть наэлектризовалась, и все тело слегка пощипывало.

— Пожалуй… ста… — одними губами проговорила София и, не сдержавшись, заплакала.

Где-то внутри остро кольнула жалость, не выдержав, осторожно подошла к ней и села напротив, сделав вид, что внимательно слушаю. Это был глупый поступок. Магических сил у меня не было, и я не знала, насколько и можно ли вообще ей доверять. Но и равнодушно смотреть на ее страдания не могла.

Первую секунду на лице женщины мелькнуло замешательство, а потом в глазах вспыхнула такая радость, что мне даже стало неловко за свою ложь. Но за помощью можно будет потом обратиться к лисице. Возможно, она и есть тот загадочный анимус, за которого меня приняла Софи. Если Лиса смогла блокировать магию Азазеля, то, уверена, возможности у нее большие. Осталось только узнать, на что ее придется уговаривать. Но сперва надо избавиться от ошейника.

— Ты можешь снять ошейник?

Не знаю, что было более странным, моя надежда, что она сможет понять мое неуверенное мяуканье или то, что Софи внимательно, с серьезным видом его выслушала. Пару секунд мы молча переглядывались, пока женщина не выдохнула скорбное «я не понимаю». Следом печально вздохнула и я. А если так? Постучала лапой по ошейнику.