Экипаж

Экипаж

 

  Сергей поёжился: температура – градусов пятнадцать, хотя едва миновала середина летнего полдня. Он так и не смог понять, как создатели «Ирии» умудрились обеспечить такое климатическое разнообразие. Ну да, на «севере» и «юге» лучи солнца – то есть набора светильников, его тут заменяющего – падают под углом, а не вертикально, как на «экваторе». Но ведь воздух во всём объёме корабля должен быстро перемешиваться. Как же у них получилось устроить экваториальный лес всего в паре сотен километров отсюда?

  Сергей поднял глаза к небу: противоположную сторону их мирка сейчас не различишь: там ночь. А вот когда ночь здесь, то очертания Гудзонова залива и Гренландии – ну, здешних их аналогов – становятся видны замечательно. Похожи на земные, хотя, конечно, растянуты по широте: всё же «Ирия» – цилиндр, а не шар. В южном «полушарии» искажения заметнее – суши больше: Тихий океан «сжат» гораздо сильнее, чем острова в нём. Но Южная Америка – её немного видно – вполне знакомых очертаний.

  

  Небоскрёбы Плейстоцен-Сити вырастали прямо из тундростепи. Да, это «вставка»: этот сектор в земной Якутии, кажется, аналога не имел. Сергей нащупал во внутреннем кармане оружие… На пункте пропуска бластер почему-то никаких вопросов не вызвал.

  С чего начать розыск? Свести знакомство с местными?

  

  Основной местный напиток – пиво. Что понятно, коль скоро ячмень – основной здешний злак. Бар – как везде: музыка, смех… Лучше выйти на внешнюю веранду. Вот там он её и встретил.

  Непохоже, чтоб она жаждала с кем-то познакомиться… но, с другой стороны, и обратного ощущения тоже не возникало.

  – Не занято? – спросил Сергей.

  Девица удивлённо взглянула на него. Ну да – местная… Почти типичная. Глаза только необычные: желтовато-зелёные. То ли листва с прожилками осеннего золота, то ли топаз с изумрудом. А вот всё остальное…Молочно-белая кожа с многочисленными веснушками, рыжие волосы, нос широкий, подбородок… странный. Лоб… ну, наверное, лоб как раз обычный. Так и должны были выглядеть неандертальцы.

  «Надеюсь, говорить-то она умеет?» – запоздало успел подумать Сергей, когда та заинтересованно улыбнулась и с непередаваемым акцентом ответила:

  – Прошу, Пробуждённый…

  

  ***

  Ерька шумно плескалась в ванной. Сергей не торопился вставать: после первой попытки комната завертелась перед глазами так, что теперь он уже не решался, и просто лежал, перебирая в памяти последние сутки. Насчёт способности говорить – хорошая вышла шутка! Кажется, весь вчерашний вечер – сплошной монолог новой подруги…

  

  

  ***

  – А чего там гадать? Ты явно не видел раньше наших. Значит, первая половина двадцать первого века. Что, дал согласие на криооживление, не особо разобравшись, что это такое? Амнезия прошла? Почти полностью? Да, в ту эпоху она, бывало, оказывалась вообще необратима. Автокатастрофа? А, пожар?.. Ага, мы такие… ну, за знакомство!.. умненькие, да.

  

  – Тогда у человечества на экологии крыша ехала. Как появилась возможность восстанавливать вымершие виды, мамонтова фауна оказалась первой на очереди… Не-не, закусывать вот этим надо… Когда мамонты прижились, решили, что надо в биоценоз и верховного хищника из рода «хомо» добавить…

  

  – Тут же не просто ячмень, а северный: пиво намного крепче. 20 градусов, да… Земледелие у неандертальцев? У древних, понятно, не было, а у новых… Ты ещё про звездолёты спроси!

  

  – Так воспитывали первых неандеров же учёные! Хотели по особой программе, но дети есть дети. К ним привязываешься… В общем, у наших с самого начала научное мышление сложилось. Рациональный… ик!.. извини… подход. Ну – за предков!

  

  – Предполагалось, что мы станем чинно охотиться на мамонтов и прятаться от хищников… Но рациональное мышление не вытравишь! И – твоё здоровье! – не пропьёшь… Сразу извести снежных львов и смилодонов под корень – и нет проблем! Волков и пещерных гиен вывести сложнее – они стайные, но можно приручить…

  …А на оленях соседи-эвенки же ездили. Наши тоже захотели!

  

  



Александр Лычёв

Отредактировано: 23.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться