Эйты

Размер шрифта: - +

Девушка

Уже почти смирилась, почти привыкла к мысли, и снова в клетку. Не, я не против жить, но ведь жить-то все равно не дадут. Не убежать.

В клетке тесно, можно только сидеть, облокотившись на стенку, ноги затекли, спина болит… Волей-неволей начнешь хотеть, чтоб скорее все кончилось.

Сегодня вытащили из клетки, раздели, смазали ароматическими маслами, одели в ленточки и бусы, приготовили… Я думала попробовать вырваться, может, хоть сразу убьют, или испортят чего-нибудь, и выкинут, стану непригодна для жертвы, но не вышло. Сперва не могла шевелиться, потому что руки ноги не слушались после трех дней в три погибели, потом привязали… Привязали над обрывом с видом на закат, красиво… Стали бубнить свои заклинания. Бубнили-бубнили, завывали, в колокольца звякали, какой-то дудкой странной выли… и ничего не вышло. Я так и не поняла, что получилось, но похоже, жертвоприношение отменяется.

Хозяин ругает своих колдунов, колдуны вяло оправдываются. Смотрю пока по сторонам.

Думаю, нельзя ли мне как-то так ловко выкрутиться, чтоб хотя бы сдохнуть не жертвой. Противное это дело ― стать жертвой для демонической дряни. Кто ж знал, что тот тип в таверне был полудемоном? Или полубогом, я не поняла…

Таверна моя… кажется, сто лет прошло, кажется, я всегда в этой клетке сидела, готовилась, что меня в жертву мерзости принесут. А на самом деле недели не прошло, как Красавчик притопал в “Ленивого мерина”. Притопал, по попе меня хлопнул, вина потребовал, золотой папаше сунул… А за золотой папаша свою дочку разрешает хоть по чему хлопать, и даже пару ребер поломать, если у почтенного клиента возникнет такое желание… Хотя, это я вру, ни разу не было такого. Но думаю, разрешил бы.

Красавчик вино выпил, еще затребовал, меня на постель уволок, велел рядом сидеть… А сам даже не прикоснулся за всю ночь, так и продрых.

Вот тогда я в первый раз подумала, что добром это не кончится. А Красавчик на утро еще бутыль вина без закуски выпил, три золотых папаше насыпал, и исчез. Ни коня при нем не было, ни повозки какой, только через минуту, как он в двери вышел, его ни на дороге не видно было, ни в поле… Куда делся, непонятно. Папаша, как золотые пересчитал, меня похвалил, и разрешил отсыпаться, мол, трудная ночь у меня была, и хороший заработок, молодец… А я не стала отказываться, плохо, что ли. Зачем мне объяснять папаше, что Красавчик меня даже не тронул за всю ночь, только рядом просидела всю ночь, как дура… Даже обидно. Красавчик мужчина видный, сильный и красивый.

Так вот, день я пробездельничала, немного отоспалась, чуть-чуть по дому поделала всякого, к вечеру, как народ в таверну начал набираться, пришла как обычно ― подавать пиво, брагу и жрачку, вертеть попой, и вообще. Четыре золотых ― штука замечательная, но работать-то надо.

И вот тут, уже после заката, заявился Хозяин с двумя какими-то хмырями.

Не, на самом деле, я даже не знаю, когда они заявились. Просто папаша меня позвал, говорит, собирайся… Пойдешь с почтенным господином, он тебя на неделю арендовал. А у самого глаза выпученные, явно кучу золота только что увидел. Может еще три золотых, а может, и целых пять. Ну, я сильно сопротивляться не стала, думала, дура, что щедрый господин и мне, может, чего подарит, а я потом от папаши сбегу в большой город, а там с деньгами, да моей попой как нибудь уж пристроюсь…

А вышло-то вон как. Почтенный господин, как от деревни нашей отошли, встретился с группой своих друзей, целая банда, человек двадцать. Правда, я так поняла, половина из них рабы. Меня тут же в клетку и посадили. Попыталась ругаться, возмущаться, кричать, так меня попросту избили, прямо не вынимая из клетки. Палкой тыкали между прутьями, а в клетке тесно, ни увернуться, ни перехватить палку… Больно, караул… Я, наверное, с полчаса пыталась как-то вырваться или хоть на помощь позвать, а потом смирилась. Уж очень больно Хозяин палкой тычет.

Погрузили на повозку и повезли. Два дня ехали, через каждый час останавливались, Хозяин какую-то палку в землю втыкал, колокольчиком вокруг нее звонил, заклинания бормотал. Я, как первый раз увидела, испугалась по-настоящему. Колдуны, блин… Щедрые, твари… Не подарит мне щедрый господин ничего, и через неделю к папаше не вернет. Я б уже и не против, даже если папаша снова на меня полезет, и слюнявить мне морду станет, и за сиськи хватать… Но, похоже, добегалась я. И попа моя мне не поможет.

Один сопляк среди охраны Хозяина мне ночью предложил, что, мол, он меня трахнет, и потом на минуту отвернется, мол, по другому меня для жертвоприношения купили, будут на мою плоть приманивать Красавчика… Он, мол, то ли полубог, то ли полудемон, то ли хрен знает, кто еще, но мне-то по-любому не жить.

Я-то согласилась, чего бы не согласиться. Да вот только оказывается, они на клетку какое-то заклинание нарисовали ― сопляк только начал открывать, как тут же и Хозяин лично подошел. Сопляка тут же и убили. Хозяин что-то такое сказал, страшное и гулкое, Сопляк свалился мешком, Хозяин ножик вынул, бронзовый, кривой, и давай потрошить. Я и отворачиваться пыталась, и уши затыкать ― все одно, слышала и слишком многое видела…

Не удался у меня побег.

Так и приволокли сюда, из клетки вынули, маслом каким-то намазали, пахучим, блестящим, к столбу привязали, и целый час вокруг бубнили, что-то чертили, дрянь какую-то жгли, только что хороводы не водили.

А потом Хозяин как давай ругаться, громко, да еще и половина непонятная, то ли брань колдовская, особо ругательная, то ли просто на другом языке болтает.



Пашка В.

#29754 в Фэнтези

В тексте есть: черти, ведьмы, переселенцы

Отредактировано: 07.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться