Эксклав Русия

глава 5.3

Данные действия являлись вынужденной мерой. Носители – террористы из организации «Кодомо» – удерживали атомный заряд внутри месторождения. Где они его достали – можно было только догадываться. Подойти к ним скрытно не представлялось возможным – террористы хорошо подготовились. Гиперскоростной удар исключался – видео, переданное террористами в эфир, содержало не только требование покинуть священную землю всем гайдзинам, но и изображение самого ядерного фугаса, довольно распространённого в прежние времена, с современным датчиком активации заряда. Фугас бы взорвался раньше, до контакта гиперзвуковой ракеты. Да и была возможность, что террористов предупредят, – разведка Союза Корпораций могла видеть все пуски, правда, и мы тоже.

Кирилл Владимирович внутренне усмехнулся. Принадлежность террористов к Союзу не вызывала сомнений. Директорат и подконтрольные ему структуры Союза Корпораций прервали все контакты, продолжая гнуть свою линию в СМИ. Русия де эксклав варваров, и они не только не способны обеспечить безопасность населения от радиационного заражения и могут потерять принадлежащее всему человечеству месторождение, но они и сами являются угрозой миру. Террористы – это доведенные до отчаяния их правителем их же собственные граждане-носители, и только Союз Корпораций способен бла… бла… бла. Третий флот Союза вышел на позицию удара, ракетная группировка базы на Хоккайдо нацелена на Итуруп и прилегающие территории, самолеты противника совершают облеты Хоккайдо и Японского моря. Глава Пентагона выступил с ультиматумом о том, что в случае подрыва ядерного заряда на месторождении, вооруженные силы Союза берут под контроль все прилегающие территории.

Ответ министра МИДа о полной боевой готовности сил эксклава Русия защищать свои территории, об опасности ядерного противостояния, призывы к миру, напоминание Союзу о владении уже двумя месторождениями результата не принесли. Не принесло результата и транслирование в прямом эфире всех проходящих в Ливит-центре исследований ливита и даже интервью Николая, призвавшего всех к миру. Вчера правитель Поднебесного выступил с обращением к Союзу прекратить нагнетание обстановки, призвал к сотрудничеству в решении проблемы и дальнейшему совместному изучению ливита, но, как и можно было предположить, Союз никак не отреагировал.

Голос Николы Ивановича вывел руководителя безопасности из раздумий. Ученый вошел в координационный центр, на ходу отдавая распоряжения персоналу. Несмотря на большой объем работ, старик был бодр и обнадеживающе улыбался.

– Здравствуйте, Никола Иванович, – Кирилл Владимирович встал и пожал ему руку. – Я к вам, очень любопытно, что у вас происходит.

 – Здравствуйте. Хорошо, что зашли, – профессор, пожав руку, присел и устало выдохнул. – Работаем. Из-за сложившейся вокруг ситуации решили ускорить процесс подготовки к эксперименту. Инженеры-монтажники работают в две смены по 10 часов, все остальные – по 16 часов, да еще успевают обсуждением заняться и подискутировать. Эксперимент действительно очень сложный, во многом результаты предсказать нельзя. По лабораторным опытам и в теории – прогноз положительный, поле стабильно, его можно контролировать. Если двойку вещество-генератор переместить в пространстве, поле перемещается за ним с задержкой во времени, и тут возникает главный вопрос свойств поля, ограничено ли оно трехмерностью пространства. Вещи в поле происходят невообразимые – от изменения кванта до искривления связки пространство-время. Но вы, наверное, в основном безопасностью интересуетесь? Так?

 – Совершенно верно, Никола Иванович, в первую очередь безопасность эксперимента.

 – Ну, наша задача на данном этапе увеличить поле вокруг массы, не частицы, вещества от нескольких пикометров до метра, а возможно, до трех-пяти, конечно, при потере некоторых свойств поля и при нестабильной фазе. Работа с полем даст нам более глубокое понимание вещества и свойств самого поля, им генерируемого. Бывает, что физика сверхмалых частиц рядом с веществом не работает. Огонь там не горит, звук не передается, некоторые частицы исчезают из поля зрения, но они есть, иногда мы их фиксируем. Есть гипотеза, что при особом, неестественном состоянии поля время внутри него меняет вектор или даже идет по нескольким. И это только в поле. Что происходит в самом веществе – просто невообразимо, на минимальных расстояниях от него просто замирают все процессы, известные частицы не взаимодействуют. Некоторые радиоактивные изотопы внутри поля меняют свои свойства и потом, вне поля, увеличивают излучение. Кстати, внутри поля, при некотором стечении обстоятельств, радиоактивный изотоп теряет свойства, например, урановая руда превращается просто в камень, что навевает меня на определенные мысли.

Эксперимент безопасен, более того, он естественен. Насколько удалось понять, расширение поля – естественное свойство ливита. В процессе лабораторных опытов удалось установить, что ливит... как бы…ммм...позволяет работать с полем. Как будто он обладает минимальным интеллектом и.... Не подумайте, Кирилл Владимирович, что я переработал, просто в науке принято замечать все и подвергать анализу, а тут совсем нам неизвестное вещество… или существо, – Никола Иванович улыбнулся. – В общем терра инкогнито.

 – Ну что вы, Никола Иванович, я ничего такого не думаю.

 – Ну спасибо, успокоили старика. Все-таки на время эксперимента нужно увести отсюда всех незадействованных людей, – Никола Иванович посерьезнел. – Мы не можем проводить эксперимент вдали от термояда, пока это невозможно, и на втором этапе необходимы разогнанные частицы, без большого ускорителя не обойтись. Никаких внештатных ситуаций произойти не должно, но все-таки людей лучше эвакуировать. Еще вот, Оля принимает непосредственное участие, она необходима здесь, а вот Николая и Иана нужно бы отправить из бункера. Это мы с Олей решили, ребята могут противиться, поэтому я прошу вас позаботится об этом. В общем, на вас очередная задача – куда разместить полторы тысячи человек, обстановка-то наверху необычная. Кстати, как там?



Тихон Владимирович Тверез

Отредактировано: 20.04.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться