Эксперимент 1

Часть 5. Охотница.

Веаника или Вея, как звал ее отец, Вея, родилась в небольшом селе Травное на границе Керинии и Призании. Места это были довольно глухие и здесь редко появлялись новые люди. Мать занималась хозяйством и огородом, отец был охотником и часто уходил на несколько дней в леса. Но когда возвращался все время проводил только с ней. Сверстников у Веи почти не было, население Травной в большинстве своем состояло из стариков, так как все работоспособное население переехало ближе к столице и подальше от опасной границы. Самым страшным для жителей тех мест были набеги призанцев, они грабили и убивали. Детей и стариков почти никогда не трогали, ну только если пугали немного, а вот с женщинами и мужчинами не церемонились.

Когда Вее исполнилось периода четыре отец, под ворчание мамы, стал учить ее стрельбе из лука. Постоянно рассказывал истории про свою службу в корпусе стрелков и охоте на диких зверей. А уже в шесть периодов он впервые взял ее на охоту, на один день только, но она никогда не забудет то предвкушение и восторг, что испытала от желания подстрелись свою первую дичь. Впрочем, первая добыча у нее оказалась только на выход седьмой-восьмой, до этого она постоянно возвращалась домой с пустыми руками. С этого момента она все больше занималась стрельбой из лука, желая стать такой же меткой как отец. Мать не поддерживала стремлений Веаники, что было причиной постоянных ссор с папой, но видя с каким упорством она училась охоте, молча качала головой и уходила. К десяти периодам они с отцом уже несколько раз ходили в длинную охоту на несколько дней и каждый раз Вея приносила в дом свою добычу, то зайца, то утку, а один раз даже оленя, старого и медленного, но это была ее самая крупная добыча.

За все ее детство на их деревню нападали всего пару раз и оба нападения они всей семьей пережидали в лесу, в охотничьей землянке отца, обустроенная специально для этих целей. Возвращаясь, они находили разграбленный дом и потоптанный огород, но всегда всеми своими силами быстро восстанавливали хозяйство.

Детство Веаники закончилось в десять с небольшим периодов. В тот день они с отцом только вернулись с пятидневной охоты. Отец лег спать, а Вея стала помогать матери разделывать их добычу. К вечеру с края села послышались первые крики, Вея решила выйти во двор, посмотреть, что случилось, но как только она открыла дверь на улицу в дом влетела огненная стрела. Со стороны огорода Вея услышала крики на призанском диалекте:

- Молодуха, чур моя!

Вея моментально закрыла дверь и бросилась к матери, краем глаза заметив разгорающийся огонь от влетевшей стрелы.

- Мам, хватай вещи и бежим, там призанцы, - Вея на ходу крикнула, а сама побежала на второй этаж будить отца.

Но он уже не спал, чутких слух охотника разбудил его и он почти голый пытался рассмотреть в окно, что происходит в селе.

- Пап, там призанцы, надо уходить.

Отец все сразу понял и ни говоря ни слова схватил вещи, надевая их на ходу, побежал вниз.

- Вейка, бери лук и ножи, все, что найдешь, - его прервал стук в дверь и сразу же звуки разбитого окна. Уронив шкаф в дверной проем к коридору, - Бегом к лесу.

Они не успели всего на пару палиев. К ним приближалась пять разбойников на лошадях, явно получающие удовольствие от такой охоты на живых людей. Вейка успела подстрелить одного и ранить еще одну лошадь, отец удачно выстрелил из лука только раз. Веселье призанцев быстро сошло на нет и сменилось гневными криками и угрозами расправы.

- Бегите к землянке, я чуть позже догоню, - отец крикнул и повернулся в сторону, уже почти нагнавших их преследователей.

- Мам, беги, я помогу папе, - Вея, тоже остановилась.

- Нет! Беги с матерью, ты все равно ничем в бое не поможешь. Защищай ее! - Вея никогда не слышала такого тона от отца, он пости рычал. Приказ, не подразумевавший ни чего, кроме немедленного исполнения.

Потом, через много периодов спустя, Веаника поспорила бы и осталась с отцом, но в сейчас, она не смогла ослушаться и поспешила за матерью.

В землянке они просидели три дня. Вея поспала всего сана три в общей сумме за все это время, постоянно находясь в напряжении и ожидании отца, которого все не было. Мать постоянно плакала, причитая, что ей теперь делать, куда идти. Несколько раз она ругалась на Вею, порывавшуюся пойти на помощь отцу. Когда сил ждать уже не было Вея вышла из их укрытия, не смотря на все протесты матери. Подойдя к деревне Вея услышала сзади шаги, это была мама, которая не захотела оставаться одна и пошла за ней. Уже вместе они заходили в деревню, точнее в то, что от нее осталось. Село больше напоминало пепелище, почти все дома были сожжены и их в том числе. Уцелело только пару домов, но общей картины это не меняло. На улице не было ни единой живой души, все огороды и посаждения были вытоптаны и перепаханы колесами телег, скот бесследно пропал.

Крик Веи мама услышала уже подходя к их бывшему дому. Она резко развернулась и побежала к дочери рисуя в своем изображении самые страшные предположения. Вею она увидела на коленях у сельских ворот, она рыдала и орала. Только отим спустя она заметила причину истерики Веи - на колья перед воротами были насажены головы жертв напавших и среди них была голова ее мужа. В горле сразу образовался комок, мешающий дыханию, а на глазах моментально образовались слезы. Она понимала, что его уже скорее всего нет в живых и была готова к данной вести, но увидеть отрубленную голову было выше ее сил.

Вея до последнего, надеялась, что отец жив, пусть ранен, пусть калека или забран в рабство, но жив. Теперь же, когда она увидела его лицо на одном из кольев у ворот, где-то внутри нее образовалась дыра. “Я отомщу, вы все будете гореть, пока не сдохните” - тихо, сквозь слезы, шеплата Веаника. Она не заметила, как к ней подошла мама и тихо обняла сзади, не помнила, как они пошли в сторону леса. Очнулась она только когда услышала лай собак.