Его Валькирия

- 18 -

В первый день Виран не разговорил со мной и вел себя так, словно я не существую.  Я же особо и не навязывалась, а просто наблюдала за ним, как  те самые ученые-люди, называющие себя натуралистами. Словно за поведением яснокрылой бабочки. Запоминая и подмечая все. периодически подумывая, не достать ли ученическую тетрадь и грифель.

Второй день, начался с тренировки на полигоне, где мастер Феерин уведомил меня, что принял решение сменить мое оружие с прямого меча на  катану. Тогда же он и принес и ножны, которые мне полагалось разместить  на спине и костюм стражника.  Черные кожаные штаны и куртку с клепанными карманами. Сапоги мне разрешили оставить, в то время как  василисковый костюм приказали убрать с глаз долой. А жаль,  мне так нравилось. Но форма есть форма. Не до самодеятельности.  Не теряя времени Феерин начал заниматься с нами, мной и Виктором, которому достался  меч похожий на наш тренировочный, только чуть больше и с более тяжёлым эфесом и навершием.  И опять нас поставили против друг друга.

- не, ну это когда-нибудь закончиться, - закатила я глаза схватившись обоими руками за рукоять клинка и подняв его.

- навряд-ли, куколка, - иронично улыбнулся Виктор.

- печально.

И пока мы пытались не убить друг друга под присмотром Феерина драконы сидели в сторонке и лениво так переговаривались в пол голоса. Занятное зрелище.  Златовласый Виран и щеголявший алой шевелюрой Гейрис. Оба молодые всего восемь десятков лет от роду драконы. Оба вспыльчивые и самонадеянные.  И оба получили в нагрузку двоих еще боле юных магов.  С виду Виран был мельче ростом и не такой широкоплечий и мускулистый, но если переключить взор и рассмотреть ауру этих двоих, становилось понятно, кто из них более всего опасен. Если аура Гейриса сверкала алым пламенем, то у Варина она пылала как солнце, выдавая его  происхождение и мощь, что даровала природа.

Второй мой день закончился в бессознательном состоянии. Как я оказалась в своей каморке  даже и не помню. Впрочем, как и третий и четвертый, ну и последующие несколько недель. И все это время Виран не разговаривал со мной, а лишь молча следовал за мной на полигон. Выползая из своей спальни я неизменно находила его молча созерцавшего вид из окна в коридоре. Завтрак, обед и ужин тоже проходили в молчании. Он молча приносил за стол полный поднос еды, дожидаясь пока я выберу себе что пожевать, он пододвигал его к себе и полностью опустошал. Но после непомерного аппетита трехликого оборотня я уже не удивлялась.

 Через три недели к занятиям с мечом добавились занятия магией, где  все тот же Феерин учил драконов делиться своей силой с всадником, а всадников брать эту силу. Пару раз я теряла сознание от того объёма энергии что  на меня обрушивал дракон, очнувшись страдала жутким похмельем. А в таком состоянии я была вообще несговорчивой и жутко вредной. Потому Вирану приходилось применять  физическую силу, чтобы угомонить меня. Он мастерски скручивал  мое маленькое тельце в бараний рог попутно отводя все чем я его закидывала.

Через еще три недели после этого мы впервые взмыли в небо. Это был для меня день откровений. Хоть мы и словом не обмолвились с ним не разу, но в этот день впервые разделили что-то общее. Это была любовь к полету, к небу.   А еще я видела, как польстила дракону моя реакция на его истинный  облик. Я словно оказалась в той далёкой избушке в лесу в пургу, где открытием был для меня огромный белоснежный волк. В тот день я уселась, наплевав на все и вся на землю и подтянув колени к груди и положив на них подбородок, чтоб челюсть оставалась на месте созерцала еще с час наверное ( пока не примчался разгневанный гном)  красивого крылатого ящера  переливающегося в солнечном свете всеми оттенками золота. Просто сидела и смотрела, на гордый изгиб шеи, мощную грудь, на огромные золотистые крылья, на сильный усыпанный шипами хвост, на острые и длинные как клинки когти.  Чувствовала его недоумение, когда не слушала возмущенных воплей мастера и прежде чем вскарабкаться  ему на спину  с благоговением гладила  чешуйки на лапе. А уж когда взлетели…   все стало таким незначительным. Осталось только небо и пьянящее ощущение полета.

 Но, тем не менее, я все так же  заканчивала свой день в беспамятстве на полигоне, а поутру обнаруживала себя одетой в свою привычную пижаму в своей спальне, а дракона давшего обет молчания в коридоре. Хотя раздражения от него уже чувствовалось гораздо меньше. Что радовало. Между тем абсолютно все окружающие перестали  звать меня по имени, а называли исключительно «алайсиаг». А я в толк взять не могла, что это значит. Один раз даже спросила у Вирана, на что он только приподнял  золотую бровку и посмотрел на меня так словно я умалишённая. Вопросов  я больше не задавала.  Но интерес рос.

 Все изменилось в один из дождливых осенних дней, когда мы месили гряз на полигоне размахивая мечами с Виктором. У него, похоже закончился роман с  какой-то драконицей и он был не в духе, потому более опасным чем обычно. Как всегда драконы лениво развалились на скамейке, неподалеку накрыв себя непроницаемым для дождя куполом.

  Не знаю, как такое произошло, но увернуться не успела и получила  рубящий удар в район бедра, а следом удар закованным в латы кулаком в лицо.  От неожиданности происходящего, Виктор никогда не бил  противника в лицо, если это была девушка, я споткнулась и шлепнулась мягким местом в грязь.  Но атаковать он не прекратил.  Резко тренировочный бой перешел в что-то более серьезное. И знаете, когда над вами нависает рослый мужик с занесенным мечем невольно испугаешься и начнешь действовать. А испугалась я здорово. В один миг с моей руки слетела Муська и угрожающе зашипела, отвлекая на себя внимание разгневанного неизвестно чем мага.  Этого было достаточно для того чтобы вскочить на ноги не обращая внимание на струящееся по ноге тепло в виде  крови. Призвав свои резервы,  и шепнув заклинание я остановила кровь и призвала организм к восстановлению. В тот же миг открыла щиты, усилив их первобытной магией дракона. До этого момента у меня это выходило через раз, а то и через два.  Отмахнувшись от фамильяра, Виктор обернулся ко мне. Глаза пылали незнакомым мне гневом и болью. И все это в следующую секунду он обрушил на меня.  Ох не сладко пришлось девочке с косичками.  Несколько раз меня протащили по земле, несколько раз пытались размазать по ментальной стене полигона, а уж о количествах боевых заклинаний и  атак  в параллель с ними я вообще молчу. Итог кажется сломанные ребра, сломанная нога,  гематома на скуле и рассеченная бровь и полное отсутствие сил для исцеления.



Ольга Сонина

Отредактировано: 30.09.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться