Эй темный отпусти, я вовсе не твоя жена!!!

Глава 2

Было холодно. Солнечные лучи, едва касаясь верхушек деревьев, тут же исчезали. Лес был плотным и густым, ориентироваться, куда идти было сложно. Везде лишь деревья, деревья и деревья… Я если честно впервые была в лесу и это меня пугало: «А вдруг здесь звери?» В голове моей то и дело вспыхивала картинка, как лохматая пасть с большими зубами вгрызается мне в шею и я тут же до нее дотрагивалась, проверяя цела ли она. Где – то вдали хрустнула ветка, и я тут же отпрыгнула назад, обхватив ствол дерева. Его кора была гладкой и теплой, совсем не похожей ни на одно дерево возле которых приходилось спать уже вторую ночь. Просыпаться по утрам с затекшей шеей и мокрым правым ухом, которое благодаря мирному сопению незнакомца было таким, это неприятно. А еще жутко раздражало то, что стоит утром нам отпрячь друг от друга (а спали, прижавшись, тело к телу) как холод сразу же пробивал кожу.

- Любимая, ты идешь? – Впереди послышался голос незнакомца Эйта, как стала я его называть, правда, пока мысленно. Не смотря на потерю памяти и влюбленный взгляд, ориентировался он в этом лесу, так как будто жил здесь всегда. Я сначала даже не поняла, что это он уже меня ведет, спустя два первых часа блуждания по лесу, а потом…

Я как ничего не понимающая куда идти, хотела было положиться на удачу, то есть прочесть заклинание, но… После того как волосы свои я сделала ярко – ярко зелеными благодаря одному из вспомнивших заклинаний (которым многие часто балуются в детстве, меняясь то свой, то чужой цвет волос в качестве шутки) рисковать я больше не решалась. Все же это было тело чужое, не опробованное на девяносто восемь процентов, шанс успеха был не велик. Особо не думая я всецело положилась на Эйта, опровергая тот факт, что в этом лесу еще больше заблудиться невозможно и то, что от приворота полностью память потерять нельзя.

- Любимая! Терпеть не могу! – Я разъяренно прошептала в ствол дерева, и убрал от него руки, пошла, догонять незнакомца. – Эйт… - Тишина. – Эйт, ты слышишь? – Помни мое тело, эти крайние меры ради тебя. – Любимый? – На этот раз ответ не заставил долго ждать.

- Мне кажется или мы здесь уже были? – Я буквально столкнулась с его спиной, но все прекрасно услышала. Отойдя от него влево, чтобы мне было все хорошо видно, я устало опустилась на мягкую траву.

Мы были возле того самого дерева с которым еще утром простились. И мне кажется, нас сюда снова специально привели.

- Эйт, да не хмурься ты так. – Он, стоял, плотно сжимая губы, и практически не мигал, смотря прямо на злосчастное дерево, пытаясь его уничтожить одним лишь взглядом.

- Почему мы опять здесь? – К его переменчивому настроению за прошедшие уже два дня я никак не могла привыкнуть и каждый раз, как его тон голоса менялся, я вздрагивала, не зная чего ожидать. – Мы правильно шли, я знаю, правильно. – Мое желание бросить его внезапно дало о себе знать, и я не сдержалась, сказала:

- Слушай, а если я тебя оставлю одного, - почему – то по спине пробежали мурашки, но я не придала этому значения.  – Ты ведь сможешь кого – нибудь найти, чтобы тебе помогли? – Я обхватила колени руками и стала рассматривать землю, почувствовал себя неуютно после таких слов.

- И кого? – Послышалась усмешка, и я едва сдержалась, чтобы не посмотреть на незнакомца. – Я ничего не помню. – Эйт ли это?, - забилась в моей голове тревожная мысль. Он разговаривал как обычный человек и ни разу не было еще ни одной «любимой». – Сейчас ты единственная кого я знаю.

- А знаешь ли, привороженный? Я вот не знаю сейчас себя. – Я встала с земли и оттряхнула грязь с уже и так грязной юбки. Я была уставшая, голодная, а еще у меня вдруг возникла потребность пожаловаться на жизнь (хотя я никогда и не имела такой привычки). – Нам нужно идти.

- Привороженный? –  «А он, кажется, еще и думать умеет». Я махнула рукой то ли на его вопрос, то ли на свою мысль. – В каком смысле?

- А тебе в каком надо? – Ответа не последовало, и я обернулась, чтобы столкнуться с безумно – влюбленным взглядом и глупой улыбкой на лице Эйта.

 – Любимая! Я так рад тебя видеть.  – Ну вот, а я еще чего ожидала, он же привороженный.

- А я тебя нет. – Действительно, странный он: то, как будто в себе, то в горячке, - я улыбнулась сама себе. А он ведь и, правда, был болен, прескверно, самой худшей болезнью из всех. Любовью, да еще и не настоящей. Я вздохнула, окинув Эйта жалостливым взглядом, и подумала, что пока еще я могу пересилить чувство голода нужно выбираться из леса, немедленно. Но в какую сторону идти? Мне отчаянно захотелось заплакать, впрочем, дальнейшее показало, что мне еще рано было лить слезы. Мои уши уловили разговор. Слышала я плохо из вечного ветра в этом лесу, играющего с верхушками деревьев, но все, же кое – что среди шума листвы мне удалось разобрать:

- Во, молодец! Она его приворожила. – Мной восхитились. Это было неожиданностью.

- Это подло. – Ненависть так и повисла в воздухе. – Сестра, я тебя предупреждаю, не смей. – Хрустнула ветка где – то вверху.

- Поздно, братик, поздно. – В голосе послышалась нотка веселья, а потом я увидела плавно движущее дерево, то самое, которое я обнимала. С каждым приближающим шагом ко мне оно развеивалось и, в конце концов, нам с Эйтом предстала девушка. Она была среднего роста, чуть ниже меня, с лазурными глазами. Белые волосы у нее были слегка распущены, поэтому я не сразу заметила, что она эльф, но уже смутно догадывалась об этом по ее гордому взгляду и плавной походке. Облачена она была в зеленую юбку по колено и в такую же зеленую рубашку («мужскую», отметила я для себя), на ней детально была вышита эмблема маленькой птички, означавшей школу чаровников и чародеев[1].

- Так вот ты какой, чаровник.  – Я восхищалась самым открытым образом. Мне хоть и доводилось встречать таких как она, чаровников, но… То были просто иллюзии, а это детально проработанная. «Выпускники», именно так и подумала, когда сразу же после девушки появился парень точь в точь похожий на нее, только еще с мантией. Красивый! Тут я совсем перестала восхищаться их иллюзией и уже просто восхищалась им.



Ася(Аня) Анисимова

Отредактировано: 29.05.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться