Эксклав Русия

глава 2.3

Маленький серый мобильчик стоял перед стеклянным, каплевидной формы зданием порта. Слева, широко раскинув огромные крылья, мигая синими сигнальными огоньками, громадный в серых потоках дождя, скрадывающих расстояние, заходил на посадку большой, рейсовый «цзянь», наверное, из Поднебесного. Иан и Оля сидели в машине и смотрели на большую толпу у широкого входа в здание порта. Дождь не собирался останавливаться и люди спешили быстрее укрыться от потоков, горело много огней, пассажиры у входа хаотично перемещались, приезжая, входя внутрь и, выходя, ныряли в такси и уезжали.

 – Вот, Иан, – Оля достала из рюкзака папку. – Я сделала нам командировочные листы до Восточного, они помогут в случае чего, вдруг мест не окажется. Мы едем от НИИ, мы исследователи разумной жизни вокруг Восточного, – Оля усмехнулась. – Ну, видимо, носителей, я просто готовую форму заполнила. Ты мой ассистент, помощник.

 – Во! – Иан улыбался. – Теперь и я научный работник.

 – Ну да. Ты, наверное, и хотел, – Оля сложила папку. – Ну, пойдем, найдем администрацию порта, поговорим.

В кабинете служащего порта, куда их послали, сидела огромная, как три Иана, женщина с плоским лицом и навыкате, маленькими глазками. Она неприязненно посмотрела на них и предложила присесть. Оля подала бумаги и рассказала, что им нужно. Женщина потыкала в клавиши офисной умки и уставилась на них отрешенным взглядом.

  – Ну, молодые люди, ничем не могу помочь вам. Командировочные направления ваши не приоритетные, даже можно сказать, вы по собственному желанию едете. Сейчас аврал в порту, очень много рейсов на север – и люди, и грузы. Отправить вас не на чем, на спецрейсы вас не возьмут. Пассажирский свободный, до Восточного, ближайший через неделю. Можете подождать, тогда я вам места забронирую.

Иан с Олей переглянулись, грустно посмотрели вниз. Женщина внимательно посмотрела на них.

– Ну, если невтерпеж вам, могу посоветовать монорельсом добраться. Он раз в два дня идет, и вроде как раз сегодня. Тут вокзал недалеко – три километра, на монорельс вас точно возьмут с этой бумагой, – женщина улыбнулась, глаза удивительным образом стали добрыми.  – Вот, больше ничем не могу помочь. До свидания, молодые люди.

Оля и Иан, попрощавшись и подхватив рюкзаки, вышли в коридор.

 – Ну, хоть так. Надо поспешить, не опоздать бы на монорельс. Я предполагала что-то подобное, наземный транспорт был про запас, и вот придется ехать через всю Западно-Сибирскую равнину. Это огромное озеро-болото, там только несколько сухих мест с поселениями. На болотах живут дикие и даже носители, и не знаю, кто еще. Опасный район эксклава.

До вокзала они добрались быстро, серый Олин мобильчик закрыли и оставили на стоянке. В вокзале командировочные листы не понадобились, они просто прошли на посадочную платформу, сунув И-карты в отверстие контрольного диспетчера и нырнув в арку сканера.

Монорельс стоял у платформы на погрузке. Короткий, но высокий состав как бы обнимал снизу полотно рельса. Высокие и почти по всей длине состава окна зеркально отражали окружающий ландшафт. Монорельс был на воздушной подушке и разгонялся системой электромагнитных подвесов. Вдоль уходящей вдаль рельсовой балки, с обеих сторон, крепилась бесконечная система солнечных батарей, являясь дополнительным энергоресурсом для работы монорельса. Аппарели были опущены на платформу, по некоторым происходила погрузка с помощью дронов-манипуляторов, по другим поднимались на посадку редкие пассажиры.

Иан и Оля поднялись по медленно пульсирующей зеленым светом аппарели в пассажирскую часть поезда. Здесь погрузка закончилась, отсеки были закрыты, но наверх вела широкая лестница. Поднявшись, они увидели длинный коридор в обе стороны поезда и ряд купе. Над одним горел зеленый огонек, купе было свободно. Судя по обозначению на двери, купе было двухместным, и ребята расположились в нем.

Купе было небольшое, но уютное. Две койки, одна над другой, и небольшой столик, за ним противоположная от двери стена была прозрачной, от невысокого бордюрчика снизу. На соседней стене – отсек с постельным бельем, регулятор затемнения окна и информационный буклетик, с монорельсом, уходящим в облака. Над входом был отсек для вещей и два крючка-вешалки по бокам.

Ребята разложили вещи и уселись, смотря в окно. Там платформа постепенно пустела, пассажиры расходились по местам, дроны ныряли в грузовые отсеки и отъезжали в здание вокзала.

 – Я никогда раньше не ездила монорельсом, – Оля улыбнулась и вздохнула. – Уж так получилось, мы с папой всегда жили на одном месте, училась я дома, потом ВУЗ, это рядом, потом НИИ. Тот домик мне построили по моему проекту, тоже недалеко от нашего НИИ. На монорельсе мне некуда было ездить, да и не с кем и незачем, – Оля достала буклет. – Смотри, Иан. Тут карта. Монорельс идет только в одну сторону на восток, делая полукруг и доходит до... ммм, ну почти до Восточного. Там проходит мимо города-космодрома и уже по другому полукругу возвращается сюда. Значит, сначала Большое Сибирское Болото, потом поднимается на плато Путорана, там большой город-полис, потом до города Мирный, и уже потом до Восточного. Ну а назад… Сначала Северобайкальск, кстати, там у нас Центр изучения Биоэнергии и огромный стратегический запас пресной воды в Байкале, потом Белый город на Алтае, и, наконец, приходит назад в Магнит. Это основные остановочные пункты. В общем, кружечек получается, ммм... сейчас, – Оля задумалась. – Примерно семь-восемь тысяч километров длинной, ого. И проходит он его за..., где же, сейчас найду, ... за неделю. Это при скорости от пятидесяти до трехсот километров в час, в зависимости от рельефа местности.

 – Ого. Это огромные территории. А там везде люди живут?

 – Нет. Совсем не везде. И даже не совсем люди, – Оля грустно улыбнулась. – Ты, наверное, знаешь, что после катастрофы, случившейся с нашей планетой, эволюция пошла немного не так. Изменился состав воздуха и почв, да и всей среды планеты. Даже магнитные полюса переместились. Радиоактивные ветры, радиоактивные реки и океаны – это сейчас наша данность. Тогда разрабатывалось много химического оружия, даже генного оружия, было огромное количество химических фабрик и заводов, складов готовой продукций. Все это разлетелось, взорвалось, было смыто водой. Это стало средой обитания огромных территорий. Я говорю про носителей. Это поколения людей с измененной генетикой, у некоторых, а таких немало, мы даже не можем наличествовать разум. Многие из них – носители вирусов, неизвестных нам. Нас спасает то, что пока многие вирусы не передаются воздушно-капельным путем или при контакте, только через кровь. И мы, все эксклавы, усиленно развиваем медицину, особенно генетику, изучаем вирусы и неизвестные соединения, проводим профилактические мероприятия.



Тихон Владимирович Тверез

Отредактировано: 20.04.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться