Эгоисповедь

ДВА КАПИТАНА

 

Ник выстраивал программу нашего выступления таким образом: сначала мы играем вместе несколько инструменталов и кавер-версий наших любимых песен, потом играет он, затем я, а в конце мы подводим черту совместным сэтом из пары-тройки вещиц. Перемежать выступления он решил чтением стихов и пояснялками.

- Надо с публикой общаться, она это любит, тем более, на таком камерном мероприятии.

- Если умеешь общаться, то надо, - поддержала я, - Кинчев и Чиж себя этим не обременяют, и ничего, никто не уходит обиженным.

- Террор тоже взбрыкивает насчет наших выступлений, - сменил тему Ник, - у него, дескать, в «Винограде» все схвачено, хоть в эти выходные нас поставят. Но мне кажется, нам пока напряг будет и там, и там.

Я даже думать об этом не хочу. Я панически боюсь. Если за синтезатором чувствую себя более-менее комфортно, то за микрофонной стойкой не представляю, куда девать руки и как выламываться. Я не умею красиво двигаться, у меня ассиметричное, зажатое тело, я еще не привыкла к мысли, что я девушка и должна быть грациозной, плавной и проч. Да под такую музыку, что мы играем, хочется сваи вколачивать, а не делать «кошечку».

- Вот и потренируешься в нашем дуэте, - он улыбнулся. - Как сделаем: арендуем помещение или у меня соберемся? Мне кажется, лучше арендовать – так солиднее и народу больше вместится.

- Зачем ты у меня спрашиваешь, если уже все решил? – вздохнула я. Не успела рта раскрыть, чтобы проголосовать за огромную комнату Ника, а он… не удивлюсь, если уже арендовал.

- Ну, малыш, ты что? Как скажешь, так и будет. Если тебе волнительно играть на чужой территории, давай соберемся для начала здесь, - он обвел рукой мансарду, заваленную распечатками нот, проводами и блокнотами со стихами.

- Давай, хоть для начала.

Решили пригласить ребят в последний день февраля. Кажется, еще уйма времени, но я знаю, как оно летит.

- Только мы вдвоем, больше никого не позовем? – Ник подошел ко мне и обнял.

- Хорошо, что ты об этом спросил. Или в последний день решишь, что двое – это скучно, и притащим всю команду…

- Какая-то ты ершистая сегодня, - он отпустил меня и отошел к окну, - хотя, впрочем, не только сегодня. Вообще последнее время.

Я не стала оправдываться или отмахиваться. Наверное, он прав, просто я за собой не замечаю.

- Родителей не хочешь позвать? – он обернулся ко мне.

- Тебе так хочется с ними познакомиться?

Он тяжело вздохнул и через несколько секунд ответил, что ему этого давно хочется, да видно, я считаю его, Ника, недостойным такой милости.

- Давай не будем впадать в амбицию, - буркнула я. - У меня в семье сейчас не лучшие времена. Тебе не все будут рады.

Он хмыкнул. Ему-то ладно, но меня-то они любят. Должны хоть за меня порадоваться. Впрочем, я сама за себя явно не радуюсь. Все-все, молчим. Лучше поиграем.

Я села за синтезатор, а Ник – за фортепиано. Его пальцы летали над клавишами с немыслимой скоростью, а я только нажимала кнопочки, чтобы оттенить своим симфо его мастерство. Моя душа металась между возмущением от того, что я – прихвостень великого таланта, и страхом явить миру что-то свое – несовершенное, детское, примитивное. Хочу ли я этого звездного часа или просто настроилась на терапию, после которой меня отпустит, и какой-то незримый груз свалится с нехрупких плеч.

- Давай обсудим, кого звать будем, - Ник закрыл крышку пианино и развернулся ко мне.

Пока он не успел решить все за меня, я высказалась в пользу ребят из группы и своих подруг.

- Моих позовем?

- Давай. Мы и так им часто играем.

- Пусть парни тащат своих друзей, если таковые имеются, - раздобрился Ник, - и девчонкам своим скажи, пусть зовут, кого хотят – коллег, других музыкантов, парней.

Позвать Макара и сказать, что это Мотькина работа? Сердце упало. Нет, его я точно тут видеть не хочу. Даже подумать не могу, что он услышит мои дурацкие откровения и далекую от совершенства игру. Ему я стихов не посвящала, песен не писала, не любила по нему страдать. Он был рядом, только руку протяни. Весь конфликт в том, что рядом и Ник, и то ли он стоял между нами, то ли Макар вклинился между мной и Ником.

- Надо купить бухла, закусок каких-нибудь, - будто сам с собой разговаривал Ник, - не знаю, сколько. Ладно, подумаем ближе к делу. А может, закажем в ресторане, так проще будет.

Надеюсь, меня он не впряжет готовить. Я буду волноваться о другом, это факт.

- А потом будем покорять «Винограды», - он опять развернулся ко мне и жестом пригласил сесть рядом на мягкий прямоугольный стул у пианино. Я села почти вплотную и положила голову на его костлявое плечо.

- Не волнуйся, милая, все будет здорово. Ручаюсь, никто такого от нас не ждет.

- А чего от нас еще ждать? – усмехнулась я. – Ты клавишник, я вроде тоже, и петь пытаюсь. Явно будет не тяжеляк.

- Я не о плотности звучания. Кстати, было бы здорово, если бы ты надела то самое платье, которое надевала на Рождество. Все упадут.



Кира Бородулина (Ronnie Menschfeind)

Отредактировано: 26.12.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться